Дом секретов - Крис Коламбус

Брендан не понимал, почему Корделия так обрадовалась. Чемодан был доверху наполнен желтыми папками с какими-то бумагами.

– Документы? Но что мы будем с ними делать…

– Разве ты не видишь имя? – спросила Корделия. – Брен, ты был прав!

Она передала брату одну папку, наверху которой было напечатано: Доктор Рузерфорд Уолкер.

– Наш прапрапрадедушка… – сказал Брендан, медленно беря в руки папку и разглядывая ее.

Мысленно он вернулся к стене в коридоре, на которой висели фотографии семейства Кристофф.

«Время действительно делает некоторые вещи важными, – решил Брендан. – Раньше эти документы были просто информацией на бумаге. Теперь они часть истории. Часть моей истории».

Он чувствовал смутный страх и боялся взглянуть на бумаги, задумавшись о пропавших родителях. Брендан с горечью осознал, что и сам он пропал.

«Наверное, в этих бумагах есть новости о пропаже детей Уолкеров. А что, если моя история не продолжится, а закончится вместе со мной?»

– А что это за документы? – спросила Элеонора.

– Кажется, это медицинские записи, – объяснил Уилл.

– Правильно, – сказала Корделия, рассматривая одну из папок у себя на коленях. – Доктор Уолкер вел записи о каждом из своих пациентов. Давайте посмотрим… Миссис Мэри Уоркестер, проживающая по адресу: Дюбас авеню, Сан-Франциско. Дата первого визита: 16 марта 1899 года. Жалобы: неврозы. Лечение: один живительный тоник. Хм…

– Что за живительный тоник? Как «Ред Булл», да? – поинтересовалась Элеонора.

– Я так не думаю. Больше похоже на…

– Знахарство, – вдруг произнес Уилл.

– Прости, что? – сказал Брендан.

– Это же абсолютно ясно. Ваш прапрапрадедушка был трюкач.

– Был кто?

– Мошенник. Обманщик. Псевдоаптекарь.

– Аптекарь? Нет же. Он был доктором! Доктором, эй? – возмутился Брендан.

– Очень может быть. Но он прописывал людям панацею, которая…

– Пени… что? А это не часть суши, с трех сторон окруженная водой? – спросила Элеонора.

– Ты путаешь с пенинсулой, на латыни так называли полуостров, – объяснила Корделия.

– Панацея – это лекарство, которое, по замыслу людей, должно исцелять любые болезни, – сказал Уилл. – Посмотрите всю историю болезни миссис Уоркестер, ей назначался новый «живительный тоник» стоимостью в сорок центов каждые две недели против невралгии и… она продолжала посещать доктора в течение года, после чего муж сказал ей, чтобы она прекратила слушать то, что Уолкер ей талдычит…

– Эй, ты говоришь о нашей семье!

– Спокойно. Я не обвиняю вашего прадеда. Вы, янки, помешаны на «эликсирах», «добавках», «кока-коле». Прицепите к этикетке ярлык со знаком здоровья, и вы можете сделать целое состояние в Америке.

– Но у него были причины выписывать такие рецепты, – сказала Корделия. – Например, ягоды асаи. В любом случае, может быть, в записях есть указания на связь между Рузерфордом Уолкером и Денвером Кристоффом.

Они занялись тщательным просмотром найденных в чемодане записей. Ни Корделия, ни Брендан, ни Элеонора не хотели думать, что их родственник был обманщиком, и уж тем более им не нравилось вспоминать об инциденте с пациентом отца, но никаких опровержений они привести не могли. Помимо живительного тоника, пациентам Рузерфорда Уолкера назначалось лечение на основе «травяного нюхательного табака», «оксиена» и «таблеток измельченного индийского корня».

– Поглядите. Он официально являлся продавцом змеиного масла, – объявила Корделия, отыскав рецепт «Змеиного масла Линимента Стенли».

– Это удручает, – сказал Брендан. – Не хочу больше читать.

Он запустил руки в чемодан и обнаружил, что они почти добрались до самого его дна. Брендан выложил из чемодана все оставшиеся папки, готовый взорваться от негодования, но заглушил порыв эмоций от обиды и усталости и принялся рассматривать дно чемодана.

Прямо на дне лежала книга, о которой им рассказывала Ведьма. «Книга Судьбы и Желаний».

– Не может быть, – сказал Брендан. – Так легко и просто?

На обложке книги был изображен таинственный глаз, вырезанный отцом на желудке пациента и имеющий такое большое значение для Ведьмы Ветра. Брендан потянулся за книгой, но Корделия его опередила, схватив ее первой.