Каббалистические видения. - Сенфорд Дроб

В этой главе я возвращаюсь к каббалистическим видениям Юнга 1944, исследуя их с точки зрения его предшествующих провокационных замечаний о еврейской психологии и национал-социализме, отношении Юнга к еврейским источникам его собственных теорий, и с точки зрения каббалистической основы его видений. Главная цель этой главы состоит в том, чтобы показать, что видения Юнга сигнализировали о трансформации его личности и взглядов, что очень важно для полного понимания его сложного отношения к иудаизму. Мы убедимся, что видения Юнга не только имели глубоко личное, психологическое, и даже мистическое значение, но также и предвещали чрезвычайно творческий период в карьере Юнга, во время которого его психологические теории шли вровень с еврейской мистической традицией. Вторая цель этой главы состоит в том, чтобы сравнить видения Юнга с каббалистическими доктринами, пролить на них свет и затем исследовать важные моменты соприкосновения еврейской мистики и аналитической психологии. Наконец, я рассмотрю, как собственная мистическая интерпретация Юнга своих видений поднимает важные вопросы использования мистических символов и терминов на границе между психологической наукой и духовным опытом.

ВИДЕНИЯ

Юнг описал свои каббалистические видения, которые он переживал по ночам в течение приблизительно трех недель после сердечного приступа в 1944, в автобиографии Воспоминания, Сновидения, Размышления[2]. Там он пишет, что Ничего подобного я не испытывал ни до, ни после"[3]видения, явившиеся в тот момент, когда, согласно собственным словам Юнга, он "был на грани смерти"[4]определенно несут в себе еврейскую каббалистическую тематику. Юнг говорит нам, что переживал эти видения в состоянии совершенного блаженства. Он пишет "будто я был погружен в глубины космоса и сокрыт в матке Вселенной"[5]. Видения воспроизводят божественную свадьбу Тифарет и Малкут, которые, в еврейской мистической традиции являются божественными архетипами или Сефирот[6], представляющими собой мужские и женские аспекты Бога и мира. Юнг описывает свой опыт как явление неописуемого "вечного блаженства":

Все окружающее тоже казалось мне зачарованным. Именно в это время сиделка готовила для меня какую-то еду, потому что только в эти минуты я мог есть и ел с аппетитом. Поначалу она казалась мне старой еврейкой — много старше, чем была на самом деле, и что она готовит мне ритуальные кошерные блюда, что голова ее повязана голубым платком. Сам же я находился — так мне чудилось — в Пардес-Римоним, в гранатовом саду, где происходила свадьба Тиферет и Мальхут. Еще я представлял себя Раби Шимоном бен Иохаи[7], чей мистический брак праздновали сейчас. Это выглядело именно так, как изображали каббалисты. Невозможно передать, как это было удивительно. Я только твердил себе: «Это гранатовый сад! И здесь, сейчас празднуют соединение Мальхут и Тиферет!» Какова была моя роль, я точно не знаю, но я испытывал чувство, будто я сам и есть это празднество, и замирал от блаженства[8].