Моя тетушка - ведьма - Диана Уинн Джонс

По лицу Зои Грин, похожему на мятую репу, потекли слезы. Я невольно искала в ней черты Энтони Грина — и не нашла. Правда, и я совсем не похожа на маму, а вот Крис — да.

— К приюту? — переспросила Зоя Грин. И взметнула одеялом в ту сторону, откуда пришла. — Carthago delenda est.[1], — провозгласила она. — Ах, мой милый Августин, все прошло, все!

Она была даже безумнее, чем обычно.

— Пошли, — сказала я маме, и мы обе быстро зашагали вперед.

По пути мама делала мне круглые глаза. По-моему, она только сейчас поняла, что Зоя Грин совсем чокнутая.

Приют оказался чуть выше по склону. Не успели мы туда добраться, как услышали рокот больших машин и треск деревьев. И в недоумении переглянулись. Когда мы свернули за угол, то обнаружили, что на одной стороне дороги разобрали ограду, а чуть ли не все женщины Кренбери стоят к нам спиной и смотрят в поле, где был бугор. Мы побежали. И протолкались в толпу.

— Пристройка к приюту, дорогая, — сказала продавщица из одежного магазина.

Мы посмотрели на плоский участок глины и пеньков и увидели, что два желтых экскаватора разравнивают бугор. Половины уже не было. Кусты сирени полегли на вершине туда-сюда, а их корни торчали из красноватой земли на срезанной стороне, словно перекрученная черная проволока. Все, кто стоял кругом, подались вперед и напряженно смотрели, как экскаваторы примериваются срезать еще кусок бугра. Возглавляла зевак тетушка Мария в своем кресле-каталке — и я увидела, что она подалась вперед так же напряженно, как и остальная толпа. Один экскаватор отхватил очередной большой кусок бугра. Другой выбрал ком глины с того самого места, где провалился сквозь землю Энтони Грин. Мы поняли, что все так высматривают. И когда экскаватор подался назад, мы также напряженно, как и остальная толпа, глядели на сырую красную глину оставшегося бугра. Там не было ничего, кроме корней и земли. Мы перевели взгляд на ком земли, который экскаватор нес в ковше, а потом внимательно смотрели, как ковш накренился, и ком соскользнул с него и разбился вдребезги на груде земли, нагроможденной в стороне. Но и там не было ничего, кроме земли.

— Ничего, — пробормотала продавщица из одежного магазина.

Мама попятилась на дорогу и потащила меня за собой.

— Не могу больше смотреть! — сказала она. — Пошли обратно к мисс Фелпс. Быстро.

Мы опять побежали через весь город.

Я сказала:

— По крайней мере, мы не видели оторванных рук и ног.

— А я, кажется, видела, как на ветру дрожала тряпочка. Но не уверена, — отозвалась мама.

— Может, он так сможет выбраться? — спросила я. Но по тому, как напряженно все глядели, было ясно — нет, не получится.

— Ерунда, — сказала мама. — Они собрались уничтожить его раз и навсегда. Иначе могли бы обойтись лопатами. Ну и лицо было у тетушки Марии — ты видела?!

Мы замолотили в дверь номера двенадцать и целую вечность дожидались, пока мисс Фелпс — медленно-премедленно — откроет нам.

— А, я так и думала, что вы вернетесь, — сказала она.

— Они срывают бугор бульдозером, — сказала я.

— Поэтому нам нужно действовать быстро, — сказала мама и ринулась в коридор.

Мисс Фелпс опять упала, когда впускала меня, но в самый последний момент мама развернулась и подхватила ее. Она крепко взяла мисс Фелпс под локоть и препроводила в гостиную. По-моему, мисс Фелпс была этим не очень довольна. Она любит делать все сама, в том числе и падать. А мама привыкла к тетушке Марии и не понимает этого. Я закрыла входную дверь, пока мама говорила:

— Ваш брат очень занят? Нам нужно устроить срочный военный совет с участием вас обоих.

— Маргарет, позови его, — попросила меня мисс Фелпс. — Нет, благодарю вас, я могу сесть в кресло без посторонней помощи.

— Мистер Фелпс! — закричала я.

Мистер Фелпс был наверху. Он деревянными шагами поспешил вниз — мокрый и встрепанный, словно только что из душа.

— В чем загвоздка? — спросил он. И, не дожидаясь, когда я отвечу, вошел в комнату. — На этот раз я пойти не могу, — заявил он. — В котором часу вы видели проекцию минувшей ночью? Женщина, не надо на меня смотреть. Отвечайте. Это важно.

Мама сказала:

— Не хочу показаться глупой, но я вас не поняла.

Мисс Фелпс ответила:

— Мой брат несколько опережает собственные мысли. Чтобы ваш друг избежал гибели от экскаваторов, необходимо, очевидно, извлечь его из прошлого в какой-то момент между тем, когда вы видели его в последний раз, и временем, когда рабочие начали копать.

— Путешествие в прошлое, мама, — пояснила я.

— Только недалеко, — кивнула мисс Фелпс. — Мне представляется — в нынешнее утро, сразу после рассвета. Все ли согласны?

В такого рода логике мама не сильна. У нее на лбу появились морщинки.

— Я… ясно, — проговорила она. — Тогда… нельзя ли отправиться поскорее? Пожалуйста!

— Можно отправиться хоть вечером, хоть завтра и все равно поспеть вовремя. Да хоть через год, — покривился мистер Фелпс. — Женский мозг меня просто ужасает. Полное отсутствие логики. Впрочем, если это вас обрадует, отправляйтесь хоть сейчас. Я, знаете ли, несколько занят.

Мы успели увидеть, как он шагает из комнаты, — и исчезли. Меня затошнило. Мама нетвердой походкой подбежала ко мне, и мы обе задрожали. Маме все не давала покоя мысль про «назад в будущее». Она сказала:

— Как нехорошо получилось, мы, кажется, ему ужасно помешали. По-моему, его сестра гораздо симпатичнее. Вот это да! И правда рассвет!

Да, занимался рассвет. Небо было все розовое. Через поля лентами протянулся туман, лес наверху посерел от него. Бугор перед нами был весь черный и промокший, если не считать редких бело-зеленых почек на кустах.

— Хочешь немного подождать и прийти в себя? — спросила я. Я-то хотела.

— Когда придут рабочие? Который час? — Мама поглядела на часы. Они, конечно, показывали полдвенадцатого. — Давай попробуем, — сказала она.

Мы подошли к бугру. Ноги у меня промокли от росы. Все время становилось светлее, и я как следует огляделась — я не забывала, что вижу в зеленом поле бугор и кусты в последний раз. Я посмотрела вверх, на леса на холмах, где оседал туман, и подумала: где же сейчас Крис?

— Пошли, Мидж. Все придется делать тебе, — сказала мама и снова посмотрела на часы.

— Знаю, — отозвалась я. — Наверно, надо теми же словами, что и она, да?