Большая книга ужасов-41. Когда пробьет полночный час. За чертой страха - Светлана Ольшевская

— Не поняла? — подскочила я. — Сперва вы не верили Наташке, теперь не верите и мне?! Ну и кто еще должен исчезнуть, чтобы вы поверили?

— Я, наверное, — вдруг спокойно сказал Колька. — Я видел эту старуху.

— Как?! — ахнули несколько человек одновременно.

Колька рассказал, как возвращался сегодня из школы. По дороге решил свернуть к Наташиному дому, надеясь непонятно на что. Свернул, постоял у подъезда, зайти в квартиру не решился и стал бесцельно бродить по пустырю. Он шел, глубоко задумавшись, поэтому, когда отвратительного вида бабка возникла у него на пути и, гаденько улыбаясь, заглянула в глаза, был шокирован.

— Еще один умник любопытный выискался, суешь нос, куда не просили! — прошипела старуха, хватая его за руку. — Теперь ты наш, сам к нам придешь, деваться тебе некуда, хе-хе-хе!

— Тут я и догадался, кто она такая, — продолжал Колька. — И понял, что Наташа говорила правду. По крайней мере насчет старухи. Преступники там или какой-то мистический туман, но без этой бабки не обошлось.

Воцарилась немая сцена, потом все разом загалдели, обсуждая услышанное.

— Она тебе тоже прижала что-то к руке, как Наташке? — в ужасе воскликнула Таня.

— Не помню, — признался Колька. — Все так быстро случилось…

— Слушай, но ведь это серьезный повод для беспокойства! — сказал Егор. — Вдруг тебя тоже похитят? Наверно, стоит сказать родителям… ну, хотя бы, что тебе угрожали. После пропажи Кремневой тебе поверят и, может, действительно отправят куда-нибудь к деревню к бабушке…

— У меня нет бабушки в деревне, — ответил Колька. — А в том, что поверят, — не сомневайся. Посадят под домашний арест или будут везде за ручку водить, как маленького, только этого мне не хватало! Нет, я не против того, чтоб прогулять пару недель школы, но находиться круглые сутки под одной крышей с моим дедушкой… Это выше всякого терпения.

— Зато цел будешь.

— Я кое-что другое придумал. Мама очень переживает из-за моих частых бронхитов и настаивает, чтобы я лег в больницу на обследование. Я раньше отмазывался под всякими предлогами, а теперь, наверное, соглашусь. Все же это лучше, чем с дедушкой сидеть.

— Но ведь больница в нашем городе, — сказала я. — Думаешь, тебя там не достанут?

— Знаешь, Ника, я скорее склонен видеть за этим реальных преступников, чем какую-то мистику. А я не настолько важная персона, чтобы из-за меня соваться в больницу, где куча народа. И если все-таки меня похитят… может быть, я смогу чем-то помочь Наташе…

— Это уж точно глупости! — возразила я. — А чтобы помочь Наташе, сейчас мы с тобой пойдем поговорим с Архиповной.

К Наташиному дому мы отправились всей гурьбой, и мне стоило немалых усилий уговорить ребят подождать внизу. Мы с Колькой поднялись на шестой этаж, и он указал мне на дверь квартиры с номером двадцать два.

— Вот тут живет Архиповна. А в двадцать первой — Кремневы. Только можно я к ней не пойду! — заявил Колька и спрятался за шахту лифта.

Я подошла к квартире и позвонила. Запиликал внутри звонок, но больше оттуда не донеслось ни звука. Подождав немного, я позвонила второй, а затем третий раз, но с тем же результатом.

— Ее дома нет, — констатировал Колька, выходя из-за лифта. — Может, к вечеру появится.

Мы вернулись на стройку, где и проболтали до вечера. Еще пару раз наведывались к Архиповне, но в двадцать второй квартире по-прежнему никто не отзывался. Около восьми наша компания разошлась, предусмотрительно проводив Кольку до дома.

