Большая книга ужасов. 52 - Мария Некрасова

– Кто? – Бабка смотрела на пришельца в упор, и Влад не сразу сообразил, что она смотрит сквозь него.

– Да вот же!

– Где? Тебе приснилось.

Монах дернулся к двери. Влад так осмелел, что уже попытался его схватить, но не поймал: черное пятно растворилось где-то в прихожей.

Бабка включила ночник, пошарила на тумбочке в поисках очков, близоруко взглянула на пол. Очки валялись под кроссвордом, между пачкой таблеток и гороскопом. Влад молча подал их бабке и стал убирать бардак. Не видела. Чуда не случилось, он сошел с ума…

– Ложись, Владик. – Она сказала это робко, как буйному психу. – Это все пожар твой шутки с тобой шутит. Испугался ты, вот и снится всякое. А завтра я тебя в церковь отведу, вот увидишь, станет легче…

– Отстань. – Влад водрузил на бабкину тумбочку гору барахла с пола и подумал, что церковь в его положении – не такая уж плохая идея. Он плюхнулся на диван так, чтобы пружины скрипнули, и буркнул: «Спокойной ночи».

Он еще спал, когда бабка встала и ушла в школу относить документы (Поезд «Сапсан» выходит точно по расписанию). Он проснулся, когда уже был дома один, сразу подбежал к окну и обругал себя идиотом. Что можно разглядеть в окне дома напротив, когда торшер не горит?

Ждать вечера было невыносимо. Влад сам не знал, чем ему там намазано, в той квартире, ждут ли его там вообще. Тянуло – вот и весь ответ. Не так, как тянет за компьютер после школы или в давно обещанную матерью поездку на море. Тянуло так, что голова отказывалась соображать, что делает тело, а тело-то уже оделось и бежало с нечищеными зубами через двор.

Дверь была открыта. Не просто не заперта, а распахнута, мол, заходи, только тебя здесь и ждут. Влад шагнул в прихожую и оробел. На полу валялись ботинки, брошенные кое-как, на тумбочке – раскрытая сумка, газета, ключи. Кто-то явно забежал впопыхах, наверное, что-то забыл, сейчас возьмет и вернется. Потому и дверь нараспашку…

– Заходи-заходи! Не пугайся, у меня не прибрано. – Мужской голос, не молодой, не старый, а так. Но не Влада же он ждет, в самом деле!

– У вас дверь открыта.

– Естественно, я же тебя жду. Была бы закрыта, ты бы побоялся звонить, не так ли?

Влад не нашел, что сказать. Неужели правда ждут его? Если бы кого-то другого, то незнакомца насторожил бы чужой голос. Еще он думал: разуться или повременить? Вдруг убегать придется?

– Так и будешь торчать в прихожей? Я думал, что застенчивость – не твоя черта.

Влад еще поколебался и, не разуваясь, шагнул в комнату. Незнакомец сидел на своем обычном месте: в кресле под нелепым торшером. Только торшер не горел, и никто не мог увидеть в окне Владькиного Невидимого друга. Но это не значило, что его нет.

Незнакомец поднял голову от газеты: не старый, но с бородой. На Владькиного историка похож. Сейчас как выгонит из класса…

– Здрасьте…

Несколько секунд этот в кресле молча рассматривал Влада, как будто и правда он учитель, а Влад ученик, и кто-то сейчас получит за неопрятный внешний вид или там за опоздание…

– Так вот ты какой… – наконец выговорил незнакомец.

– Какой? – на всякий случай огрызнулся Влад и поежился. У незнакомца был тяжелый взгляд. Говорят «рентгеновский», но разве кто-нибудь чувствует на себе работу рентгена? Фотоаппарат – и все. А Влад чувствовал, как его просвечивают взглядом.

– Не огрызайся, мал еще. Вообще, со мной лучше дружить, если, конечно, не хочешь сойти с ума раньше времени.

«А что, когда-нибудь придет это время?» – подумал Влад, но вслух спросить не решился.

– Вы кто? И почему ждали меня? Вы ведь меня ждали?

– Слишком много вопросов. А первый – вообще хамский, но я тебя прощаю. Садись. – Он кивнул на старый диван в другом конце комнаты, и Влад с удовольствием отошел подальше от странного незнакомца. Он этого зануду называл своим Невидимым другом?

– Кстати, как ты меня называешь? – Зануда отложил наконец-то газету и повернулся к Владу. – Ну, про себя? «Тень-в-Окне», «Мужик-с-Газетой», м?

– Какая разница? – Врать не хотелось, и отвечать правду – тоже.

– Любопытно. Мальчишки вроде тебя неизобретательны. Либо «Тень», либо «Мужик», либо просто «Этот».

– Я тоже неизобретателен, – уклончиво ответил Влад. – А вы не ответили.

– Ну тебе-то я отвечать не обязан. – Он улыбнулся, как русичка перед диктантом, но, видя, как вытягивается разочарованная физиономия Влада, поспешил исправиться: – Но кое-что по секрету скажу. Я твой друг. Товарищ, так сказать, по несчастью. И позвал тебя, чтобы сообщить…

– Пренеприятнейшие известия. Знаю! Бабка скоро придет! – Этот зануда с бородкой уже действовал Владу на нервы. За пять минут разговора ухитрился не сказать вообще ничего!

– Ты куда-то спешишь? – Незнакомец сделал строгое лицо и правда стал похож на русичку. Ну если бы она взяла у историка бороду поносить. – Поверь, более важных дел у тебя сегодня уже не будет. Да и не сегодня… Сиди и слушай, заболтал ты меня уже, зануда!

Влад хрюкнул в спинку дивана и сел поудобнее.

– Так вот, – продолжал Незнакомец. – Я в некотором смысле такой же, как ты. Я, конечно, постарше, поумнее и уже лишен таких очаровательных вихров во все стороны. – Он погладил себя по лысине. – И даже уши мне давно никто не обрывал. Подрался, что ли? – Он показал на Владькино порезанное ухо, но Влад только кивнул: пусть думает, что хочет. Лишь бы не уходил от темы.

– Но кое-что общее у нас все-таки есть. Ты догадываешься что.

Влад уже давно догадывался и старательно сдерживался, чтобы не крикнуть: «Да не томи уже!» Незнакомцу, похоже, нравились длинные предисловия. Или ему просто поговорить не с кем?

– Да, я вижу по твоему лицу, что ты уже догадался. Да-да, мальчик, мне тоже приходится наблюдать то, что люди, особенно в моем возрасте, видеть не должны. Вам-то все игрушки…

– Хороши игрушки! – не сдержался Влад, но тут же прикусил язык. Незнакомец хищно улыбнулся:

– Вижу, ты уже осознал, насколько ситуация серьезна. Что ж, для экономии времени, которого я уже и так на тебя потратил слишком много, предлагаю тебе просто задавать вопросы. Если они у тебя, конечно, есть.

Есть ли у Влада вопросы?! Да этот с бородой, похоже, просто издевался! Вопросов был миллион, и они рвались наружу одновременно, норовя скомкаться в одно предложение.

– Почему я, бабка и Лиза подожгли математичку? – Влад сам ошалел от такого набора слов, но незнакомец не выказал удивления.

– Что ж, первый вопрос я понял: «Почему я?» Наверное, потому же, почему и я. Мы с тобой, мальчик, потомки великих инквизиторов. В моих, например, числится демонолог Жан Боден. Только не разочаровывай меня, не говори, что его не знаешь!

Влад замотал головой типа: «Не буду», – хотя и правда не знал.