Лекс и Талк. Опасная миссия - Катерина Кингорд

И Лекс шумно выдохнул:

– В общем, решил я тебе чибу отнести, чтобы не потерялась… – Он вкратце обрисовал, как потащился с чибой в трапезную, попал по ошибке в правое крыло и там уже встретил призрака. – А накануне, понимаешь, Джер, я видел этого призрака во сне. И еще какого-то типа по имени Линард – вроде бы здешний послушник. Но я ведь память потерял в Лаумите – то есть получается, что не помнил ничего про призрака, – развел он руками. Краем глаза он поймал потрясенное лицо Талка – тот явно был в шоке от его рассказа.

Джертон хмыкнул, потеребив кончик носа:

– Надо же… И что, ты не вспомнил призрака, когда проснулся?

Саня пожал плечами:

– В том-то и дело, что нет. А сегодня столкнулся с ним в коридоре. И чиба твоя ускользнула, – виновато кашлянул он.

– Чиба – это ерунда, – отмахнулся послушник, – она животное свободное: бегает по обители, возвращается по вечерам и спит у меня в кармане. За нее не беспокойся. А вот про призрака даже не знаю. Может, все из-за того, что над вами сверху? – дернул он подбородком к темному потолку.

– А что над нами? Комната Привидений? – всполошился Талкин.

– Спокойно, Талче, спокойно, – ухмыльнулся Джертон. – Ты чего, струсил? Да у меня даже сестренку этими глупостями не испугать!

– Не… просто там что, правда, привидения? – пристыженно кашлянул Женька. – Я солью священной запасся уже, а вот Риан выучить не успел.

Джертон рассмеялся:

– Раз «слезками» запасся – значит, все в порядке. Черный Призрак вас не тронет.

– Э, так он, правда, над нами живет? – чуть не подскочил здоровяк. И, заметив гнусную ухмылку на лице Джера, пихнул его в плечо. – Так что – живет? Или не живет ведь, верно?

– Да не живет, не живет там никто, – расхохотался черноволосый. – Эка тебя перекосило, Талк! А ведь до Лаумита, пока ты читать не умел – кремень был! Да ты на спор в призрака камнями швырялся!.. Ну-ну, спокойно, – поднял он руки, заметив, как побаг ровел Талкин. По всему видать, тому больше претило выглядеть трусом, нежели невеждой.

– Кстати, а где твоя сестра учится? – решил немного разрядить обстановку Саня. Тем более этот вопрос его действительно заинтересовал. – Я что-то в обители никого из девчонок не видел…

– В обители? Девчонки? – вытаращился на него Джертон. – Ты что, Лекс, перегрелся? А… ну да, «все из-за Лаумита», – прыснул он и, перехватив сердитый взгляд Сани, принялся объяснять: – Это же обитель Агнеуса, священное место! Служить здесь могут только отроки, а все способные послушницы учатся в Лаумите при дворе короля. Как и моя сестра, кстати. Мы, Амикары, вообще сообразительные! – не преминул он похвалиться.

Друзья только вздохнули на эту отповедь, а Лекс подумал, что им небось еще сотню раз придется выслушать подколки и Джертона, и других послушников… Нет, чтобы мастер Тайлас заранее все рассказал да объяснил!

– Ладно, – кашлянул он, – так сверху над нами все-таки комната или бывшая молельня? Мне Абио рассказывал, что там святилище было раньше.

– Ха, он тебе наговорит, – фыркнул Джертон. – Повезло тебе, что с «совестью ордена» Гудианом не говорил про ту комнату! Но вообще, да, прескверная там история случилась, – вздохнул он, закинув ногу за ногу, – и не молельня наверху вовсе. А бывшая келья послушников!

И у Сани чуть сердце не выскочило из груди: значит, бывшая келья…

– Слушай, так Линард, наверно, там и жил?

– М-м… не знаю такого. Откуда ты вообще этого Линарда взял? – нахмурился Джертон.

– Приснился мне, я же рассказал, – развел Лекс руками. – Он говорил, что живет над нами, на втором этаже. Наверно, один из… тех, убитых. – Голос его дрогнул.

– Нет, сожженных послушников мы наперечет знаем. Не было там никакого Линарда, разве что… – Черноволосый снова нахмурился, бросив долгий взгляд в окно, за которым висело низкое небо – казалось, будто уже вечер наступил, хотя время было обеденное.

* * *

– В общем, история такая, – тряхнул он головой, точно вырвавшись из оцепенения. – Пятьдесят лет тому назад двое послушников в келье, что над вами, решили призвать Жреца Гаурта.

– Призвать? Зачем? – охнул Талкин, и Саня тоже воззрился на новоиспеченного друга.

– Как бы тебе сказать, – вздохнул Джертон, потеребив кончик носа. – Говорят, бедолаги мечтали войти в Чароцвет и решили доказать магистрам, что могут помериться силами с самим отступником, Жрецом Гаурта! Раньше ведь послушники были не чета нынешним, – пояснил он, – заклятьям с раннего детства учили. В нашем возрасте послушники о-го-го что крутить умели: солнечный ветер, левитация, огневзгляд… Говорят, некоторые даже грозовые молнии перехватывали, можете себе представить!

Талкин затряс головой – по взгляду его нельзя было понять, что он обо всем этом думает.

А Джертон удовлетворенно кивнул:

– В общем, кучу всего умели, и в библиотеку их легко пускали. Говорят, даже в запрещенное книгохранилище можно было попасть! А там древние манускрипты лежат и редчайшие руны, которые сейчас уже и не рисуют. В общем, добыли эти послушники книгу, писанную некромантами, – вздохнул он, – и накануне Посвящения призвали Жреца Гаурта.

На секунду в келье воцарилась звенящая тишина. А привычные звуки – отдаленные крики, смех, топот – доносились словно из другого мира.

– И что, Жрец всех убил? – прошептал Талкин, таращась на друга.

Тот кивнул:

– Кроме тех двоих в келье жили еще восемь послушников. Так что можете представить, что сотворил Жрец Гаурта: он превращал их в живые факела, несчастные долбились в двери, пытались через окна вылезти, но не могли… – каким-то замогильным голосом продолжал черноволосый. – Говорят, крики в другом крыле было слышно.

И Саня сглотнул: джертоновский вариант этой истории был даже хуже, чем рассказ Абио с Гудианом.

«Про нормальный сон в этой чертовой келье теперь точно можно забыть», – мелькнуло у него в голове, и он метнул украдкой взгляд на потолок, отделявший их от места ужасного побоища.

– Неужели мастера не могли их спасти? Они же небось всё слышали? – тем временем возмутился Талкин – рассказ Джертона его, похоже, хорошо пронял.

– Еще как пытались, – вздохнул тот. – Но дверь точно заклинило, послушники даже через окна не могли выбраться. Понимаешь, они скрутили заклятье, которое создало Проход, а вместе с ним и защитный кокон, куда они угодили вместе со Жрецом Гаурта: пока Проход был открыт, кокон держал их внутри. И Жрец хохотал, убивая послушников, глумился над орденом Агнеуса-Солнца, – чеканил Джертон, глядя куда-то перед собой.

– Вот ведь сволочь! – Талкин стукнул гигантским кулаком по столу, так что чашки подскочили. – Но потом мастера все-таки ворвались и убили его?

– Убили-убили, – мрачно усмехнулся Джертон, – только когда все послушники были уже мертвы.