Аграфена и братство говорящих котов - Евгений Гаглоев

Пима понял ее беспокойство.

– Не переживай, – сказал он ей. – У меня в кармане есть еще две свечи.

Аграфена вздохнула с облегчением.

Когда они уже порядком устали, коридор вдруг вывел их в просторную квадратную комнату. Вдоль стен валялись старые пожелтевшие кости, очень уж похожие на человеческие. Пол помещения был вымощен квадратной плиткой, черного и белого цветов, уложенной в шахматном порядке.

В дальней стене виднелся еще один темный проход.

Ребята вошли в комнату и огляделись.

– Не нравятся мне эти кости, – напряженно сказал Триш.

– А мне не нравится, что вы не смотрите себе под ноги! – заметил Акаций. – А вдруг здесь понаделано ловушек для таких вот простаков.

Едва он это сказал, одна из плиток под ногами Пимы с тихим щелчком ушла вниз.

Дверной проем, через который они вошли в комнату, тут же закрылся толстой чугунной решеткой.

– Я же говорил! – воскликнул кот.

Пима и Триш ошарашенно переглянулись.

– Как мы теперь выйдем обратно?! – воскликнул второй.

– Не знаю как вы, а уж я-то выйду! – усмехнулся Акаций. – Я запросто пролезу между этими прутьями.

– Не паникуйте! Просто нам придется двигаться дальше, – спокойно сказала Аграфена. – Может, на том конце коридора есть другой выход?

Она сама едва сдерживалась, чтобы не запаниковать, но не хотела показывать это своим и без того перепуганным друзьям.

Вдруг по подземному коридору пронесся пронизывающий ледяной ветер. Что-то зашумело под потолком, зашелестело и загрохотало.

А потом хриплый надтреснутый голос произнес:

– На твоем месте я бы на это не надеялась!!!

Ребята порядком струхнули и начали испуганно озираться по сторонам.

– Кто это? – чуть слышно спросила Аграфена.

– А вы кто такие?! – сварливо осведомился голос. – Чего пожаловали? Незваные гости хуже захватчиков!

– Мы просто дети… – дрожащим голосом сказал Триш.

– Просто дети не вошли бы в мои подземелья! – ответил голос.

– Твои подземелья? – удивилась Аграфена.

– Я – Амалия! Все здесь принадлежит мне! – злобно проскрежетало под потолком.

Пима испуганно охнул. Триш так и сел на каменный пол. Акаций забрался еще глубже под рубашку Аграфены и затрясся так сильно, будто его беспрерывно било током.

– Ты же умерла? – брови девочки подскочили вверх.

– Настоящему Эсселиту это не помеха! Умирает лишь наша телесная оболочка. А дух, при желании, может остаться на земле, особенно если у него имеются кое-какие незаконченные дела!

В центре комнаты показалось какое-то неясное свечение. Вскоре эта дымка собралась в невысокий светящийся силуэт.

Перед остолбеневшими ребятами появилась древняя иссохшая старуха в старомодном платье. Амалия вся переливалась бледно-голубым призрачным светом, ее морщинистое лицо корчилось в недовольной старушечьей гримасе.

– Не иначе пришли украсть что-нибудь! – подозрительно прищурилась она. – Так я вам этого не позволю! У меня много капканов припасено для таких, как вы!

Аграфена набрала в легки побольше воздуха и дунула в сторону Амалии.

Силуэт старухи заколыхался на сквозняке.

– Так я и знала! – сказала девочка. – Она ничего нам не может сделать. Это всего лишь туман.

– Это я-то туман! – разозлилась старуха. – Да меня вся деревня боялась!

– Тысячу лет назад! – добавила Аграфена.

Она повернулась к Тришу и Пиме.

– Пойдем! Нечего тут рассиживаться!

Она бесстрашно двинулась дальше и прошла прямо сквозь Амалию. Старуха злобно зашипела и заколыхалась, но мертвая ведьма в самом деле не могла причинить девочке никакого вреда.

Акаций высунул голову из-за шиворота девочки и показал Амалии язык.

– Ну что ж, давайте двигайте дальше! – вдруг ласково сказала старуха. – Действительно, чего мне переживать? Меня давно нет на свете, а мои сокровища пригодятся кому-нибудь другому…

Что-то в ее словах заставило Аграфену остановиться.

Уж больно быстро старая ведьма сменила гнев на милость.

Она осмотрелась по сторонам.

Подняв с пола большую кость, девочка размахнулась и бросила ее в дальний конец комнаты. В ту же секунду из противоположных стен вылетели целые полчища остро отточенных спиц. С громким свистом они буквально изрешетили стены.

Утыканная спицами кость со стуком упала на пол.

Пима и Триш были готовы в этот момент просто потерять сознание.

Амалия раздраженно выругалась и растаяла в воздухе.

– Умнее, чем я думала! – прошамкал ее голос откуда-то сверху. – Проваливайте пока не поздно! То ли еще будет!

– Идем дальше? – спросила Аграфена у мальчишек.

– Может, лучше подождем? – предложил Пима. – Вдруг там еще остались иглы?

Девочка подняла с пола вторую кость и точно так же швырнула ее в темноту. На этот раз ничего не случилось. Она бесстрашно двинулась дальше, не оставив Пиме и Тришу других вариантов, кроме как последовать ее примеру. Ребята достигли края комнаты и вошли во второй коридор.

Коптильда и Кухарка двигались по темному коридору, стараясь не шуметь, чтобы не спугнуть беглецов.

– Ох и задам же я им, когда поймаю! – шипела комендантша. – Они у меня будут жить в «копошилке»! За исключением Гриша! Его-то я продам старосте для потехи его полоумной дочки!

Из темноты донеслось какое-то шуршание, затем металлический лязг.

Обе замерли на месте.

– Что это было? – спросила Коптильда.

– По звуку, будто ржавая калитка закрылась! – сказала Кухарка.

– Они что-то нашли! – воскликнула комендантша. – Бежим!

Она понеслась вперед, громко топая ботинками. Ее спутница рванула следом. Не то, чтобы Кухарке так уж не терпелось схватить беглецов, просто страшновато было оказаться в кромешной тьме.

Фонарь-то был у Коптильды.

– Не отставай! – крикнула ей та на ходу. – Пока мы тут клопов считаем, эти спиногрызы все золото сопрут!

Она не заметила внезапно возникшую перед ней преграду и с жутким грохотом во что-то врезалась.

Ба-бах!

Комендантша постояла, не двигаясь, еще какое-то время, потом рухнула на спину и осталась лежать неподвижно. Кухарка подняла выпавший из ее руки фонарь и присмотрелась. Проход преграждала чугунная решетка, сваренная из толстых прутьев.

– Хм! Да тут закрыто! – удивленно сказала она.