Пардус. Книга 5. Восставшая из пепла - Евгений Гаглоев

Ирма сдержала слово – буквально через пару дней Наташке устроили фотосессию. Девушке предложили сфотографироваться в нескольких красивых вечерних платьях, разработанных Миленой Андреевной. Одеваться ей помогала Татьяна.

Съемки проходили в специально оборудованном павильоне компании. Гигантское сумрачное помещение было обставлено в стиле старинного средневекового замка с колоннами и высоким сводчатым потолком. Декорации искусно нарисовали и вырезали из картона и пенопласта, но выглядели они, как натуральный мрамор. Настоящей была только люстра, огромная, красивая, с множеством хрустальных подвесок. Она висела на толстой цепи над самой Наташкиной головой и искрилась в ярком свете софитов.

Наташа так нервничала, что едва на ногах держалась от волнения.

– У меня все поджилки трясутся! – призналась она Татьяне. – Сейчас инфаркт миокарда случится!

– Надо как-нибудь научить тебя основам медитации, – сказала Татьяна. – Помогает успокаивать расшалившиеся нервы!

– Я сейчас просто умру!

– Ты сама напросилась! – сказала ей Татьяна. – Да брось, все будет отлично! Глядишь, станешь известной моделью, и все будут брать у тебя автографы!

– Золотые слова! – сказала Ирма, входя в студию. – Быть моделью здорово, Наталья! В этом я убедилась на собственном опыте!

Пока Ирма осматривала наряды Наташки, висящие на специальной вешалке, заглянула Виолетта. Она подошла к зеркалу и взбила свои короткие волосы.

– Тебя будет снимать Влад Гордон! – сказала Наташке Виолетта. – Лучший фотограф нашей компании!

– Повезло тебе, – подхватила Ирма. – Он настоящий профессионал! У Влада всегда получаются потрясающие снимки!

– Я с ним еще не знакома, – робко сказала Наташка.

– Он часто ездит в разные заграничные поездки, поэтому вы еще не встречались, – пояснила Виолетта. – Но он тебе понравится, вот увидишь!

Ирма тоже подошла к зеркалу. Поглядела на себя и вдруг раздраженно вскрикнула:

– Боже! Новая морщина! Почему вы не сказали мне, чтобы я поменьше хмурилась?! – Она схватила с полки одну из баночек, открыла ее и начала быстро втирать крем в лицо. – Ненавижу! – зло бросила она. – Ненавижу стареть!

Татьяна и Наташка никогда еще не видели ее такой взбешенной.

– Вы прекрасно выглядите, – робко заметила Татьяна.

– Знала бы ты, чего мне это стоит, девочка! – сказала Ирма. – Постоянные маски, массажи, лифтинг! Как все было легко и просто в вашем возрасте. Мне не приходилось столько времени тратить на поддержание собственной красоты. Знали бы вы, как ужасно из преуспевающей фотомодели превращаться в старую, сморщенную каргу! Но увы! С этим ничего не поделаешь.

Ирма закончила втирать крем и придирчиво осмотрела свое лицо. Затем молча повернулась и вышла из студии. Наташка и Татьяна озадаченно посмотрели ей вслед.

– Что это с ней? – спросила Татьяна.

– Не обращайте внимания, – спокойно ответила Виолетта. – На нее находит иногда. Капризы стареющей манекенщицы. Она просто не может смириться, что ее красота постепенно уходит.

В дверь павильона заглянула Милена Андреевна.

– Наташ, ты оделась? – осведомилась она. – Влад уже идет, он готов приступить к работе!

Наташка испуганно охнула.

Влад Гордон оказался привлекательным молодым мужчиной лет тридцати. Высокий, широкоплечий, с темными волосами и серыми глазами, он и сам, при желании, мог бы работать манекенщиком. Он приказал Наташке замереть в центре студии, его помощники установили нужное освещение, и съемка началась.

Татьяна никогда еще не видела работу фотографа-профессионала. Влад был немногословен. Он молча показывал Наташке, как лучше встать и куда смотреть. Камера снимала почти без остановки, делая несколько кадров в минуту.

Поначалу Наташка сильно стеснялась, но затем понемногу освоилась и стала вести себя более непринужденно. Татьяна и Милена Андреевна помогали ей быстро менять наряды, Виолетта наскоро поправляла прическу. Съемки длились почти час, и к их завершению и сама модель, и ее помощницы едва не валились с ног. Влад же нисколько не устал.

– Ну и последний снимок! – сказал он. – Я хочу сфотографировать тебя так, чтобы над твоей головой была видна люстра. Изобрази для меня знатную даму, владеющую этим замком!

Наташка немного подумала, затем уперла руки в бока, изогнула шею, гордо вскинула голову и замерла.

– Вот! – кивнул Влад. – То, что нужно! Не шевелись!

– Любимая поза леди-вампирши из романа ужасов, который я сейчас читаю! – улыбнулась Наташка.

Влад присел перед Наташкой на корточки и направил камеру вверх, чтобы захватить в объектив люстру.

Татьяна мельком взглянула на потолок. И обмерла.

Сводчатый купол над головой Наташки быстро покрывался изморозью. Потолок, выкрашенный черной краской, белел на глазах. Корка льда разрасталась по всей его плоскости. Лед достиг крюка, на котором висела люстра, мгновенно покрыл его толстым слоем и начал опускаться вниз по цепи.

Татьяна обеспокоенно огляделась вокруг. В павильоне присутствовало много людей, но все они не сводили глаз с Наташки и Влада, увлеченные процессом съемки. Никто не замечал, что творится наверху.

Татьяна вновь вскинула голову к потолку. Цепь люстры стала совсем белой. От нее шел пар, сизые клубы скапливались под заиндевевшим потолком. Раздался тихий треск. Люстра слегка покачнулась. Тяжелые хрустальные подвески закачались в свете прожекторов.