Остров везения - Михаил Самарский

Постепенно я познакомился со всеми однокурсниками Сомы. Веселые ребята. Но самым радостным было то, что среди студентов оказался парень из России. Он когда узнал, что мы с ним земляки, так обрадовался, словно кого-то из своих бывших одноклассников встретил. Не знаю, совпадение это или, может, из-за меня, но Слава (так звали парня) и Сома подружились. Вячеслав утром встречал меня с гостинцем, а после учебы провожал нас с девушкой до дома. Там нас встречал стажер Кито. Приходить в университет сразу с двумя собаками не разрешили, так что мы с Орлом занимались по вечерам.

Слава начал обучать Сому русскому языку. Сообразительный юноша. Он начал в первую очередь с тех слов, которые ей необходимы для общения со мной. Полезное дело. Уже через две-три недели мы с девчонкой понимали друг друга, словно прожили вместе всю жизнь.

Родители Вячеслава работали в местном аэропорту, я их практически и не видел – они все время на службе.

Меня очень интересует вопрос: почему люди, родившись и выросши в одной стране, потом переезжают на постоянное место жительства в другую? Что ими движет? Иван Савельевич иногда вспоминал поговорку «Рыба ищет, где глубже, а человек – где лучше». С одной стороны, все верно. Но ведь с другой – как так, взять и уехать в другую страну? А как же родственники, друзья, подруги, соседи? Ведь фактически на чужбине нужно начинать жизнь с нуля. Я понимаю Юрия – у него здесь бизнес. Он мотается по всему миру и, конечно, Россию не забывает. А вот взять родителей Славы – они на этом острове безвылазно.

Парень как-то, оставшись со мной наедине, разоткровенничался – видимо, не с кем поделиться.

– Эх, Трисон, счастливая ты собака! – грустно сказал он.

– У-у, – возразил я. И впрямь, какое уж тут счастье? Забросила судьба на край земли, а там на Родине мой подопечный академик, мои друзья, Сашка там где-то живет, там моя школа по подготовке поводырей. Там все родное, близкое, понятное…

– Ну ладно тебе, – погладил меня Слава, – ты-то все равно скоро попадешь домой, а вот мне тут еще очень долго жить-поживать. Хорошо, теперь у меня хоть подружка есть – Сома, а так вообще здесь с ума сходил. Понимаешь, Трисон, – парень прижался ко мне, – люди здесь хорошие, добрые, отзывчивые. Но…

Я пристально посмотрел на Славку, а тот продолжил:

– …но они другие. Как говорят сегодня, у них другой менталитет. Понимаешь?

– У-у, – честно признался я. Видимо, до таких тонкостей я еще не дорос.

– Вот смотри, – продолжил Вячеслав, – ты знаешь, что Сома вчера не была на занятиях, они ходили с мамой в больницу. Правильно?

– Ав! – подтвердил я. Вчера действительно я целый день бездельничал. Сома и мама вернулись только к вечеру.

– После занятий торопился, посмотрел по сторонам, ну и перебежал дорогу на красный свет…

– У-у! – возмущенно прогудел я.

– Да погоди ты укать, – махнул рукой Слава, – говорю же, машин совсем не было. Плюс я торопился к Соме, ну, в общем, согласен, нарушил я правила. Ты знаешь, что произошло дальше? С ума можно сойти.

Слава приподнялся, прошелся вправо-влево возле меня и снова присел ко мне:

– Сегодня утром меня вызвали к руководству университета и сделали выговор. Приходил представитель дорожной полиции, сказал, что меня лишили водительского удостоверения на год. Как, Трисон, это понимать?

– У-у, – тихо ответил я. Действительно, как-то непонятно.

– Понимаешь? Кто-то из наших однокашников снял на видео мой поход через дорогу на красный свет, отправил в полицию, и те на следующий день лишили меня удостоверения. Виртуально, конечно. Само удостоверение находится у меня, оно никому не нужно. У них в базе отмечено, что я год не имею права ездить ни на автомобиле, ни на скутере, ни даже на водном мотоцикле. Ты понимаешь? Все! Все виды транспорта для меня на год закрыты.

– Ав-ав! – отвечаю, в смысле, но права-то у тебя на руках?

– Ты предлагаешь не обращать на это внимания? Ты что, Трисон? Это тебе не Россия, здесь за такое сразу отправят в тюрьму. Будешь целый год жить на бананах и воде.

«Ой! – я аж вздрогнул. – Такого и врагу не пожелаешь!»

– Вот такая здесь жизнь. И никаких исключений. Все. Перешел дорогу на красный свет, лишен прав на год. Поехал без прав – в тюрьму. Все! Понимаешь? А что в России? Кто бы обратил внимание, на какой там свет я дорогу перехожу? Кому это нужно? Нет, там тоже могут сделать замечание и даже оштрафовать, но все же там и люди, и полицейские добрее, снисходительнее…

В общем, Слава жаловался мне на жизнь, а я и не знал, как ему помочь. Сидел тихонько и слушал. Но к чему я затеял этот рассказ? Через несколько дней все это Слава повторил нашему другу бизнесмену Юрию. Тот послушал-послушал и серьезно так говорит: