Волшебный театр Гримгора - Сергей Охотников

— Потому что Деревянный Роббин тебя в узел завяжет, да так и оставит! — прозвучал голос откуда-то из-за спины.

Николас от неожиданности подпрыгнул на месте и осторожно обернулся. За ним посреди коридора стояла кукла-дама в длинном темно-зеленом платье. Ее серые седые волосы были уложены в высокую прическу. На вздернутом носике дамы красовалось пенсне в золотой оправе, через которое на Ника оценивающе смотрели большие темные глаза.

— Добрый день, мадам, — Николас низко поклонился кукле.

— Добрый день, молодой человек, — отозвалась дама. — Я госпожа Фиорентина, преподаватель балета в этом богом забытом месте.

— А я Ни… — внезапно Ник вспомнил, что называться собственным именем теперь не безопасно. — Нибелунг!

Глупее имени придумать нельзя, и Николас был готов провалиться сквозь пол от стыда.

— У вашей матушки изысканный вкус, — фыркнула в ответ мадам учительница. — Идемте. Я провожу вас на кухню. Вам ведь туда?

Не дожидаясь ответа, госпожа Фиорентина гордо прошествовала вперед. Ник побежал за ней. Такую удачу не стоило упускать. Они свернули в клетчатый коридор, а оттуда в серо-зеленый, поднялись на несколько этажей на лифте и снова пошли вперед. По пути им встретилась парочка медведей, три куклы-мальчика и один солдатик. Никто даже не посмотрел на Ника. Все раскланивались и расшаркивались перед госпожой Фиорентиной. Дама благосклонно кивала, иногда подбадривала дежурными фразами:

— Все трудишься, как пчелка… — или. — Держишься молодцом!

Судя по всему, учительницу балета в театре неплохо знали и побаивались. Так что Ник тоже проникся к даме уважением. Вскоре им на пути стали попадаться куклы с тарелками, казанками и кастрюльками в руках. А значит, кухня была уже близко. Ник начал думать, что говорить и что делать дальше. Но вот они достигли небольшого холла, белого в синий цветочек, и госпожа Фиорентина остановилась.

— Ты проходил прослушивания? — спросила дама.

— Нет, я просто пошел в театр и оказался тут…

— Мне обещали, что я смогу обучать самых гибких в мире танцовщиц, но они все набитые ватой бездарности! — мадам Фиорентина закатила глаза, Ник не понимал, к чему она ведет. Потом госпожа добавила:

— Может быть, талант скрыт в таком простом парне, как ты, Нибелунг? Ну-ка, изобрази антраша!

Николас замешкался. Он уже забыл, что назвался Нибелунгом, а что такое антраша, вообще никогда не знал.

— Все нужно объяснять, — посетовала дама, высоко подпрыгнула и несколько раз махнула в воздухе ногами. Движение было необычайно легким и красивым. Такое сделало бы честь и молодой танцовщице. Какое-то время Ник переминался с ноги на ногу, а потом тоже подпрыгнул и замахал в воздухе ногами. Ему казалось, что вполне неплохо, но вердикт Фиорентины был суров:

— Вот он — образец деревенской грации. В балет вы не годитесь, хотя, если вам будет угодно, можете танцевать в кабаках.