Тайна отеля «Зимний дом» - Бен Гутерсон

– Точно не знаю. Я думала о портрете, потом слышала, как мистер Веллингтон и мистер Рахпут говорили, что она занималась магией. И мне стало интересно.

Леона отвела глаза.

– Неприятный факт о семье Фоллсов в том, что Грацелла всегда была… странная.

– Что значит «странная»?

– В детстве она была не так уж плоха. Я тогда не была с ней знакома, но так говорил Норбридж. Но она выросла и изменилась и стала очень много читать о… назовём это «чёрной магией». Духи, силы и прочее. Очень много опасных исследований. Я с ней познакомилась, когда ей было пятнадцать.

– Странная птица! – проскрипел Миль. – Странная птица!

Элизабет рассмеялась, но Леона по-прежнему была серьёзна.

– И вправду, странная птица, – сказала Леона. Она отпила чаю и помолчала. – Мне кажется, главная проблема в том, что она завидовала Норбриджу. Его отец хотел передать «Зимний дом» ему – именно так всё и вышло. Думаю, Грацелла считала его отцовским любимчиком. Когда ей исполнилось восемнадцать, она убежала. Взяла вещи и зимней ночью исчезла, не сказав никому ни слова.

– Кто-нибудь видел её с тех пор? – спросила Элизабет.

– Никогда. Но за эти годы мы слышали кое-что странное.

Элизабет ждала, надеясь, что Леона продолжит.

– Мы думали, так иногда бывает, что непослушная девушка уходит из семьи. Но, кажется, её ненависть к «Зимнему дому», Норбриджу и всей семье Фоллсов со временем только выросла. Мы слышали, что она успела побывать в разных местах и изучить там чёрную магию. Кто-то однажды сказал, что она хотела узнать секрет бессмертия. Она вышла замуж за человека много старше неё по имени Аластер Зимость. Странное совпадение, а? Поменяла имя на Грацелла Зимость.

– Я видела это на фамильном древе, – сказала Элизабет, – где написано, что она «непостижима».

– Да, это действительно так, – вздохнула Леона, – Ну вот, теперь ты знаешь всю эту странную историю. По слухам, она умерла более тридцати лет назад. Мы не знаем, что сталось с её мужем. Детей вроде бы у неё не было.

Она грустно улыбнулась Элизабет.

– Боже, надеюсь, я тебя не напугала!

Элизабет не знала, как реагировать. Леона показала на пюпитр в глубине комнаты, где красовалась толстая книга, которой Элизабет раньше не видела.

– Кажется, тебя интересует история этого старого отеля, – сказала Леона. – Мне надо было раньше показать тебе эту книгу. Это единственный в своем роде дневник, собственные наблюдения Маршалла Фоллса, одного из родственников Норбриджа. Он был несколько эксцентричен, но писать любил!

Элизабет сканировала глазами толстую книгу.

– Она огромная!

– Это личный дневник, с рисунками и фотографиями. Всё, что ты хотела бы узнать о «Зимнем доме», здесь – по крайней мере, в изложении Маршалла.

Элизабет немедленно захотелось полистать книгу.

– Вы, наверное, столько всего здесь видели за эти годы.

Леона кивнула.

– «Зимний дом» – особенное место. Весьма особенное.

– Вы имеете в виду то, о чём позавчера говорил Норбридж? Что притягивает людей?

– Именно. Но, по-моему, есть нечто большее. Норбридж никогда не объявит об этом публично, но я могу. По мне, «Зимний дом» – это не просто место, куда люди приходят хорошо поесть или провести время. Конечно, всё это так, но не только. Здесь люди приобретают ценности, как в музее или великолепном парке. По крайней мере, я верю, что это так.

Элизабет воскресила впечатления от своего первого вечера в «Зимнем доме». И вспомнила, как, оказавшись в комнате 213, раздвинула шторы и долго любовалась озером Луны и горами.

– Кажется, я знаю, что Вы имели в виду, – сказала она.

– Я просто старый библиотекарь, – сказала Леона. – Но я верю, что «Зимний дом» не просто развлекательный комплекс, а место, которое увеличивает количество доброты во всём мире.

Её глаза стали шире, как будто могли осветить комнату. Фраза прозвучала слегка напыщенно, хотя была абсолютно искренней.

– Так что, слава «Зимнему дому», вот что!

– Уверена, что Норбридж очень много трудится.

– Он выполняет удивительную работу.

Элизабет посмотрела вниз и поправила рукав своего свитера. Она опять вспомнила Фредди и то, что именно она была причиной их разногласия.

– Вы же дружили с Норбриджем все эти годы? – спросила Элизабет, и Леона кивнула. – Но вы когда-нибудь ссорились с ним из-за чего-нибудь? Расходились во мнениях? Ругались?

Леона тихо засмеялась.

– Ну конечно же, дорогая, – сказала она. – Это в порядке вещей. Двое никогда полностью не совпадают во мнениях, независимо от того, насколько хорошо они друг к другу относятся.

Она помолчала, предоставляя Элизабет возможность ответить, но не дождалась и продолжила:

– Но мы всегда договаривались, потому что были искренне друг к другу привязаны. Норбридж – мой лучший друг.

Леона посмотрела, что происходит в зале. Возле каталога стояла смущённая женщина.

– Я лучше пойду помогу клиентам, – сказала она, и, прежде чем выйти, показала на толстую книгу:

– Не стесняйся, поройся в этой старой книге.

Элизабет подвинула к пюпитру стремянку-табурет, уселась на него и приступила к изучению книги Маршалла. Книга была громадная – более пятисот страниц, полностью рукописная, но с профессионально выполненным переплётом, как у библий или старинных энциклопедий. На титульном листе художественными буквами было выведено: «Личная история отеля «Зимний дом», и пониже ещё одна строчка: «Автор Маршалл Фоллс, житель».

Элизабет открыла «Часть первую» и внимательно начала читать:

«Тысячелетиями берега озера Луны были пустынны. Здесь дули сильные ветры, разрушая их. Никто не жил у этих берегов – ни мужчина, ни женщина, ни ребёнок. Но берега ждали суперзвезду, величайшего в своём и последующих поколениях, моего прадеда Нестора Фоллса. Нестор произнёс, впервые увидев озеро Луны: «Здесь возведу я отель», и сделал это, воплотив в жизнь своё пророчество».

«Ещё одна непонятная книжка», – подумала Элизабет. Она продолжила чтение, но уже через три страницы поняла, что безнадёжно запуталась в истории про Нестора Фоллса, раненого оленя, потерянный ящик с тёплым нижним бельём и странствующего цирюльника. Тогда она стала просматривать книгу по диагонали.

На двухсотой странице она нашла рассказ про Грацеллу и выяснила, что та была чем-то вроде отшельника и с довольно противным характером. По всей видимости, в первый раз она сбежала из дома в тринадцать лет, но через несколько дней вернулась, не пожелав объяснить, где была. Три года спустя у неё случилась ссора с постояльцами, которые обвинили её в краже драгоценностей. Действительно, похищенное нашли в комнате Грацеллы, хотя та уверяла, что ничего не знает. Когда она выросла, то покинула отель зимней ночью, как раз после горячей ссоры с родителями.