Загадка пропавшего соседа - Анна Устинова

Марго и Варя, не догадываясь о планах Муму, смерили его такими взглядами, что более впечатлительный человек наверняка почувствовал бы себя неуютно. Однако Герасим, когда что-нибудь задумывал, вообще совершенно не заботился, как к этому отнесутся окружающие.

— Помоют? — похоже, заколебалась старушка.

— Да! Да, Клавдия Ивановна! Знаете, наши девчонки обожают наводить чистоту. Им это — одно удовольствие.

— Ну, скотина, Муму, — процедила сквозь зубы Варя, которой было вполне достаточно грязной кухни. — Ты у нас с Маргаритой получишь. Дай только отсюда выйти.

Герасим, однако, её свирепого шипения не расслышал. Он уже собирался привести какой-то веский довод в пользу уборки комнаты, но Клавдия Ивановна опередила:

— Нет, на сегодня хватит. Главное, кухня в порядке, а тут вообще чисто. Я утром подметала. Спасибо, ребята, вам за помощь. Теперь идите. Прилягу я.

Сказано это было совершенно непререкаемым тоном. Пятеро друзей поняли: спорить не имеет никакого смысла. Бабка устала и теперь изо всех сил стремится их выставить.

— А завтра продукты нужны? — уже в передней спросила Варя. — Вы нам список забыли оставить.

— Зависит от самочувствия, — уклончиво отвечала Клавдия Ивановна. — Кажется, мне вроде получше стало. Может, сама завтра выйду.

Ребята украдкой обменялись выразительными взглядами: старуха явно куда-то намылилась.

— Хорошо, Клавдия Ивановна, — с простодушным видом сказала Варвара. — Мы тогда завтра после школы к вам забежим. Нужно будет, принесем продукты.

— Вот и ладно. Вот и ладно.

И, отомкнув замок входной двери, бабушка Дмитрия решительно потеснила пятерых друзей на лестничную площадку. Команда отчаянных вынужденно подчинилась.

Едва отойдя от квартиры, Варвара, поднявшись на цыпочки, отвесила звонкий подзатыльник Герасиму.

— За что? — уставился тот на нее.

— За пол в комнате, — приторным голоском пояснила Варя. — «Девчонкам нашим чистоту наводить — одно удовольствие», — передразнила Герасима она. — Вот гад! В другой раз, если вякнешь такое, самого мыть заставим.

— Дура! — потер затылок Каменное Муму. — Я ведь для пользы дела.

— Именно для пользы дела и заставим, — Варя никак не могла успокоиться.

— Кстати, — вмешалась Марго, — письмо нашли?

— В том-то и дело, что нет, — с грустью проговорил Луна. — Зря только с этим диваном возились.

— С какой стороны посмотреть, — хмыкнула Варя. — Судя по виду дивана, старались вы не зря.

— Это все Муму, — уточнил Иван.

— Не совсем так, — заспорил тот. — Между прочим, поднимали мы его вместе с тобой, когда ручка оторвалась.

— Ваня, скорей соглашайся! — взмолилась Варя. — Иначе Муму будет до ночи спорить.

— Согласен, согласен, согласен, — скороговоркой произнес Пуаро. — Ребята, куда пойдем? — посмотрел он на друзей. — Мне кое-что вам надо сказать.

— Можно опять ко мне, — пригласил Луна. — В квартире по-прежнему никого. Предки предупредили, что сегодня надолго задержатся.

— Вот и отлично! — откликнулась Варя. — Заодно ещё раз и позвоним по тому самому номеру.

И, выйдя на улицу, Команда отчаянных направилась к дому двадцать шесть.

По пути Ваня изложил друзьям свою версию о ком-то третьем, которому, скорее всего, и предназначалось послание Дмитрия.

— Нет, ты все-таки у нас настоящий Пуаро, — выслушав, Луна хлопнул друга по плечу. — Недаром я так тебя называю.

— По крайней мере, — подхватила Варя, — благодаря выдающемуся аналитическому уму нашего Вани мы теперь знаем, что бабушка Дмитрия не проходит сквозь стены и не летает по ночам на помеле.

— Уже легче, — буркнул Герасим.

— Вот насчет легче я бы не сказал, — Луна придерживался иного мнения.

— Это ещё почему? — посмотрели на него остальные.

— Ну, — задумчиво продолжал Павел, — я лично предпочел бы считать, что наша дорогая бабушка летает на помеле. В таком случае мы могли бы установить за ней успешную слежку и в результате выйти на Дмитрия.

— А интересно, Луна, — с любопытством посмотрела на него Варя, — если бы наша бабуська и впрямь летала на помеле и проходила сквозь стены, ты тоже бы стал летать и проходить?

— Но ведь, как выяснилось, она ни того ни другого не умеет, — развел руками Павел. — Поэтому и гадать нечего.

— Летает, не умеет, — проворчал Каменное Муму. — Вы лучше прикиньте, куда Клавдия Ивановна завтра намылилась? По-моему, подозрительно, что ей вдруг так резко получшело.

— Ну, да, — подхватила Марго. — И от помощи нашей она практически отказалась.

— А если, пока нас не было, ей этот третий назначил встречу? — Ивана охватило волнение.

— Чересчур быстро, — покачал головой Луна. — Только вынул из ящика конверт и уже успел встречу назначить?

— Так, может, он взглянул на тайные знаки и тут же кинулся ей звонить, — предположил Герасим.

— Тогда не вижу смысла в тайных посланиях, — засомневалась Марго. — Почему Дмитрию самому не позвонить бабушке?

— Да потому, что телефон наверняка прослушивается, — напомнил Иван.

— Ты сам себе противоречишь, — продолжала Марго. — Если телефон прослушивается, то засекают всех, кто звонит.

— А если этот третий просто зашел к Клавдии Ивановне? — откликнулся Ваня.

— Еще сложнее, — вновь возразил Луна. — Зашел, предупредил, увидел нитку и, уходя, прилепил обратно? В теории допустимо, но верится с трудом.

— Значит, не заходил, — вздохнул Иван.

— А вы вот заходите! — И Павел с улыбкой распахнул дверь собственной квартиры.

Едва повесив куртки, ребята кинулись в гостиную.

— Давай, Варька, звони по тому номеру, — Луна протянул ей трубку радиотелефона.

— Диктуй, — послушно проговорила Варя.

— Погоди, — растерянно посмотрел на неё Павел. — Ты разве не помнишь?

— Представь себе, нет, — заявила Варя.

— Что же делать? — охнул Луна.

— Ты не переписал? — изумленно уставился на него Герасим.

— Не сообразил, — честно признался Луна.

— Ну, все-о! — взвыл Герасим. — Это же надо! Сами, своими руками упустили последнюю ниточку!

— Да уж, — с грустью сказал Иван. — Теперь у нас не осталось ровным счетом ничего.

— Именно ничего, — Каменное Муму треснул кулаком по ручке массивного кресла. — Бабка оказалась ни при чем! А неизвестного мы упустили.

— Вообще-то нет никакой гарантии, что этот вписанный телефон нас к кому-нибудь привел бы, — справедливости ради отметила Марго.