Но молоко, к счастью... - Нил Гейман

Зелёных пузырчатых пришельцев окружили и увели. Космические динозавры столпились вокруг нас.

— Просто поверить не могу! — воскликнул диплодок. — Прямо комикс какой-то! Профессор Стего собственной персоной. Динозавр, открывший нам, что в отдалённейшем будущем маленькие двуногие будут заливать хлопья молоком. Изобретательница кнопки. Она здесь, среди нас! Со своей гориллой!

— Не гориллой, а человеком-отцом, — поправила Стего, и все динозавры наперебой загалдели:

— Какая она умная!

— Сколько она знает!

— А чем это создание отличается от гориллы? Башмаками?

Профессор Стего продолжила:

— Он сопровождал меня в страннейшем путешествии в будущее. А теперь, прежде чем мне проститься с ним и улететь с вами, космические динозавры, я хочу, чтобы мы спели ему одну из наших любимейших динозавровых песен.

Они исполнили замечательную доисторическую песню на шесть голосов под названием «Ой, да то не вечер трудного дня». Потом — проникновенную песню, начинавшуюся словами «Пожалуйста, не вымирай, а то и мне придётся тоже!». Потом галактические полицейские отдельно спели весёлую песню о том, как здорово быть галактической полицией — носиться по всей Вселенной на крутых космических байках и спасать людей. А потом они снова все вместе спели «Сама посадила Жестковолосые Бело-Мокрые Хрустяторы, сама буду поливать» — старинную динозавровую песню, сочинённую лично Стеговой тётушкой Кноппелией.

Что может быть прекраснее слаженно поющих динозавров!

— А теперь, — сказала профессор, — я отправляюсь в путь на Пассажирском Шаровидном Летаторе с моими новыми друзьями из Динозаврового космического патруля. Я обследую Вселенную, а потом вернусь в моё собственное время и напишу об этом книгу.

— Вы действительно написали несколько книг, — подтвердил диплодок. — Больше всего мне нравится «Краткий путеводитель по будущему». Очень вдохновляюще!

Я распрощался с динозаврами. И отдельно поблагодарил профессора Стего за то, что она спасла мою жизнь.

— Не за что, — отозвалась она. — Нам обоим очень повезло с твоим молоком. Не каждому пакету молока выпадает спасти мир.

— Это я спас мир! А не молоко!

Космические динозавры принялись делать фотки со знаменитым пакетом.

— Что ты собираешься с ним делать? — спрашивали они меня. — Отдашь в музей?

— Вовсе нет. Я собираюсь отдать его моим детям, для хлопьев на завтрак. Ну и, наверно, отолью себе в чай немного.

Профессор Стего ухватилась за канат и взобралась в корзину воздушного шара. Последнее, что я увидел — палубу летающей тарелки заливает светом столь нестерпимым, что мне пришлось крепко зажмуриться.

А когда я открыл глаза, то стоял на заднем крыльце нашего дома, — обшарпанном, но таком уютном. А молоко, к счастью, динозавры мне отдали, когда закончили с ним фотографироваться.

Я просто вошёл.

И я здесь.

Вот что рассказал мой отец.

Я поглядел на сестрёнку. Она поглядела на меня. Потом мы вместе осмотрели кухню. Настенный календарь с воздушными шарами. Мои игрушечные динозавры и пони моей сестрёнки. Её книжки про вампиров. Рисунок вулкана, который я сделал в прошлом году, когда был маленьким, и который так и остался висеть на холодильнике.

Оглядев всё это, мы снова повернулись к отцу.

— Мы не верим ни единому слову, — сказала сестрёнка.

— Вот-вот. Ни единому, — подтвердил я.

— Особенно тому, как ты спас Землю от переоборудования. И пиратам тоже не верим.

— Ни е-ди-но-му.

Отец пожал плечами.

— Не хотите как хотите, — сказал он. — Но это всё правда. И я могу это доказать.

— Как?

— Да, вот как?! — поддакнула сестрёнка.

— Молоко, — сказал отец, ставя пакет на стол. — Вот оно.

И вернулся к своей газете.