Ты любишь науку или нет? - Генрих Книжник

— Андрюша, мы тебя умоляем! Мы будем слушаться, все делать, ты нас даже замечать не будешь. Фуня, Терезка, сюда!

Витик выскочил, схватил Терезку за руку и втащил в комнату. Фуня как-то незаметно потерялся по дороге. Терезка была очень напугана криком брата, его грозным видом, глаза у нее от страха были распахнуты во всю ширь, губы дрожали. Но она все равно сделала свой книксен и прошептала:

— Бардзо просим!

Зойка тут же показала на нее пальцем и затараторила:

— Тебе не стыдно, изверг? Смотри, как напугал девочку. Иди сюда, Терезочка. Не бойся ты его, возьмет он вас всех, никуда не денется. Знает это, потому и кричит. Правда, Андрюшенька?

— Черт с вами! — вдруг махнул рукой брат. — Но чтоб по струночке, а то сразу отправлю!

И в этот момент, прижав руки к груди и приседая от благодарности, в комнату заскочил Фуня.

— Я иду разговаривать с Терезкиными родителями, — заявил Фуня на следующий день. — Пойдем со мной, а?

— Нет уж, — ответил Витик. — Ты сказал, что берешь это дело на себя.

— Ну пожалуйста, я один боюсь! — Фуня смотрел на Витика умоляюще.

— Дохлое дело. Андрюшка говорит, что ее все равно не отпустят. Он бы на их месте не отпустил.

— Хоть попробуем….

— Ладно, — согласился Витик.

До самого Терезкиного дома Фуня не проронил ни слова, но по выдвинутой вперед челюсти и сверкающим очкам Витик видел, что он полон отчаянной решимости.

— Ты молчи, говорить буду я, — отрывисто бросил он, входя в подъезд.

Дверь им открыла Терезка. Фуня мотнул головой.

— Зови родителей, — мрачно распорядился он, прошел в комнату и уселся за стол, положив на него руки.

Витик зашел вслед за ним, но сел на всякий случай на диван, в угол. Терезка, испуганно оглядываясь на Фуню, выбежала из комнаты.

Когда Терезкины родители вошли, Фуня поздоровался с ними кивком и сказал:

— Пан Олек и пани Анна, прошу вас сесть.

Брови Терезкиного отца изумленно поползли вверх, но он послушно прошел к столу. Мать вытерла руки о передник и села на стул возле двери. Терезка, наоборот, шагнула в коридор и выглядывала оттуда одним широко открытым глазом.

— Пан Олек и пани Анна! — торжественно начал Фуня. — Мы вас очень бардзо просим отпустить с нами вашу дочь Терезу. Мы с ней не можем расстаться, а с ним, — кивок в сторону Витика, — не можем откладывать наш Эксперимент. Кончится сезон гроз — и всё придется переносить на будущий год. Безопасность вашей дочери я гарантирую.

Терезкины мать и отец быстро переглянулись. Мать низко опустила голову, отец сунул в рот сигарету и стал щелкать зажигалкой, руки у него тряслись. Наконец сигарета зажглась, он глубоко затянулся и посмотрел на Фуню.

— А кто еще гарантирует ее безопасность? — спросил он. Голос у него как-то странно вздрагивал.

— Его брат, — Фуня подбородком указал на Витика.

Отец и мать разом поглядели на последнего. Витик втянул голову в плечи.

— Хм… А что скажет моя дочь? — спросил Терезкин отец.

— Тереза, говори! — приказал Фуня. — Ты хочешь ехать с нами?

— Олек, не вытржимам, — вдруг сказала Терезкина мать тоже вздрагивающим голосом. — Пуйдем до кухеньки на момент.

— Извините. Мы ненадолго вас оставим. — Терезкин отец встал. — Терезка, будь здесь и развлекай гостей.

Когда они вышли, Фуня вдруг осел на стуле, будто из него выпустили воздух. Над столом теперь была видна только его голова с испуганными глазами.

— Куда они пошли? — шепотом спросил он Терезку.

— На кухеньку. Обсуждать, — так же шепотом ответила она.

— Что они решат? — Голос Фуни задрожал.

— Не вьем. Не знаю.

— А что твоя мать сказала папе? — спросил Витик.

— Что скоро не будет держать себя. То може быть так.

— Не выдержит, — догадался Витик.

И тут до него дошло, что и мать, и отец изо всех сил старались удержаться от смеха. Он посмотрел на Фуню. Тот, наверное, тоже понял это, и на лице у него появилась растерянная, жалкая улыбка.

«Плохо дело», — подумал Витик.

Ему ужасно захотелось сию же минуту сбежать отсюда, чтобы не видеть Фуниного лица, когда ему со смехом скажут, чтобы он топал вон.

— Но добже. Ну хорошо. — Витик даже не заметил, как Терезкин отец появился в комнате. — Одна неделя, а потом будем смотреть дальше. И мы с мамой хотим познакомиться с твоим братом, Витек. Приходите сегодня вечером, договорились? Тереза, ходзь до кухеньки, допомуж мамуси. Будем пить чай.

Витик кивнул, не в силах произнести ни слова.

Фуня медленно вырастал за столом, возвращаясь к прежнему росту. Лицо его из растерянного снова становилось решительным и суровым.

— Готовься, Тереза! — скомандовал он. — Отъезд через три дня!

И тут Терезкин отец открыл рот и захохотал так, что в часах на стене что-то зазвенело. Из кухни донесся неудержимый всхлипывающий смех Терезкиной матери.

— А теперь идем к Мальке, — распорядился Фуня, когда они вышли из Терезкиного подъезда.

— Ты что! — испугался Витик.

— Идем. Хуже не будет. Вдруг получится. Я буду говорить.

— Не получится. И еще Андрюшка…

— Получится. И его уговорим.

Дверь им открыла Малькина мать.

— Тетя Фируза! — сразу заговорил Фуня. — Мы вас очень просим: отпустите Малю с нами на дачу. Мы вам гарантируем ее полную безопасность. Там будет еще одна девочка, полячка, очень хорошая.

Фуня высказался и замолк. Малькина мать тоже молчала. За ее спиной появилась Малька с круглыми от ужаса глазами. Витик начал краснеть. Малькина мать оглянулась, и брови ее сошлись в одну линию.

— Ну пожалуйста, тетя Фируза! — добавил Фуня.

— Нет, Алеша, не отпущу, — покачала головой Малькина мать. — У Маулы много дел дома: и мне надо помочь, и с братиками посидеть, и к отъезду подготовиться.

— Она училась целый год, — твердо сказал Фуня. — А сейчас у нее каникулы, и ей надо отдыхать. Заставлять ее сейчас работать — неправильно.

«Всё! — мелькнуло в голове у Витика. — И зачем я согласился, чтобы говорил он?»

— В чужой дом пришел гостем, а хозяев учишь, как им в своей семье жить, — сказала Малькина мать. — Витя, ты тоже так думаешь?

Витик отодвинул Фуню и выступил вперед:

— Нет, тетя Фируза, Фуня не такой, он сам себе обед греет и в своей комнате прибирается. Просто нам очень хочется, чтобы Маля поехала с нами, хоть ненадолго. Отпустите ее, тетя Фируза, мы все вам поможем, вы только скажите, что надо делать.