День рождения ведьмы - Кирилл Кащеев

— Ты же знаешь, что не сможешь помочь. Если ты будешь рядом, я только стану нервничать и отвлекаться, а тогда, сам понимаешь… — Ирка выразительно чиркнула большим пальцем по горлу.

— Ненавижу, когда от меня никакого проку! — с чувством сказал Богдан и выскочил в коридор.

— Почему же никакого, если вы с Танькой здесь справитесь… — вслед запротестовала Ирка и смолкла. Богдан удрал. Да все он сам знает — только ему этого мало! Ирка четко представляла, что бы с ней творилось, если б ребята шли на опасное дело, а она вынуждена была сидеть дома.

— Наконец-то! — раздался из соседней комнаты возмущенный голос Таньки. — Дорожку надо расстелить, берись за тот край, а то эти две о-очень занятые дамы с места не сдвинутся!

— Эта подружка Хортицы с каждым днем становится все нахальнее! — немедленно прекращая скандалить со Стеллой, обронила Оксана Тарасовна. — Она всерьез предполагает, что я буду таскать здешнюю мебель?

— Ото треба було ее вбыты, ще колы була можлывость, — деловито согласилась Стелла.

— Богда-а-ан! — ехидно скомандовала Танька… и из комнаты раздался звучный хлопок, будто изо всех сил тряхнули растянутую между Богданом и Танькой шерстяную дорожку. Мгновение царила тишина, а потом раздался дружный кашель ведьм и топот ног — Стелла и Оксана Тарасовна выскочили в коридор. Ирка злорадно усмехнулась: выбивала она эту дорожку еще осенью, перед холодами. Как иногда полезно отложить домашнюю работу на потом!

— Я тоби це ще припомню! — кашляющая и шумно дышащая, Стелла вкатилась на кухню — ее лоб и щеки припорошило серой пылью с примесью мелко нарубленной травы. Толстуха утерлась рукавом и рявкнула: — Мы йдемо, чи ты тут до самой полуночи жрать будешь?

Ирка кинула в рот кусок мяса, уже поднимаясь, хлебнула чаю и выскочила в коридор. Там, с собранной сумкой наготове, стояла Танька.

— Все на месте, я проверила, — отрапортовала она, вручая Ирке сумку, а в глазах ее стыла тревога — почти ужас.

— Примерно раз так двадцать проверила, — проворчал Богдан. — Проверь еще разок, вдруг что-нибудь выкинула, пока проверяла!

Танька нервно дернулась к сумке… Ирка перехватила ее руку, покачала головой и надела ветровку. Богдан решительно взял Таньку за плечи и притянул к себе. Девчонка мгновение еще сопротивлялась, а потом устало прижалась спиной к его груди, словно соглашаясь, что он имеет право разделить давящую на нее тяжесть. Ирка невольно улыбнулась — вымахал Богдан за последний год, выше Таньки на голову.

— Ты, главное, помни, что у нас уже была история с кладбищем — вот из-за этих самых ведьм! — недобрыми глазами следя за одевающейся Стеллой и застывшей в дверях Оксаной Тарасовной, процедила Танька.

— Ось якбы ты про це не вспомнила, так я б здывувалась! — напяливая поверх кофты еще одну кофту, буркнула Стелла.

Ирка бросила на Стеллу быстрый настороженный взгляд… и снова принялась возиться с замком ветровки. Богдан с Танькой даже не переглянулись.

Стелла взялась за стоящий у стены здоровенный короб, примерилась. Неожиданно оказавшаяся рядом Оксана Тарасовна подхватила явно тяжелый короб под дно, помогая толстухе взвалить его на плечо… и тут же отступила, поглядывая на руки, точно те вдруг начали действовать по собственному почину.

— Ну… удачи вам, — глядя на стоящих в дверном проеме тонкую черноволосую девочку и необъятную толстуху с сальными, припорошенными пылью волосами, прошептала Танька.

— Да пребудет с вами Сила! — попытался изобразить джедая Богдан, но сбился.

Оксана Тарасовна только хмыкнула, повернулась на каблуках и ушла в комнату, но Ирка успела заметить пробежавшую по лицу старшей ведьмы нервную судорогу. Ирка и Стелла, не прощаясь, шагнули через порог в наступающие сумерки. Сидящий на груше Иркин кот печально мяукнул им вслед.