Странные вещи - Эли Браун

– Мне трудно разговаривать с тобой, когда ты в таком состоянии.

– Ты со мной и не разговариваешь, – вздохнула Минивер. – Ты стоишь у меня на пути.

Константин смотрел, как она встает на колени, чтобы вернуть кролика в клетку.

– Я беспокоюсь, Минивер, – он шагнул к жене.

Минивер поднялась. Выражение ее лица было решительным, но голос звучал мягко.

– А я разве не беспокоилась, когда ты скакал по полям сражений? Когда ты пропадал на несколько недель в индейских оспяных лагерях? Но вставала ли я когда-нибудь на твоем пути?

Они молча смотрели друг на друга. А Клевер в своей кроватке что-то лепетала, словно не могла выбрать, засмеяться ей или заплакать.

Резко развернувшись, Константин вышел, не сказав больше ни слова и плотно прикрыв за собой дверь.

В наступившей тишине комнату снова наполнил звук Маятника. Минивер не вернулась к работе, пока не услышала, как уносится прочь лошадь Константина. Тогда, вздохнув, она взяла свой дневник, но едва успела окунуть перо в чернильницу, как дверь распахнулась, напугав ее.

Но на сей раз это был не Константин. В комнату ворвался совсем юный молодой человек с безумным взглядом. Он был без шляпы, его голова была покрыта густыми волосами. Он не подергивался и не чесался поминутно, но Клевер сразу узнала Старьевщика Уиллита.

Минивер выглядела удивленной.

– Для доставки час уже поздний.

– И все же это доставка, – и Уиллит протянул ей деревянный ящичек со взломанной печатью. – Верный Уиллит трудится и днем, и ночью.

– Вы пьяны, – сказала Минивер и протянула руку за ящичком, но Уиллит проворно отдернул его, словно дразнил ребенка.

– Где Константин? – спросила Минивер.

– Ускакал во тьму. Держу пари, он снова проведет ночь у краснокожих.

– У индейцев оспа, – объяснила Минивер. – Он отправился туда, где в нем нуждаются.

– А как насчет того, что нужно мне?

– Сколько же вы выпили?

– Достаточно для того, чтобы набраться смелости и сказать правду. – Открыв ящичек, Уиллит вытащил Пистолет. – И поступить правильно.

Минивер замерла. Единственным признаком страха была дрожащая жилка на ее шее.

– Я знаю, что это такое, – Уиллит потряс Пистолетом. – Может, я неуч, но не тупой. Штуки, которые я вам сюда таскаю, стоят кучу денег.

– Вам хорошо платят за доставку посылок. Вы не должны открывать их или…

– А я вот взял и открыл, видите? – ухмыльнулся Уиллит. – Я больше не могу оставаться бессловесным обожателем теперь, когда узнал то, что узнал. Я лелею грандиозные замыслы. Я хочу жениться на вас, Минивер.

Минивер вздернула подбородок.

– Как вам не стыдно! Я замужняя женщина. Здесь, в колыбели, спит моя дочь.

– Так разбудим ее, разбудим всех детей! – заорал Уиллит. – Проснись! Твоя мать сует свой нос куда не следует! – Уиллит постучал рукоятью Пистолета по кроватке. – Играет с такими штуками, с которыми играть опасно!

– Тише! – сердито нахмурилась Минивер. – Вы совсем сошли с ума.

– Она играет сердцем мужчины, – Уиллит шагнул к Минивер, но она попятилась. Наклонившись, парень вынул кролика из клетки. – Слушайте, дети! Она держит бедного маленького кролика в тесной тюрьме. А мое сердце – оно тоже здесь, у тебя? Так, а это что такое? – и Уиллит выдернул из кроличьего уха голубую нитку.

Минивер вскрикнула, но было поздно.

Кролик в руке Уиллита съежился. В считаные секунды он превратился в безжизненную кучку линяющего меха, а уши безвольно обвисли, как два лоскутка кожи.

Малышка Клевер расплакалась. Уиллит уставился на шкурку в руках, ощерив зубы, желтые и острые, как кинжалы.

– Ох, Минивер… – он сразу сник, а голос прозвучал устало.

– Вы погубили годы моей работы, – сказала Минивер дрожащим голосом. – Но… мы можем обсудить повышение вашего жалованья…

Уиллит направил Пистолет прямо на нее.

– Ты меня не слышала, что ли? Грандиозные замыслы! – и он сунул мертвого кролика себе в карман.

Минивер сглотнула.

– Возможно, я относилась к вам без… должного уважения. Ну конечно, я задолжала вам премию за преданность. Это будет не простая премия, а диковина. Мощная. Бесценная. Она будет принадлежать только вам.

Минивер пошарила позади себя на столе и нащупала потрепанный спичечный коробок. Открыла его и вытащила Спичку.

Уиллит покосился на нее.

– Что она делает?

– Сейчас покажу, – Минивер чиркнула спичкой о стол и исчезла.

Почти сразу же она возникла за спиной Уиллита, схватила подсвечник и нанесла удар такой силы, что подсвечник погнулся.

Уиллит с криком упал на колени, но не выпустил Пистолет. Шатаясь, он поднялся, держась за разбитую окровавленную голову, и схватил коробок. Бросившись на него, Минивер толкнула его прямо на витраж. Уиллит упал со второго этажа в радуге цветных осколков.

Услышав глухой стук упавшего тела, Минивер подхватила Клевер на руки и распахнула дверь на лестницу. Внизу под лестницей виднелась массивная фигура.

– Что там у вас за суматоха? Может, мне подняться? – крикнул Гриб.

Минивер вернулась в кабинет и, заперев дверь, заметалась по комнате, прижимая Клевер к груди. Они оказались в ловушке.

С улицы грянул выстрел, и в разбитое окно влетела пуля. Она запетляла по комнате, как солнечный зайчик, один за другим уничтожая все эксперименты Минивер. Разбивая стекло, раскалывая дерево. Минивер с криком упала на пол, прикрывая Клевер своим телом, а в это время вокруг рушился труд всей ее жизни.

К тому времени, как пуля, наконец, застряла в ножке стола, в комнате царил разгром. Стены были забрызганы темными маслами и жидкостями с резким запахом. От Маятника осталось лишь искореженное оловянное кольцо. По усыпанному битым стеклом полу прыгала Лягушка. Минивер осматривала Клевер, проверяя, не поранилась ли девочка, и в этот момент одна из летучих жидкостей вспыхнула. От взрыва запылали стены, а Минивер отбросило в сторону.

Теперь полыхала вся комната. Шторы на окне хлопали, словно крылья дракона. Минивер и Клевер кричали. Все заволокло едким дымом, а упавшая книжная полка заблокировала дверь. Забившись в угол, Минивер попыталась завернуть Клевер в свою юбку, чтобы уберечь от дыма.

В центре комнаты дым сгустился, принимая очертания Цапли. Минивер отчаянно боролась, пытаясь противостоять огню. Найдя среди обломков кузнечные клещи, она схватила Уголек раньше, чем Цапля окончательно воплотилась. Она бросила Уголек в Чайник, из которого тут же вырвался настоящий гейзер пара. Минивер попробовала погасить огонь с его помощью, но комната уже превратилась в ад. Обои на стенах пошли пузырями. Выхода не было. Маленькая Клевер кричала так, словно уже горела.