Ты любишь науку или нет? - Генрих Книжник

— Спасибо, хлопцы! — сказал он совсем по-русски, с небольшим только акцентом. — Спасли мою неразумную дочь. Вдвоем победили троих. Молодцы! Заходите, прошу вас! Меня зовут пан Олек, ее — Терезка, а нашу маму — пани Анна. А вас?

— Меня зовут Витя, а его… — Витик поколебался. — Его зовут Фуня, — объявил он злорадно.

Фуня дернулся, но промолчал.

— Витек и Фунек! — всплеснула руками Терезка. — Бардзо мило. Прошу. Витек, дай твою куртечку. — Она показала пальцем на ветровку. — Мамуся зашие.

— Заходите, садитесь, будем пить чай с канапками, то есть с бутербродами и печеньем. А варенье хлопцы едят? Терезка может съесть целую банку, если мама смотрит в другую сторону. — Терезкин отец говорил быстро и весело и при этом что-то делал.

Витик не успел оглянуться, как они с Фуней оказались за столом, на котором уже стояла большая тарелка с бутербродами, вазочка с вареньем, печенье и конфеты, а Терезка, уже в передничке, очень серьезная, даже важная, несла на подносе пять дымящихся чашек с чаем. Ветровка с Витика как-то незаметно снялась и теперь зашивалась Терезкиной мамой.

— Я математик, — продолжал говорить Терезкин отец. — Сюда приехал поработать с вашими математиками. В этой квартире живет мой друг, но сейчас он уехал отдыхать. Терезка и пани Анна очень хотели посмотреть Москву и поехали со мной. Пани Анна самый серьезный человек в нашей семье: она психолог. По-русски говорить умеет, но не хочет, потому что у нее психологический барьер.

Терезкина мать засмеялась и что-то сказала.

— Пани Анна говорит, что все это неинтересно, а гораздо интереснее узнать, чем занимаются молодые люди, какие у них увлечения и планы.

Витик покосился на Фуню: тот молча тянул к себе уже четвертый бутерброд. Витик ткнул его локтем, Фуня уронил бутерброд и отдернул руку. Чтобы загладить неловкость, Витик поскорее стал рассказывать:

— А мы тоже занимаемся наукой, потому что хотим стать учеными, только не математиками, а физиками. Мы хотим узнать, что такое шаровая молния. Вот у него, — Витик показал на Фуню, — знаете, какие замечательные идеи… Целая куча! Он столько знает по физике — ужас! А про молнии — еще больше. Мы даже сами генератор сделали для маленьких молний, Ван-де-Граафа называется. И он работает! Только шаровые молнии не получаются. Его дедушка сказал, что генератор слишком слабый. И еще он сказал, что и на сильных пока их тоже не удалось получить.

Фуня сидел потупившись, но выражение растерянности, появившееся на его лице в тот момент, как он увидел Терезку, исчезло. Зато выражение удивления появилось на лице Терезкиного отца, а ее мать оторвалась от Витикиной ветровки и внимательно посмотрела на Фуню.

— То правда? — спросил Терезкин отец. — Хлопцы сами зробили генератор Ван-де-Граафа?

— Да, — небрежно ответил Фуня и поглядел на Терезку. — Только маленький. Сейчас мы работаем над тем, чтобы повторить Эксперимент на настоящих молниях, где-нибудь за городом. Я думаю, что на этот раз дед ошибся и у нас все получится.

В первый раз за все время их с Фуней дружбы Витику захотелось стукнуть его. Терезка же смотрела на него с таким почтением, с каким не смотрела даже Тонька Сторбеева.

— А кто есть твой дед? — спросил Терезкин отец.

— Он тоже физик. Фамилия Афонин. Мы в этом же доме живем.

— Ага, — сказал Терезкин отец. — Академик Николай Афонин. Слышал. Ну конечно, он ошибается…

Когда на следующий день Витик позвонил Фуне и позвал с собой устанавливать связь с Малькой, тот ответил, что это совершенно невозможно, потому что он уже договорился с Терезкой показать ей Кремль и Красную площадь. Витик, естественно, должен идти с ними. И пусть захватит деньги, потому что у него, Фуни, денег нет, а Терезка может захотеть чего-нибудь: мороженого, например, кока-колы или зайти в музей.

Витик сначала даже не понял, чего требует Фуня, а когда до него дошло, он просто взбесился от Фуниной наглости. Тут дел невпроворот, Малька, бедная, страдает взаперти, а Фуня в это время отправляется гулять с какой-то там Терезкой и требует, чтобы Витик их сопровождал! Да еще добывал им деньги на развлечения! Терезка, видите ли, чего-нибудь захочет!

И это Фуня! Президент Научного Общества!

И, не выбирая выражений, Витик объяснил, что своих денег у него нет, а были бы — не дал. Есть общие с Фуней деньги — Фонд Общества, собранный для научных целей, и из него он тоже не даст ни копейки, тем более на Терезку, хоть бы Фуня прямо сейчас станцевал на ушах. И пусть Фуня вспомнит, как он орал, когда Витик хоть на минуточку встречался с Малькой, а сам…

Фуня тоже разозлился и заявил, что это совершенно разные вещи: Малька — своя, а Терезка — иностранка, и Витик обязан уважать законы гостеприимства. А деньги он вернет, как только добудет их у бабушки.

Витик заорал, что он просто надрывается, чтобы все организовать, а Фуня только развлекается с иностранками. И вообще, растратчик и не любит науку. В ответ Фуня бросил трубку, а Витик улегся на диванчик носом в стенку — переживать.

Через десять минут Фуня позвонил снова и сказал, что был не прав, и если Витик ему друг, то он все поймет и поможет. И конечно, Витик не должен идти с ними, но пусть он все-таки даст деньги из Фонда. Ну пожалуйста! И опять Витик услышал умоляющие нотки в его голосе, вспомнил его, растерянного и глуповатого, перед Терезкой и сдался.

— Черт с тобой! — сказал он. — У метро через двадцать минут. Президент паршивый!

…Витик увидел их, как только они вышли из ворот своего дома. Терезка была одета как попугайчик: светящаяся ветровка, разноцветные брючки в обтяжку, забойные кроссовки с разными шнурками, лента через лоб. Витик сначала изумился, но вдруг увидел, что все это очень красиво и очень идет именно Терезке. Фуня, наряженный в свой парадный костюм, мягко говоря, ей не соответствовал, но, к счастью, этого не замечал. На Терезку все оглядывались, и Фуня надувался от гордости. Витик только головой покачал: до чего одурел человек!

Увидев Витика, Терезка радостно зажужжала, Фуня сдержанно улыбнулся. Передавая деньги, Витик строго посмотрел на него и сказал:

— Помни!

Фуня закивал и с чувством пожал ему руку.

Витик поглядел, как они спускаются в метро, вздохнул и пошел к Малькиному дому.

Во дворе он огляделся: все спокойно, малыши в песочнице, на скамейках какие-то старики и бабки, какой-то пузатый дядька возле машины, две тетки с колясками… Он нашел Малькино окно, поймал зеркальцем солнце и повел зайчик по стене, пока тот не исчез за стеклом, будто запрыгнул в комнату. Тогда он покачал зеркальце, чтобы зайчик побегал по комнате и Малька догадалась, что ее зовут. Витик волновался: Мальки могло не быть в комнате или, наоборот, в комнате могла оказаться ее мама. Да мало ли что могло быть… Но тут к стеклу изнутри прилипла Малькина физиономия, и Витик направил зайчик прямо на нее. Малька зажмурилась, засмеялась и замахала рукой.