Мэтт Грэнвилл, Везучий Неудачник - Лилия Ильюшина

– Папа… А как… – Я повел рукой, не в силах сформулировать мысль.

– Так. И я не хочу, чтобы ты делал те же глупости, что и я.

– Глупости? – изумился я. – Ты же Чарли Пранк! Мой герой!

– Я тот, кто по собственной глупости испортил себе жизнь. Мэтью, когда-то я пообещал, что никто не узнает, что я и есть Чарли Пранк. Дай слово, что никому не расскажешь.

Все еще в шоке, я кивнул. Папа говорил глухим отстраненным голосом:

– Понимаешь, Мэтью, тогда мне казалось, что нужно веселиться и радоваться, пока молодой. И я отрывался на всю катушку. Один розыгрыш безумней другого. А потом у меня перестало получаться. Сначала незаметно – думаешь, что в следующий раз поднапряжешься, и все будет как раньше. Потом другой, третий. Я по-прежнему устраивал всякие выходки, только они были всё проще и проще. Это сходило с рук – все еще помнили мои старые розыгрыши. К тому же я подписал контракт на комикс, и они сами придумывали истории обо мне, я только автографы раздавал. В общем, у меня были и слава, и деньги. Если бы я тогда взялся за ум, попытался заниматься, то, наверное, все бы со временем наладилось. Но я испугался. Не мог же я выйти и сказать: всё, ребята, пока, Чарли Пранк закончился, я ушел учиться. Я не знал, что делать: с одной стороны – слава и поклонники, да и временами что-то еще получалось, – слышал «Симфонию города»? С другой – я понимал, что застрял. Те, кто учился со мной и был когда-то хуже меня, могли творить то, чего я не умел. Знаешь, каково это – видеть, что тебя обходят те, кто слабее, и чувствовать там, где было твое призвание, только пустоту? Очень надеюсь, что никогда не узнаешь.

Больше всего я боялся Испытаний в конце года. Я прекрасно понимал, что завалю их. Что я только не делал! Глотал ледяной огонь ведрами, даже учиться пробовал, и все равно знал, что провалюсь. И тут мне повезло. Кто-то устроил взрыв, а я случайно был в том доме. Естественно, все решили, что это очередная моя выходка. Если бы я признался, что мне такое не под силу, это был бы конец Чарли Пранка. А так появился шанс спасти репутацию. Я взял вину на себя. Меня выгнали из Карпетауна, но никто ни о чем не догадался. Вот и вся история Чарли Пранка, Мэтт. Как видишь, ничего героического.

– И все эти годы… ты ни разу… – не поверил я.

– Сначала жалел, пытался доказать себе, что вернусь, смогу. Потом перестал. Мэтт, я хочу, чтобы ты понял: держись за то, что важно для тебя самого. И работай. Талант прощает все, кроме пренебрежения.

– Папа, а ты меня не разыгрываешь? – жалобно спросил я.

– К сожалению, нет. Мэтью, через час весь город будет разыскивать Чарли Пранка. Я не могу так рисковать вами. Нам нужно домой.

Я только сейчас сообразил, что мой папа – Чарли Пранк – вне закона. Кажется, в нашей семье кому-то постоянно грозит Мракотан. Мы расплатились и вышли, чтобы тут же уткнуться носом в плакаты и майки с изображением Чарли.

– Папа… Но если ты – Чарли Пранк, то мы должны быть богаты! Все эти комиксы, майки, кружки, они же приносят огромные деньги! – сообразил я.

Отец согнулся еще больше и ответил, не глядя на меня:

– Нет. Сначала деньги уходили на оплату штрафов. А потом я здорово влип, и мне пришлось продать права, чтобы расплатиться. У нас ничего нет, Мэтью. Мне жаль, мне очень жаль.

Мне тоже было жаль. Не денег, нет. Мой привычный мир рухнул, разбился на самые мелкие осколки. Вот бы никогда не подумал, что мой отец – это Чарли Пранк, но мне от этого ничуточки не весело.