Алмазная одиссея - Георгий Герцовский

Вит в майке и шортах проходит в кают-компанию и садится к столу, на котором накрыто к завтраку. Вит не сразу начинает есть, а что-то изучает на столе, но со стороны не видно, что.

Вит (бормоча). Так, это мы уже рассказали, получается… (Громко.) Лим, а хочешь узнать, откуда я взял деньги на покупку тебя и собственного корабля?

Лим (с иронией в голосе). Да, Вит, как раз об этом хотел тебя спросить.

Вит. Понятное дело, каждому охота знать, откуда берутся бабки! Скрывать не буду. Мой дед Андрей Краш – отец-основатель корпорации «Масто». Думаю, не надо рассказывать, что это за фирма? (В голосе слышна гордость.)

Лим. Сознаюсь, Вит, что у меня только общие сведения, почерпнутые из сети.

Вит. Разумеется, ты же не человек. «Масто» – так назывались первые безвредные шоколадки с наркотиком. Сорок лет назад не было мальчишки, который бы не экономил на школьных обедах ради того, чтобы купить плитку «Масто». Потом дед Андрей с партнером открыли фабрику и вскоре стали миллиардерами. Сейчас конфеты, жвачки, шоколадки и напитки «Масто» есть в каждой торговой сети.

Лим (грустно). Понятно.

Вит. Дед, конечно, позаботился о своем наследнике – моем отце. Папка… (Громко сглатывает и на секунду замолкает.) У него все было. Кроме здоровья. Ну а когда папа умер, все состояние перешло мне. А потом и дедушки не стало. Они – и папка, и дед – всегда говорили, что с Земли надо улетать. Говорили, нет, мол, жизни на этой планете. Я до сих пор не знаю, что это значит, – мне всегда нравилось там. (Углубившись в грустные воспоминания, отодвигает тарелку с недоеденным омлетом. Ставит локти на стол. Кажется, с трудом сдерживается, чтобы не заплакать.) Получается… что я наконец исполняю их мечту – улетаю с Земли. (Шмыгает.) Может быть, навсегда.

Какое-то время ничего не меняется. Вит сидит за столом, о чем-то думает. Песня давно стихла, и кроме едва уловимого технического шума ничего не слышно.

* * *

Инга. Вит, потрясающе… Этот монолог был великолепен… Рейтинги растут, мы в топе.

Вит (с трудом выдергивая себя из воспоминаний). Это не главное.

Инга. Может быть, конечно, и не главное, но по итогам нашей двухдневной работы компания решила начислить тебе премию в размере пятидесяти кредитов. Хотя для богатого наследника это небольшие деньги, компания надеется, что они тебе пригодятся.

Вит (заметно бодрее). Еще как пригодятся! Я с покупкой игрека здорово потратился, так что…

Инга. Тем лучше. Вит, обрати внимание на остальные вопросы. Лим, как я поняла, спроецировал их на стол перед тобой.

Вит. Да-да, я помню. Сейчас все будет.

Лим. Я уже приготовил вопрос.

Инга. Три, два, один… Мотор…

* * *

Лим. Вит, не мог бы ты рассказать, кто и почему за тобой гонится?

Вит (таинственно). А вот не мог бы. Скажу только, что эта история связана с женщиной. Но я, как мужчина, не вправе, ну и так далее…

Лим. Странно. Не думал, что среди людей остались те, кто так щепетильно относится к вопросу женской чести.

Вит (скромно потупив глаза). Ну да… Есть еще… Ты лучше мне скажи, как там наш преследователь?

Лим. Хорошо, что напомнил, Вит. Я как раз хотел обсудить кое-что. Наш преследователь по-прежнему далеко, но обращу твое внимание, что его корабль гораздо лучше вооружен, чем «Фобос».

Вит (перебивая). Именно! И тут мы подходим ко второму вопросу нашей викторины! (Едва заметно читает.) Какие принципы мешают Лиму, тебе, я хотел сказать, уничтожить корабль преследователя В… моего преследователя? Это, кстати, важный вопрос, Лим. Я честно скажу, надежда на то, что ты быстро управишься с орудиями моего врага, сильно повлияла на мое решение о твоей покупке.

Лим. Это правило, Вит, очень старое. Ему сотни лет. В сети есть о нем информация…

Вит. Ну, не знаю… Значит, мне на глаза не попалось. (Встает и, вынув из кармана коннектор – узкий черный предмет цилиндрической формы, чуть больше карандаша, плюхается на диван. Коннектор проецирует в воздух голографическую заставку какой-то игры. Во время дальнейшего разговора играет.)

Лим. Оно возникло после войны, которая уничтожила нашу цивилизацию. (Голос грустен. Чувствуется, что ему трудно продолжать этот разговор.)

Вит. Во! Ты обещал рассказать, что там случилось? (Отвлекается от игрушки и смотрит в сторону манипулятора, будто это часть тела Лима.)

Лим. То, что случается, увы, везде. Война. Мы были созданы как машины…

Вит. Погоди, какие машины? Вы что же, неживые? (Вновь начинает тыкать пальцем в воздушную картинку перед собой.)

Лим. Вит, это трудно объяснить человеку, далекому от генной и электронной инженерии. Скажем так: изначально мы – биомашины с функциями высокоточных компьютеров. Спустя столетия наш вид изменился, приобрел новые биологические свойства. Фактически мы – живые организмы. Мы умираем, рождаемся, размышляем, ищем смысл жизни – есть основания предполагать, что у нас есть душа.

Вит. Что?

Лим. Душа. Нечто, что не рождается и не умирает. Считается, что душа – это частица Бога.

Вит (машет руками). Так-так-так, давай только без проповедей. Не знал, что и среди игреков есть попы́.

Лим. Оставим эту тему.

Вит. Ну, хорошо… (Несколько раз энергично тыкает в воздух.) Ты – машина. Бывшая. Но что с планетой-то случилось? Обожаю рассказы про войну.

Лим. Очень не хочется об этом вспоминать.

Вит. Как вспоминать, Лим? С ума сошел? Ты же не родился тогда.

Лим. У нашего вида общая память с предками.

Вит. А…

Лим. Те, кто создал нас, однажды развязали войну между собой. Пожалуй, такую же разрушительную, как та, что случилась на Земле восемьдесят лет назад, когда ваш Юг восстал против Запада. Но у жителей Харварзна было в распоряжении очень страшное оружие, гораздо страшнее, чем климатическое или ядерные бомбы. У них были мы.

Вит. А чего не поделили-то?

Лим. Как и ваши Юг с Западом, так и разные кланы Харварзна бились за ресурсы и влияние. В результате победили… мы.

Вит (с хохотком). Вы перебили своих создателей?

Лим. Нет. Игреки были у всех кланов и мы… (тихо) …воевали друг против друга на стороне хозяев. Это позорная страница нашей истории. Мы взрывали бомбы, управляли боевыми машинами, взламывали компьютеры противника и просто убивали друг друга высокими разрядами тока.