Я после этого еще зашла к Лильке — она просила меня помочь разобраться с алгеброй — и незаметно для себя просидела у нее два часа, не столько с алгеброй, сколько в Сети. Соскучилась я по Интернету, потому что в нашу квартиру его все никак не удосужатся провести…

Около десяти часов вечера старшие Лыскины ненавязчиво дали мне понять, что пора и честь знать.

Я вышла на улицу. Слабо моросил ноябрьский дождик, вокруг не было ни души. Хотелось сломя голову броситься домой, но я немного подумала и, осторожно оглядываясь, зашагала к Наташкиному дому.

Поднявшись на шестой этаж, я снова позвонила в двадцать вторую квартиру, и снова тишина была мне ответом. Значит, Архиповна не пришла домой ночевать, ладненько, придется перенести разговор на завтра. Я вышла из дома и медленно побрела по тропинке через пустырь, внимательно глядя по сторонам. Может быть, встречу Архиповну. «Эх, Ника, что ж ты врешь, — ехидно зашептал противный внутренний голос, — совсем не старушку ты мечтаешь сейчас увидеть… Да-да, и вовсе не ради встречи с ней ты пошла сюда в такую пору, хи-хи!»

Неожиданно мое внимание привлек лежащий на земле предмет. Я подошла ближе, наклонилась и разглядела женскую сумку, определенно знакомую. Да это же сумка Архиповны, с которой я ее вчера видела! Но почему она здесь валяется?

Не осознав толком зачем, я обошла сломанный куст и гору строительного мусора…

Архиповна была там. Она лежала в такой позе, словно споткнулась и упала. Я бросилась к ней, опасаясь самого худшего, стала трясти за плечо. Послышался тихий стон. Жива!

В этот момент у меня зазвонил телефон — какое счастье, что я догадалась зарядить его у Лильки! Звонила мама, интересовалась, где я до сих пор слоняюсь. Я, как могла, обрисовала ей ситуацию с Архиповной, и мама вызвала «Скорую помощь».

Пока мы ждали, старушка потихоньку приходила в себя, но была очень слабой и не могла даже сесть. Я подложила ей под голову ее сумку. Что же с ней случилось — может, инфаркт? Или инсульт, или что еще бывает… Ладно, это пусть врачи выясняют, а мне понять бы, почему сумка оказалась на дорожке, а сама Архиповна — именно здесь? Сомневаюсь, что она просто так пошла гулять по пустырю, бросив на дороге сумку. Возможно, на нее напали, и она, уронив сумку, бросилась бежать через пустырь. Но кто мог напасть? Грабители забрали бы сумку…

Свет фар осветил дорожку — приближалась машина «Скорой помощи». Я замахала руками, привлекая внимание водителя.

— Это… девочка… — простонала Архиповна.

— Все будет хорошо, — повернулась я к ней. — «Скорая» приехала, сейчас вам помогут!

— Ключи в сумке… возьми. Там кошка осталась… двадцать вторая квартира…

Я поняла. Осторожно расстегнув боковой кармашек сумки, я вынула оттуда ключи. В том же кармашке лежали деньги. Значит, старушку точно не пытались ограбить!

— Конечно, я позабочусь о вашей кошке. А что с вами случилось, на вас напали?

— Ох… Опять они… Знала я… Не к добру ты меня вчера спросила… про этот ужас, — с трудом ответила Архиповна.

— Пожалуйста, я вас прошу, скажите, что это был за барак и…

Больше я ничего не успела сказать, так как люди в белых халатах вышли из машины и направились к нам. Архиповну положили на носилки и увезли, а я осталась стоять с ключами в руках. Пожелала мысленно — пусть ее вылечат! Старушка поначалу показалась мне неприятной, но теперь я думала о ней с уважением: находясь в таком тяжелом состоянии, она беспокоилась первым делом о кошке и ради нее доверила ключ от своей квартиры незнакомому человеку!