Сказочное невезение - Диана Уинн Джонс

Времени скучать у нас действительно не было. Гоняли нас так, что я не успел прочитать ни слова из книжки о Питере Дженкинсе. По вечерам я, как правило, просто падал в постель и засыпал. Тем не менее во второй вечер, когда мы надевали ночные рубашки, я все-таки заметил, что никакого кольца на цепочке у Кристофера на шее больше не было. Спрятал с помощью колдовства, подумал я и тут же провалился в сон.

А потом – вы же знаете, как оно бывает, – дня через три я понемногу освоился и с распорядком дня, и с тем, что где находится. Стало казаться, что не так уж и сурово нас гоняют. В тот день у меня хватило времени вдоволь посгорать от любопытства на предмет того, что Кристоферу на самом деле понадобилось в Столлери. И вообще хватило времени посгорать от любопытства на предмет Кристофера. Он все так же, с тем же высокомерием называл меня «Грант», и порой мне хотелось его за это треснуть, или заорать, что это же моя кличка, или… в общем, доводил он меня здорово. Но тут он неизменно произносил что-нибудь такое, что я сгибался пополам от смеха и сразу понимал, что он опять мне очень нравится. Странная получалась смесь.

А потом настал пятый вечер, полнолуние. Кристофер сказал:

– Грант, луна, чтоб ее, светит мне прямо в глаза.

И скрепил занавески булавкой, так что темнота в комнате сделалась совсем непроглядной.

Я лег, закрыл глаза и подумал: «Ага! Он хочет, чтобы я заснул, а сам потом смоется, как уже смывался раньше». Меня это так разозлило, что я приложил все силы, чтобы не уснуть.

Из этого ничего не вышло. Я спал без задних ног и все же неведомым образом ощутил, как за Кристофером тихо закрылась дверь.

К этому времени я уже, считай, сгорел от любопытства, а потому сумел всплыть из глубин сна. Выкарабкался из постели. Было холодно. Ни халатов, ни ночных туфель в Столлери не выдавали, пришлось быстренько напялить бархатные панталоны; потом я стащил с кровати одеяло и набросил на манер плаща. Незастегнутые пряжки панталон звякали о колени, но я все равно вылетел в коридор как раз в тот момент, когда Кристофер спустил воду в туалете и вышел оттуда. Я юркнул обратно в нашу комнату и стал ждать, куда он пойдет.

Ну и дураком же я буду выглядеть, если он просто вернется и опять ляжет в постель! – подумал я.

Но Кристофер прошел мимо нашей комнаты и направился к лифту. Я на цыпочках крался следом, стараясь ступать на те из холоднющих половиц, которые меньше скрипят. Впрочем, от шагов Кристофера было столько скрипу, что я, в общем-то, мог бы и не стараться. Он вышагивал с таким видом, будто все остальные обитатели чердака спали мертвым сном.

Кристофер прошел мимо лифта, к гардеробной. Постоял перед решетчатой дверью – из фонаря в потолке на него лился яркий свет, – а потом я расслышал его шепот:

– Нет, похоже, подальше.

Он повернулся и зашагал по коридору туда, где на стене была нарисована черта – за ней начиналась женская половина.

Должен признаться, тут я едва не отстал. Ведь если меня уволят из Столлери еще до того, как я познакомлюсь с графом Робертом и разберусь со своим Злым Роком, конец всему. Но потом я подумал: раз уж я оделся, пусть и наполовину, чтобы проследить за Кристофером, так теперь надо следить. И я продолжил следить.

Я нагнал Кристофера в просторной пустой зале, где в длинный ряд окон вливался яркий белый лунный свет. Дрожа от холода в своей ночной рубашке, он медленно поворачивался на одном месте.

– Здесь, – повторял он, причем довольно громко. – Я ведь знаю, что здесь! Почему же тогда не могу найти?

– Что ты ищешь? – спросил я.

У него вырвалось что-то вроде «тьфу!», а потом он резко повернулся ко мне. Впервые я видел, чтобы Кристофер вел себя чуть ли не грубо.

– А! – проговорил он. – Это ты. А я было принял тебя за привидение кита-горбача. Ты что тут делаешь? Я вроде как наложил на тебя довольно сильное сонное заклятие.

– А я взял и проснулся, – сказал я.

– Чтоб я провалился! – ответил Кристофер. – Похоже, талантов к волшебству у тебя больше, чем мне казалось.

– Но ты-то что здесь делаешь? – не отставал я. – Тебя уволят. Это же женская половина.

– Ничего подобного, – возразил Кристофер. – Женская половина там. – Он указал пальцем. – Там тоже нарисована черта, за которую, полагаю, тоже запрещено заходить. Хочешь – пойди посмотри сам. А эта часть чердака пустует, по всей ширине дома, и есть в ней что-то очень странное. Ты сам-то не чувствуешь?