Большая книга приключений. Мое лучшее лето - Елена Нестерина

Дожидаясь своей порции чая, пан Теодор вертел и то и дело нюхал чайный пакетик. Как вдруг в ночной тишине до его слуха донеслись далёкие крики.

– Слышите? – насторожился он.

– Слышу, – тут же откликнулся Витя.

Он бросился наверх, выбрался из оврага. Даже отсюда было видно, что в лагере русских индейцев что-то полыхает не на шутку. Вот оттуда-то крики и раздавались – наверняка все индейцы всполошились и тушили свой пожар.

– Как хотите, а посмотреть надо, – решил Витя.

– Да, ведь там наш Мыльченко! – согласился Федя.

И они побежали к лагерю. Сбросив одеяло, в которое она завернулась, чтобы не замёрзнуть в сыром овраге, Арина Балованцева помчалась вслед за ними.

Полыхала палатка Дыма Богов. Сам он с настоящими слезами рвался в огонь – спасать. Его держали несколько человек и не давали ринуться в центр пожара. Все знали, что в палатке, кроме Дыма Богов, больше никто не жил. Да и сам он уверял, что людей там нет.

– Мой вигвам, мой вигвам! – убивался Дым Богов.

– Ну что – вигвам! Главное, что ты жив! А вещи – да бог с ними! – успокаивала несчастного Дыма Летящая Лань. – Хорошо, что ты в момент пожара был с нами, а не внутри…

– Эх, лучше бы внутри! Я бы спас, я бы вытащил! – сокрушался Дым и снова рвался к своему горящему имуществу.

Он рвался – его оттаскивали, рвался – оттаскивали…

Индейцы старались, чтобы пламя не распространилось на другие палатки, на сухостой. Но этого и не произошло – жилище Дыма Богов стояло в стороне, да и огонь удалось быстро затушить.

– Где ж Пожарная Тыква? – усмехнулась Арина, глядя, как тушат пожар. – Почему не на посту? Зря девчонку так обозвали?

– Они без малышей справились, – ответил Федя. – Антошка в безопасности. Это точно. Видели, они даже не пустили Молодых Волков к пожару – за пределы их лагеря не дали выйти. А Мыльченко с ними, в шатре сидит.

– Хорошо, – кивнула Арина. – Тогда пойдёмте назад. Им сейчас не до нас.

Палатка индейского шамана сгорела дотла. Огонь потушили, угли раскидали в разные стороны и забросали землёй. Но горелым пахло можно сказать, что на весь лес.

– И что там такое вонючее сгорело? – отмахнулся от запаха Витя, когда ребята уже подходили к своему оврагу.

– Кто его знает… – вздохнул Федя, который переживал, не сгорела ли в их костре картошка. И первым припустил к лагерю мафии.

Ребята вовремя удалились, потому что по команде военного вождя индейцы бросились по окрестностям искать лазутчиков. Подозревать в поджоге пойманного врага Белую Руку не было смысла – под присмотром двенадцати глаз он всё это время находился в палатке и никуда не выходил.

– Так, а вот теперь скажи, Балованцева: поджог вигвама – твоя работа? – когда Федя бросился вперед, к картошке, спросил у Арины Витя.

– Моя, – охотно согласилась Арина.

– А зачем ты это сделала, не пойму? – Витя знал, что Арина сознаётся, потому что тут уж и дурачок бы догадался, кто поджёг палатку – тот, кто последним уходил от лагеря индейцев, специально отослав своих доверчивых братьев по мафии прочь.

– Надо, – Арина отвечала односложно. Но всё-таки отвечала.

– Ты понимаешь, что это уже не игра?!

– Да какая уж игра! – вздохнула Арина. – Конечно, не игра. Но честное слово, Витя, это очень нужно было сделать.

Тем временем они уже подошли к оврагу и спустились вниз. Федя ждал их с картошкой. Арина и ему рассказала о том, что пожар в индейском поселении – её работа.

