Лекс и Талк. Опасная миссия - Катерина Кингорд

Лекс стрелой выскочил на площадь – испытывать терпение грозного Гардока ему больше не хотелось.

Он оглянулся на высокие врата собора – времени было почти десять. Завтрак Белов все-таки пропустил из-за этих горилл, чтоб им пусто было!

– Ладно, еще легко отделался, – пробормотал он, ощупывая шишку на голове.

Народу на площади было немного: послушники и молодые маги сновали в основном возле правого крыла. И Саня, раздумывая о толстяках и настоящем Лексе, двинулся к себе в келью, в левое крыло.

«Что же теперь делать? Продолжать бодаться с толстяками глупо. Непонятно даже, урезонил их мастер Истрид или нет, – думал парень. – Во всяком случае, наказания он им не потребовал. Разве что за испорченный инвентарь, но уж точно не за вчерашние издевательства и не за сегодняшнюю драку…» Белова снова замутило, ладони вспотели.

– Проклятье… – простонал он, ввалившись в келью.

Благо внутри никого не было – Талкин, похоже, еще не вернулся из трапезной. И Саня кинулся к бутыли с водой на столе: выпив залпом полстакана, он плюхнулся на лежанку. Под ребрами то и дело вспыхивала обжигающая боль.

И парень снова выругался, кое-как откинувшись спиной на стену. В голове его крутились мерзкие картины: то обрывки драки с толстяками, то перепуганные лица Абио с Аткалагоном… Хохот долговязого пижона Кигана, растерянное лицо Талка… И в довершение ко всему Гардок со своими требованиями извинений.

И Лекс даже кулак стиснул:

– Нет уж, с меня хватит! Пусть Тайлас возвращает меня обратно. Ничего… одного Талка вполне хватит для заговора, – пробормотал он, морщась от боли, а потом потянулся к своей полке. Пошарив рукой, он вытащил маленький кристаллик, который тускло блеснул в пасмурном свете, и парень невольно вспомнил слова Тайласа: «Ваши имена будут вписаны золотыми чернилами в историю Альруаня! Сам король нуждается в вас… Вы – будущие герои…»

– Тоже мне, герои! – фыркнул Саня. Честно говоря, весь тот разговор с Тайласом о шпионах в обители и спасении короля казался Белову каким-то сном. Уж так не вязались легендарные герои и дворцовые заговоры с вонючим горохом, издевательствами послушников и прочим бедламом, что здесь творился!

В глубине души Лекс почувствовал сожаление: все-таки не получилось у него… У Талкина, наверное, получится. Возможно, он раскроет заговор вместе с таинственным помощником и даже в легенды попадет. А он – Саня Белов – так и вернется несолоно хлебавши…

В этот момент снаружи послышались громкий топот, голоса, и среди них такой знакомый глухой бубнеж Талка.

– Проклятье! – подскочил Саня и, сунув переговорник Тайласа в карман, кубарем скатился под лежанку.

И вовремя: дверь загрохотала, в келью ворвались шум, голоса, смех. Белов из-под кровати увидел ноги Талка в сапогах с железными блямбами, а следом – кого-то в модных синих ботинках.

«Кажется, Джертон, – сглотнул Лекс, – принесла же его нелегкая!»

– …Вот об этом я и хотел поговорить! – тем временем прогудел Талкин. – Как считаешь, гхм… сильно ему врежут?

И Саня услышал смешок Джертона:

– Да спета его песенка. Нефа и Гунта он раздразнил, Гардок его тоже невзлюбил…

Белова бросило в жар: явно его обсуждают! Женька что-то загудел в ответ, но в эту секунду снаружи снова послышались шум и гнусавые голоса. Двери загрохотали, и… в келью ввалились такие знакомые зеленые сапоги, которые буквально час назад пинали Лекса!

И парень чуть не взвыл: Нефлинг! Только его здесь и не хватало… Для полного счастья осталось дождаться Кигана с Гунтасом – и вся шайка в сборе! А в келье тотчас стало шумно и тесно.

– Ну, дела, ребя! – с порога заорал Нефлинг.

И Саня к своему изумлению услышал дружелюбный бас Талка:

– О, Неф, наконец-то! Мы с Джером тебя заждались. Как там все прошло-то?

Белова окатило жаром: его друг вместе с чернявым пижоном… заждался этого толстяка! На секунду он даже слышать перестал, такая ярость его захлестнула. Он, конечно, и не мечтал, чтобы Женька набросился на гориллоидов с кулаками, но такое дружелюбие в голосе…