Полёт на единороге - Шеннон Мессенджер

– Нет! – выкрикнула Делла, подбегая к Алдену и пытаясь растрясти его. – Он все еще здесь. Он не какой-то там безумный, сломленный…

Алден начал дергаться и стонать, заглушая ее слова.

– Может, попробовать прощуп…

– Нет, – быстро ответил Элвин, преграждая путь Софи, попытавшейся подойти к Алдену.

– Но если у меня получится ему помочь? Фитцу же я помогла.

– Ты мне не помогала, – сказал Фитц, пытающийся сесть, но лишь продолжал дергаться.

– Если бы не она, ты бы потерялся, Фитц, – тихо заметил Алвар. – Но потерянный разум не то же, что разрушенный, Софи. Ты уверена, что папа…

– Только из-за этого Фитца могло затянуть. И поэтому в разуме Алдена все было не так, как должно. Но, может, стоит проверить?

– Нет! Никто не будет ничего делать, – закричал Элвин. Он покачал головой и вновь дал Алдену снотворное. – Не нужно мне тут еще больше тел.

– Тел? – прошептала Делла. Она поглядела на стонущего мужа, на дрожащего сына и…

Рухнула на пол.

Элвин вздохнул и склонился осмотреть ее, создавая у лица шар оранжевого света.

– Кажется, Делле пора отдохнуть.

Он кинул взгляд на Алвара, и тот заморгал, будто приходил в себя.

– Да, как скажешь.

Элвин повернул к себе лицо Деллы и залил ей в рот снотворное.

– Надо ее перенести, – сказал он, поднимая обмякшее тело и передавая ее Алвару.

Тот посмотрел на бессознательную мать стеклянными глазами.

– П-пожалуй, сегодня уложу ее в гостевой, а то она проснется и увидит…

– Хорошая идея, – согласился Элвин, сжимая его руку.

Алвар постоял еще несколько секунд, словно не понимал, как двигать ногами. Затем он добрался до двери и понес Деллу, впервые не мерцая при ходьбе.

Элвин передал Фитцу пузырек снотворного.

– Твоя очередь.

– Я в порядке, – он снова попытался сесть, но сил не хватало. – Надо поговорить с Бианой.

Софи ступила вперед.

– Я могу с ней…

– Ты и так достаточно натворила! – заорал Фитц.

От потрясения у Софи не получалось не то что двигаться – даже думать. Глядя на текущие по лицу Фитца слезы, она едва не забывала дышать.

– Софи не виновата, – сказал Элвин, кидая взгляд на Софи и присаживаясь рядом с Фитцем. – Не виновата.

Фитц фыркнул.

Элвин вздохнул.

– Слушай… я понимаю, ты зол и шокирован, Фитц, но не стоит говорить то, о чем потом пожалеешь.

– Не пожалею.

– Ладно, а если так? – Элвин схватил Фитца за руки. – Если ты сейчас же не выпьешь снотворное, я силой залью его тебе в глотку.

Фитц злобно на него поглядел, но, видимо, понял, что Элвин серьезен, потому что откупорил флакон и проглотил его содержимое, проливая чуточку из-за трясущихся рук.

Его голова запрокинулась, и Софи отвела взгляд, напоминая себе, что Фитц проснется.

Скорее всего возненавидит ее, но проснется.

В отличие от Алдена…

Она поглядела на постель, с облегчением замечая, что Алден затих. Если бы она не знала, то подумала бы, что он спит.

– Нельзя сдаваться, – решила она, дрожащими руками вытаскивая из кармана передатчик. Она знала лишь одного эльфа, который мог бы вернуть Алдена.

Все считали ее мертвой, когда он была жива.

Может, шанс все еще был.

Алвар решил, что сам расскажет все Биане – и Элвину пришлось пойти с ним на случай, если ей понадобится снотворное. А значит, идти открывать ворота Эверглена пришлось Софи. В одиночку.

Полуденное солнце согревало плечи, пока она шла по знакомой тропе, но не прогоняло холод, застывший в сердце. Теперь, когда она знала, что по возвращении Алден не улыбнется ей и не поприветствует своим низким голосом с акцентом, земли вокруг казались темными и пустыми. Она не могла представить жизнь без него. Кто-нибудь должен был все исправить.

Должен был.

На поиски маленькой кнопки, спрятанной за солнечными часами у синего дерева, ушла минута, но когда она ее нажала, ворота распахнулись, и за ними оказался эльф в черной тунике и штанах, нервно переминающийся с ноги на ногу.

– Тирган! – она подбежала к нему и крепко обняла. Он напрягся, но ей нужно было ощутить кого-нибудь рядом. – Спасибо, что пришли.

– Ну конечно, – он неловко похлопал ее по спине. – Что случилось? Ты сказала, что Алден заболел?

Они кивнула, утыкаясь ему в грудь, а потом через силу отстранилась, утирая глаза и откашливаясь, чтобы описать ситуацию со всеми ужасающими подробностями.

– Это… невозможно, – произнес Тирган, с прищуром глядя в небо. – Мне… мне надо его увидеть.

Он поспешил в сторону дома. Софи пришлось бежать за ним, и они не останавливались, пока не дошли до комнаты Алдена. Софи, открывая дверь, была уверена, что Тирган слышит стук ее сердца.

Он судорожно вздохнул. Софи тоже.

Вся краска сошла с лица Алдена, и лицо казалось почти белым.

Безжизненным.

Тирган подошел к Алдену, взял его руку, и она безвольно упала.

– Он под снотворным? – спросил он у Элвина.

– Пока что да. Когда он просыпается, то начинает трястись и бормотать. Но снотворное быстро прекращает действовать, – Элвин вытер глаза и сдавленным голосом спросил: – Ты сможешь что-нибудь сделать?

– Посмотрим.

Пальцы Тиргана скользнули по лбу Алдена и замерли на висках. Он глубоко вздохнул, закрыл глаза и…

Отпрыгнул, яростно тряся головой и хватаясь за серебряную спинку кровати.

– Не могу, – прошептал он, несколько раз сглатывая и потирая лоб. – Простите. В его разуме полнейший хаос.

Крошечная надежда, в которую Софи вцепилась, начала медленно таять.

– Так его разум и правда разрушен?

Тирган встретился с ней взглядом и кивнул.