– Но к мафии это не имеет никакого отношения, – добавила она. – Это мои личные дела. Давайте спать. Завтра с утра любой ценой Антошку из плена вызволяем, на велосипеды – и домой. Я думаю, мы уже достаточно наигрались и показали, насколько мы крутые и неуловимые индейцы. Правильно?

Мальчишки вяло согласились, съели картошку, хлебнули по очереди чаю, переслащённого сахарозаменителем, – Арина, видимо, всё-таки волновалась, раз дрогнула её рука и из пластмассовой коробочки в кружку ринулось больше десятка маленьких, но едких таблеточек.

Пора было спать.

Вождь мафии снова завернулась в одеяло и уснула. Федя и Витя накрылись одним одеялом, долго ворочались, пихались, но сон сморил вскоре и их…

Однако подняться ранним утром, украсть Антошку и смыться из леса у мафии не получилось. Измученные лишениями ребята проснулись почти в полдень. Доели последние запасы провизии, умылись в ледяном ручье, запаковали своё имущество по рюкзакам и сумкам – чтобы можно было быстро схватить всё, погрузить на велосипеды да и мчаться в город, домой.

– Посты сегодня наверняка особенно усилят, – сказала Арина, раздавая последние инструкции. – Будьте так осторожны, как ниндзя. Нет, даже не так – как суперниндзя. Как настоящие индейцы. Как индейцы мафии. Никто нам Антошку просто так не отдаст. Они очень решительно настроены. Но и мы себя не на помойке нашли!

– Да, – согласились братья по мафии.

Все понимали, что операция предстоит рискованная.

– Витя, возьми свисток, – сказала Арина, снимая с шеи охотничий манок. – Теперь ты будешь подавать сигналы. У тебя и глаз острее, и на местности ты лучше ориентируешься. Федя, а ты вот возьми мой мобильный на хранение. И если что, звоните с него моему брату Захару. Там так и есть – «Захар»… Вы оба на меня не обижайтесь. Да, и не удивляйтесь – ладно? – если увидите что-то не то, непонятное вам. И ничего не предпринимайте. А как увидите это «не то», так сразу собирайтесь и ждите меня возле дороги на краю леса с велосипедами…

– Что это ты – прощаться начала? – удивился Федя, который сначала действительно обиделся, что Арина передаёт руководство Вите, а уж потом удивился – с чего она вообще так делает.

– Да. Объясни, – тоже потребовал Витя.

– Да нечего пока объяснять, – ответила Арина, поправляя искусственную косичку. – В плен попадёте – молчите. Ни в чём не сознавайтесь. Антошка, видимо, уже и так всё взял на себя. Глупо будет, если мы по второму разу начнём то же самое говорить им… Всё, не надо об этом… План помните, да? Федя – на дерево, Витя – ямка с бересклетом, я – на дальних подступах.

– Да, – подтвердил Витя. Он сам вынудил Арину поменяться – наблюдательный пост в ямке под кустом был гораздо ближе к центру лагеря, а потому опаснее. Но Арина спокойно согласилась.

И мафия отправилась на своё, как ей казалось, последнее индейское дело – выручать брата Антона из плена.

Они не знали, что Антон за время, проведённое в неволе, так сжился со своим образом Разговаривающего С Духами, что почти полностью усыпил бдительность Молодых Волков. Все в лагере решили, что он просто местный мальчишка, который, услышав, что в лесу живут индейцы, тоже нарядился и пришёл к ним проситься в индейцы. Просто такой вот паренёк с творческим воображением, которому везде всё необыкновенное мерещится, в том числе и воины-невидимки вокруг лагеря… А потому никто к Антошке не относился как к врагу. Руки ему ещё с вечера развязали. За Антоном, конечно, следили, но так, незаметно. Вместе с Молодыми Волками он с раннего утра кидал в берёзу ножи (один раз даже попал!), стрелял из лука – тоже с большим успехом, сидел со всеми у костра и пел утреннюю песню.