Боруэлла - Наталья Евдокимова

Я накладывала грязь на светлую макушку уже полностью вымазанного Вадика, когда тот вдруг пискнул, показывая куда-то пальцем:

– Ой… Вика…

– Что за Вика? – вполголоса спросила я.

– Ну с танцев… Которая партнёршей моей была. Вон она… Ой.

Я посмотрела в ту сторону, куда показывал Вадик. Стройная девчонка в лёгком платьице в цветочек шла в нашу сторону. Она улыбалась, но её намерения мне были не ясны. На всякий случай я приготовилась защищаться.

Подойдя к нам, Вика остановилась, смахнула с лица длинные светло-каштановые волосы, медленно осмотрела Вадика с ног до головы. Удивительно, что она вообще признала Вадика: теперь он был больше похож на южноафриканского негритёнка.

– Фи, какой красивый, – наконец сказала она, не переставая подозрительно улыбаться.

Фраза была явно противоречивой, но Вадик почему-то попытался снять грязь с лица, размазывая её при этом ещё больше. Мне стало немного стыдно за наш вид, и я поспешно принялась посыпать Вадика сверху сухим песочком.

– Привет, Вика, – нерешительно сказал Вадик. – Ты тоже купаться?

– Я? Купаться? – удивилась Вика. – Не-тушки, почти зима на дворе. Какое тут купание? Я в художественную школу ходила – вон она, за речкой, видишь? Там сегодня до восьми принимают новых учеников. Теперь я буду рисовать, – гордо заявила девочка.

– А петь, – вмешалась я, – ты не хочешь? А то могу устроить.

– Кстати, познакомься – это Боруэлла, – сказал Вадик.

– Странное имя, – удивилась Вика.

– Авторская разработка, – сказала я важно. – Так как насчёт пения?

– Петь – это позже, – вздохнула Вика и присела возле нас. – Пока я рисовать буду учиться. Думаю, получится.

– Танцевать у тебя хорошо получалось, – покачал головой Вадик, совсем как взрослый.

– Так вся жизнь за танцами пройдёт, – серьёзно сказала Вика. – А надо многое перепробовать.

– Рисовать можно в свободное время, – пожал плечами Вадик. – Вон Элька стихи пишет. И на танцы успевает.

– Правда, пишешь? – заинтересовалась Вика.

– П-шу… – сказала я, ковыряясь в грязи пальцем. Грязь довольно урчала, как пригревшийся котёнок.

– Ой, а на танцы ты к нам, да? – догадалась Вика и замялась. – То есть… не к нам… к ним…

Я кивнула. И Вадик кивнул. И Вика – помолчала и кивнула. Я на всякий случай кивнула ещё раз. Пригодится.

– А почитай что-то из стихов, пожалуйста! – попросила Вика.

Мысль устроить мой творческий вечер показалась мне интересной.

– Давай прозу, – предложила я. – Буду читать прозу.

– Давай! – радостно сказали Вадик и Вика.

– Только мы сначала сполоснёмся. В искусство надо приходить чистыми. Пойдём, Вадик!

Пока мы купались, я быстро придумывала что-то потрясающе прозаическое. Вика оказалась сообразительной девчонкой – не ждала нас просто так, а откуда-то притащила ящик, который и послужил мне сценой. Догадливые пляжане сразу подтянулись к сцене и стали ожидать моего, бесспорно, потрясающего выступления.

– Итак! – сказала я, взобравшись на ящик. – Сегодня я расскажу вам о людях, чей творческий путь не имеет ни начала ни конца. Вернее, я научу вас быть настолько творческими, что никто не посмеет утверждать обратного! А самое главное, вы научитесь совершать удивительные, практически невозможные поступки! Приступим! Стандартность и непредсказуемость – сколько об этом было сказано! Сколько было дано эпитетов второму и убеждений в приживаемости первого! Дадим же новую схему создания нестандартного из вполне обыденных процессов. Сразу скажу – это непросто и требует больших творческих усилий. Вы готовы? (Аудитория решительно засвистела)

– Теперь возьмём стандартные решения и процессы, – продолжила я, -

дважды два – четыре;

встать – сесть;

зайти в гости – поприветствовать;

дать деньги за товар – получить товар;

смешная история – улыбка;

выслушать грубость – сказать грубость;

уронить ложку – поднять ложку;

записаться на приём к врачу – пойти на приём

к врачу;

включить телевизор – выключить телевизор…

– И так далее. А теперь не силой мысли, но силой случайных подстановок и переменой мест слагаемых из разных уравнений создаём нестандартные ситуации, становимся нестандартными, неожиданными, новыми! Поступайте и думайте так:

получили товар – скажите грубость;

уронили ложку – зайдите в гости;

выслушали смешную историю – дайте деньги

за товар;

включили телевизор – запишитесь на приём

к врачу;

дважды два – смешная история;

зашли в гости – поднимите ложку;

выключили телевизор – выслушайте грубость;

получили товар – сядьте;

зашли в гости – выключите телевизор;

сели – поднимите ложку…

– И так далее. Будьте творческим человеком! В каждом действии должно быть что-то новое, помните об этом! А в следующий раз мы рассмотрим ваши нестандартные предложения.

Закончив свою блистательную речь, я поклонилась, и народ оглушил меня аплодисментами (ну я аплодисментов добавила самую малость). Некоторые кричали «браво», но чаще звучало слово «бис». Я обратила внимание, что его преимущественно выкрикивал Вадик.

– Спокойствие! – громко сказала я. – Следующий концерт непременно состоится.

О нём каждый из зрителей будет извещён дополнительно! А на сегодня всё, всем спасибо, дайте денег!

Все снова захлопали, и я сошла со сцены под всеобщее ликование.

– А представляешь, как было бы здорово, если бы на пляже сегодня было не десять человек, а целых сто! – радостно воскликнул Вадик, подняв руки вверх.

– Элька, это было здорово! – подхватила Вика.

– Да, да, я знаю, – покорно сказала я. Тяжело бремя славы, что ни говорите…

– Ой, – спохватилась Вика. – Мне уже пора, а то родители беспокоятся. Спасибо за концерт! – добавила она уже на бегу. – Пока!

– Пока… – грустно сказал вслед Вадик.

– Не беспокойся, Вадик, шансы на возвращение Вики в строй есть. Ты знаешь, где она живёт?

– Угу…

– Значит, ночью проводим операцию. Наркоз и скальпели придётся тащить с собой.

– А почему ночью? – заинтересованно спросил Вадик.