Диковинные загадки отеля «Зимний дом» - Бен Гутерсон

– Особенно в «Зимнем доме»! – добавила Элизабет, и все крикнули:

– Ура! Ура!

* * *

В два часа Элизабет, Фредди и Лана стояли в Башне на самой вершине отеля, любуясь открывающимися со всех сторон видами – сияющими горами, долиной далеко внизу, озером Луны, белым и блестящим от снега и льда. Небо было голубое и бесконечное, а в воздухе витало столько магии «Зимнего дома», сколько Элизабет ещё никогда не испытывала.

– Ты уверена, что не устаёшь? – спросила она Лану, глядящую из окна на далёкие горные пики.

– Я чувствую себя прекрасно, – ответила Лана. – Я так долго пролежала в кровати, что теперь у меня ощущение, будто во мне вся энергия мира.

– Так замечательно, что ты снова стала прежней, – сказала Элизабет. – Как будто так всегда было, знаешь?

– Я просто рад, что всё закончилось, – добавил Фредди. – Но меня как-то коробят мысли о твоей семье и обо всём этом. Как они, знаешь…

– Бросили меня? – Лана вздохнула. – В последнее время я много об этом думаю, всё гадаю, почему они так поступили.

– В этом нет твоей вины, ты же знаешь, Лана, – сказала Элизабет.

– Может, однажды я смогу во всём разобраться, – протянула Лана. – Но пока… – Она пожала плечами. – Я не знаю. Правда не знаю. Надеюсь, когда-нибудь мне удастся поговорить с ними и всё понять.

В комнате воцарилась тишина – тяжёлая и печальная. Когда Элизабет раздумывала, какие мысли тяготили Лану, ей в голову пришло кое-что, что брезжило на задворках её сознания с самого утра: если Лена отдала свою жизнь за Лану раньше, чем Элизабет произнесла своё желание о том же самом, было ли это желание – третье и самое последнее – действительно использовано?

– Представьте, насколько невероятно всё звучало бы, – жизнерадостно сказал Фредди, неприкрыто пытаясь развеять мрачное настроение, – если бы я попытался рассказать о том, что случилось, дома? «Вот у меня есть подруга Лана, и она несколько месяцев пробыла девяностолетней, а теперь ей снова двенадцать. Это случилось сразу после того, как моя другая подруга, Элизабет, победила злую колдунью».

Девочки рассмеялись, и Элизабет потрясённо покачала головой.

– Иногда непросто поверить хоть во что-нибудь из случившегося, – сказала она. – Звучит, правда, как какая-то выдумка. Как что-то, о чём можно прочесть в книге.

– Ты должна написать её когда-нибудь, – сказала Лана. – Ты же любишь писать.

– И читать, – добавил Фредди и встретился с Элизабет взглядом. – Но у тебя ещё полно времени, чтобы понять, чем ты хочешь заниматься.

Элизабет улыбнулась ему.

– Я думала об этом. О том, чем хочу заняться.

– В смысле, кем ты хочешь работать? – спросила Лана.

– Вроде того, – ответила Элизабет и повернулась к ней. – Кстати, а Норбридж говорил тебе, что будет дальше? В смысле, с тобой?

Лана пожала плечами.

– Мы об этом ещё не говорили. Но он сказал, что я могу оставаться здесь столько, сколько захочу. Наверное, так и будет. – Она снова пожала плечами, а её лицо посветлело. – Ну то есть, остаться жить в «Зимнем доме» звучит шикарно.

Элизабет посмотрела на Фредди.

– Мне даже не нужно спрашивать, понравилось ли бы это и тебе.

Фредди бросил на неё полунастороженный, полурадостный взгляд, как будто начал о чём-то догадываться, но не хотел забегать вперёд.

– О чём ты думаешь? У тебя такой вид, какой бывает всегда, когда в твоей голове начинают крутиться колёсики.

– Что ж, однажды кому-то придётся управлять этим отелем, – сказала Элизабет.

Фредди повернулся к Лане и демонстративно заслонился от Элизабет. Другой рукой он театрально указал на неё и громко прошептал Лане:

– Это ей придётся!

Элизабет невольно рассмеялась и указала на Фредди в ответ.

– А кому-то придётся помогать в управлении, – продолжила она, – а также изобретать разные классные штуки, чтобы «Зимний дом» был всегда интересным и современным.

Лана повернулась к Элизабет и изобразила то же самое, что только что сделал Фредди.

– Это ему придётся! – сказала она.

– Я вижу, к чему ты клонишь, – сказал Фредди. – Потому что кому-то придётся управлять библиотекой – что если это будешь ты, Лана?

– Серьёзно, если так будет, – ответила Лана, – то у меня просто мечта сбудется.

Элизабет именно так и думала. Она протянула руки друзьям, и они втроём встали в кружок.

Элизабет закрыла глаза; внутри неё поднялась волна трепета, слабая дрожь ощущения, и кулон на её шее едва заметно погорячел.

– Я хочу, чтобы мы трое выросли в «Зимнем доме» все вместе, – тихо сказала она. – Это моё последнее желание.

Через комнату и через Элизабет, Фредди и Лану прокатилась едва ощутимая волна – ветерок, или смена температуры, или что-то невыразимое; они стояли, держась за руки, соединённые чем-то судьбоносным, ясным и приятным. Всё как будто сделалось очень серьёзным, очень важным, и никто не хотел разжимать рук, или шевелиться, или перестать ощущать то чувство, которое они делили в этот миг на троих.

У Фредди завибрировал телефон.

– Ох, да ладно! – простонал он, и они отпустили руки друг друга, а Фредди достал телефон из кармана. – Вечно они так делают! Почему они не могут просто…

Он уставился на телефон с очень удивлённым видом.

– Что такое? – спросила Элизабет.

– Это не родители, – сказал он, демонстрируя экран девочкам. – Тут написано: «Фредди, это Норбридж отправляет тебе это моментальное послание. Пожалуйста, скажи Элизабет, чтобы она пришла в мой офис».

– Моментальное послание? – переспросила Лана.

– Норбридж не всегда знает правильные названия, – пояснила Элизабет.

Фредди не сводил глаз с телефона.

– Ого, я просто впечатлён, что он не ошибся ни в одном слове. – Он снова показал экран Элизабет. – Наверное, лучше тебе сходить к нему.

Элизабет приложила ладонь к кулону.

– А вы что будете делать?

Лана с энтузиазмом посмотрела на Фредди.

– Хочешь покататься на коньках?

– Могу ли я отказать тебе в такой день? – ответил он. – Пойдём.

– Я вас найду, когда освобожусь, хорошо? – сказала Элизабет. И, быстро обняв друзей, она покинула Башню – только чтобы замереть посреди коридора, услышав, как сзади её окликает голос Фредди:

– Элизабет!

Она обернулась и увидела, что он бежит за ней следом.

– Разве мы не попрощались буквально пять секунд назад? – спросила она.

Фредди поправил очки и неловко улыбнулся.