Изумрудный атлас - Джон Стивенс

— Калмартия, — тихо произнес Хэмиш. — Мертвый город.

— Не могу поверить, — прошептал Майкл, поправляя очки, грозившие соскользнуть у него с носа. — Древний город гномов! Ах, был бы у меня фотоаппарат!

Кейт не стала говорить, что уже видела этот город раньше. Во сне, две ночи тому назад, когда она увидела, как он гибнет в землетрясении.

Хэмиш жестом велел им отползти от края.

— И чтобы вас не было ни видно, ни слышно, — прошипел он, — или нам всем конец.

В конце концов бабушка Пит выгнала Эмму из хижины.

— Но… но… но… — залепетала та, когда старуха погнала ее к двери. Черные щупальца яда под кожей Габриэля заметно побледнели, однако он все еще не открывал глаз. Эмма хотела остаться с ним.

— Я должна побыть с ним одна, — сказала ведунья. — Я тебя скоро позову.

Снаружи утро уже сменилось днем, и толпа перед хижиной разошлась. Эмма остановилась, глядя на земляную улицу. Единственным признаком жизни в деревне были собаки, рывшиеся в объедках завтрака.

— Он умрет?

Эмма обернулась. Девочка по имени Дена стояла возле стены хижины. Эмма сразу поняла, что она пыталась заглянуть в окна.

— Нет, конечно! — усмехнулась Эмма. — Чтобы убить Габриэля, понадобится что-нибудь посерьезнее, чем шайка каких-то жалких Крикунов!

Дена ничего не ответила. Она просто стояла и молча смотрела на Эмму.

— Чего тебе? — рявкнула та. — Он поправится!

Дена не проронила ни слова и не шевельнулась.

Эмма отвернулась и села на бревно. Подобрала горсть камешков и принялась швырять их один за другим в железный горшок. Через какое-то время Дена подошла и села рядом с ней. Она тоже набрала камешков, но, вместо того чтобы кидаться, молча пересыпала их из горсти в горсть, отсеивая пыль.

— Моих родителей убили в прошлом году.

Эмма посмотрела на нее, но Дена не поднимала глаз от камешков, падавших из одной ее руки в другую.

— Они были возле Кембриджского водопада. Их поймали ведьмины Крикуны. Наверное, решили, что они из города. Пытаются сбежать или что-то такое.

— Правда?..

Девочка молча кивнула.

Тогда Эмма сказала:

— А мои родители пропали. Десять лет тому назад.

— Они умерли?

— Нет. То есть… я не знаю.

Они обе помолчали.

— Мне очень жаль, — сказала Эмма, — что с твоими такое случилось.

— Когда это произошло, Габриэль пытался поднять наших на борьбу с ведьмой, но они не захотели. И теперь не хотят. Сборище трусов. — Девочка со злобой швырнула полную горсть камней, так что они глухо застучали по горшку.

— О чем ты? — не поняла Эмма.

— О том, о чем они там болтают, — ответила Дена, кивая на холм, на котором возвышалась большая двухэтажная хижина. — Прошлой ночью Габриэль перебудил всю деревню, кричал, что все должны идти сражаться. Он едва стоял на ногах из-за яда. А теперь они сидят там и говорят об этом, все говорят да говорят, да только ничего не делают. Они все… Эй, ты куда?

Эмма уже неслась вверх по земляной дороге. Щеки ее пылали, гнев застилал глаза. Габриэль сказал им, что нужно сражаться! Значит, Эмма заставит их это сделать!

Откинув полог, она ворвалась в теплую, дымную духоту хижины. Все ее пространство занимала одна большая комната. Старики, которых Эмма уже видела раньше, сидели вокруг очага в центре, а все остальные жители деревни устроились вокруг них на скамьях, подпирали стены или смотрели вниз с расположенных ярусами балконов.

Один из стариков как раз говорил:

— Мы же даже не знаем, насколько могущественна эта колдунья! Согласен, у нас есть обязательства. Но только не перед жителями Кембриджского водопада. У нас есть обязательства перед собственным родом! Перед нашей историей! — Он несколько раз ударил своим посохом в землю, подняв облака пыли. — Что, если мы сразимся с колдуньей и потерпим поражение? Как тогда она отомстит нам? Мы не знаем. Мы не знаем, на что она способна. А раз не знаем, то и рисковать не можем!

Он сел, и все забормотали еще громче. Эмма одним прыжком вскочила на скамейку.

— Да вы все погибнете!

Все собрание — и старики в центре, и люди на скамейках и возле стен, и те, что сидели на балконах вверху, — все отвернулись от своих собеседников и уставились на нее.

— Вы думаете, что если будете сидеть сложа руки, то она просто оставит вас в покое? Неужели вы такие тупые? — Негромкий голос в голове Эммы предупредил, что все-таки не следует называть незнакомых людей тупицами, но она проигнорировала этот совет. — Потому что это самая большая глупость, какую я только слышала в жизни!

Только что говоривший старик поднял свой посох и указал им на Эмму:

— Выведите ребенка!

Эмма увидела подходившую к ней женщину. Какая жалость, что Кейт нет сейчас здесь! Люди всегда прислушивались к Кейт!

— Это правда! Я сама видела! Все умрет. Деревья! Животные! Все умрут. Я видела! Это место будет выморочным!

— Да уведите же ее! — прокаркал старик, колотя посохом по полу.

— Нет.

Все, включая Эмму, замерли и обернулись. Огромная и ветхая фигура бабушки Пит темнела в дверном проеме. Она опустила полог, прошаркала вперед и остановилась возле Эммы.

— Она пришла к нам из будущего. Коли она говорит, что наши горы станут пустошью, то я ей верю.

— Но, бабушка, — очень почтительно начал старик, — если то, что говорит это дитя, правда…

— Это правда! Вы что, глухой или… — начала было Эмма, но тут же смолкла под суровым взглядом ведуньи.

— Откуда нам знать, что именно привело к запустению? — продолжал старик. — Возможно, в том будущем, откуда явилась эта девочка, мы как раз вступили в бой с колдуньей. И потерпели поражение. Возможно, то, что описывает нам дитя, есть как раз результат возмездия ведьмы!

— Скажите ему, что он баба! — прошипела Эмма.

Но бабушка Пит даже не посмотрела в ее сторону.

— Значит, нужно постараться не потерпеть поражение.

Она взяла Эмму за руку и повела ее вперед, к самому огню, прямо к старикам.

— Я была ведуньей этой деревни еще в ту пору, когда большинства из вас и на свете не было, так что скажу вам прямо: да, если мы выступим против ведьмы и потерпим поражение, то всем нам придет конец. Все мы, вся наша история, все наши легенды будут стерты из памяти этого мира. И все-таки, — бабушка Пит медленно повернулась, обводя глазами всех собравшихся, — у нас нет другого выбора, кроме как принять бой.

И тогда Эмма заметила кое-что очень странное. Морщины начали исчезать с лица ведуньи, ее глаза прояснились и засияли, скрюченная спина выпрямилась. Старая бабушка Пит, морщинистая и сгорбленная, все еще была здесь, но по мере того как она говорила, другая женщина — высокая, гордая и прекрасная — стала проступать рядом с ней. Как будто они обе были наложены друг на друга.