Дом секретов - Крис Коламбус

– Но как только ваш отец понял это, – произнесла Корделия, – он наложил проклятие на книгу, чтобы вы не могли к ней приблизиться.

– Именно так. Но теперь у меня есть ты. И почему бы тебе не воспользоваться книгой? В отличие от брата с сестрой, ты была достаточно смелой, чтобы открыть ее.

– Не знаю, должна ли я была это делать. Но я чувствовала себя хорошо… только Уилл сказал, что она причиняла мне вред. Изменяла мое лицо.

– Откуда ему знать? Твои брат с сестрой и Уилл не заслуживают чести открыть книгу. Они не такие умные, как ты. Они мешают тебе.

– Это не так, – не согласилась Корделия. – Даже несмотря на то, что мои брат с сестрой могут драться со мной и почти ни с чем не соглашаться, они любят меня и заботятся обо мне.

– Перестать обманывать себя, – сказала Ведьма Ветра и взяла ее за руку. Корделия и не предполагала, что кожа этой женщины будет такой сухой и шершавой, как бумага, грубой и старой даже на ощупь и одновременно такой наэлектризованной от той силы, что исходила от ведьмы.

Волосы на руке Корделии встали дыбом, как будто она находилась вблизи от оптоволоконного кабеля высокой мощности, а ее пальцы задрожали от присутствия источника такого сильного энергетического излучения. Ведьма Ветра сильнее сжала руку Корделии, которая старалась оставаться спокойной, хотя вдоль ее позвоночника бегали мурашки и покалывало… затем что-то щелкнуло, и внезапно Корделия увидела себя вне собственного тела, наблюдая картину своего разума. Он был заполнен синим светом с рисунком из тонких голубых линий, там она могла увидеть все свои воспоминания, каждое из которых представляло собой подобие катушки киноленты с записью всего того, что беспокоило ее. Самые длинные и самые важные запечатлели отношения с братом и сестрой. Момент, когда она спасла Элеонору в их старом доме, вытащив малышку, затеявшую игру в сушилке. Момент, когда они вместе с Бренданом были застуканы за приготовлением чудодейственных эликсиров в ванной комнате. Момент, когда они все вместе отправились в «Диснейленд», а Брендан поймал мяч, вылетевший на трибуны во время игры «Гигантов», и потом говорил об этом событии целый месяц. Все эти воспоминания кружились перед Корделией, свернутые в небольшой пучок…

И вдруг они растворились, необъяснимым образом исчезнув. И с ними исчезла ее любовь к брату и сестре. На ее место пришло чистое верное знание, которое внушала Ведьма Ветра: Брендан и Элеонора – самые обычные дети, которым никогда не было дела до их старшей сестры и которые никогда по-настоящему не любили ее. Родители не смогли защитить своих детей, потому что были слишком слабыми. А Уилл? Он просто бледное подобие пилота, настоящего бойца.

Только одна-единственная вещь обрела теперь истинное значение в жизни Корделии – «Книга Судьбы и Желаний».

– Теперь все стало на свои места? – спросила Ведьма Ветра.

– Да, – ответила Корделия.

Вновь раздался щелчок, и они вернулись обратно, Ведьма Ветра по-прежнему держала ставшую послушной Корделию за руку.

– Хорошо. Без всего этого ты свободна и можешь сконцентрироваться на своих собственных мечтах.

– Книга, – произнесла Корделия.

– Она хочет к тебе в руки. Ты ей нужна. Это твоя судьба.

– Да, – сказала Корделия с застывшим в неподвижности взглядом. На ее лице возникла жуткая потусторонняя улыбка.

– И я обещаю, если ты возьмешь меня с собой в мир книги, мы обе станем свободными.

Корделия неожиданно резко ответила:

– Я могу взять тебя с собой. Но ты должна освободить меня. Ты достаточна сильна, чтобы снести эту решетку…

Ведьма Ветра покачала головой.

– Нам не нужно, чтобы кто-нибудь услышал шум.

– Конечно… – сказала Корделия.

С каждой секундой, что ведьма держала Корделию за руку, ее разум все больше погружался в туман. Ее пальцы немедленно заледенели. Сильный холод проникал и циркулировал в ее руках, груди, голове. Ноги Корделии начали замерзать, покрываясь коркой льда. Она заметила, что руки стали терять свой естественный цвет и трансформировались в нечто прозрачное и мерцающее.

– Что ты делаешь? – спросила она ведьму.

– Вытаскиваю нас отсюда.

Тело Ведьмы Ветра тоже стало изменяться. Корделия не могла решить, за чем увлекательнее и интереснее наблюдать – как ее собственная кожа затвердевает и леденеет или как ровно то же самое происходит с ведьмой. В минуту, когда они все еще могли говорить, их тела практически полностью преобразовались в…

– Лед! – воскликнула Корделия. – Ты превратила нас в лед. Зачем?

– Идем, – произнесла Ведьма Ветра, утягивая за собой Корделию. – Боль длится всего мгновение.

– Боль?

Но спрашивать было уже слишком поздно. Ведьма Ветра вместе с ничего не понимающей Корделией стремительно приближались к входной решетчатой двери. Рука к руке они наскочили на дверь, и как только столкновение произошло, они рассыпались на миллион мельчайших кусочков льда.

Осколки пролетели сквозь прутья решетки прямо в холл. Корделия, которая каким-то образом сохранила сознание и способность осознавать происходящее, подумала: «Я смешалась с осколками Ведьмы Ветра. Сейчас я часть ее, а она часть меня».

Ледяные осколки стали быстро скрепляться друг с другом, возвращаясь к жизни. Кусочек за кусочком Ведьма Ветра и Корделия вернула в прежнюю форму своим телам изо льда. Затем лед растаял, кожа порозовела, и они вновь стали людьми, за тем исключением, что Корделия продолжала чувствовать холод внутри себя, где-то в груди, но где именно концентрировался этот холод, она не могла определить.

– Не так уж и плохо, не правда ли? – сказала ведьма.

– Не так уж и плохо? Это было похоже на то, как если бы каждую частицу моего тела ужалила противная медуза. Как тогда во Флориде, где мы отдыхали вместе с мамой и папой, Бренданом и Нелл…

Корделия замолчала, к ней стала возвращаться ее прежняя память. Заметив это, Ведьма Ветра тут же схватила ее за руку, чтобы ввергнуть в состояние оцепенения, сфокусированного только на одном – удовлетворении своих эгоистических желаний.

– Итак, моя дорогая. Покажи мне дорогу.

Корделия повела ведьму за собой по коридору, она не знала дороги на память, ее вела книга, которая притягивала даже своим запахом. Спустя несколько минут они оказались у двери каюты капитана Сэнгрэя. Но внезапно рядом возникла фигура – это была ее сестра Нелл.

– Делия! – обрадовалась маленькая Элеонора. – Я так беспокоилась о тебе. Я пришла, чтобы… Почему ты держишь Ведьму Ветра за руку?

Корделия рванулась вперед. Это было движение практически на инстинктивном уровне, воспоминания о младшей сестре не были похоронены навсегда, как это казалось. Она посмотрела на ведьму.

– Зачем ты пугаешь мою сестренку…

Ведьма Ветра сжала руку Корделии так сильно, что та тут же почувствовала, как рука онемела, будто из нее разом выкачали всю кровь. Корделия вернулась в прежнее состояние околдованности от наложенного на нее заклинания.