Толстый - повелитель огня - Мария Некрасова

– В карман?! – Ну не вынесла душа Тонкого.

Старичка как будто озадачила такая постановка вопроса. Несколько секунд он протирал очки полой видавшего виды пиджака. Потом поправил еще раз призрачный свой галстук и смирился:

– Так я и думал. Так. Я. И. Думал, юноша, что вы – такой же, как ваш приятель!

– Это какой? – уточнил Тонкий.

Но Валерий Палыч уже счел беседу законченной:

– Две слойки, молодой человек. – Он звучно брякнул на блюдце горсть мелочи и гордо сообщил: – Без сдачи!

Тонкий покорно потянулся за щипцами: без сдачи так без сдачи, очень хорошо.

Он завернул старичковы слойки в бумажку, протянул и подумал, что Витек, наверное, прав: сердиться на Валерия Палыча глупо. Тонкий не мог толком сказать почему, просто глупо – и все.

Получив слойки, этот немолодой комик отошел на пару метров и погрозил Тонкому авоськой:

– Готовьтесь к войне, юноша! Готовьтесь к войне!

Захотелось поднять руку, как в старых детских фильмах, и крикнуть: «Всегда готов!», но Тонкий почему-то не решился.

– С Валерьпалычем познакомился? – Леня возник у Тонкого за спиной и хохотнул: – Он еще и не такие перлы выдает! Про повидло тебе Витек рассказывал?

– Ага, – Тонкий взял протянутый ноутбук. – Я не понял: у него действительно была возможность переехать в деревню?

– Она у него и сейчас есть, – Леня опять хохотнул. – Витек ему каждый раз говорит: «Только согласись, куплю тебе дом в деревне, какой хочешь! А твой – под бытовку приспособим»… Ну, поднимется когда пекарня, будут работники, кроме меня, надо ж им где-то жить! – объяснил он Тонкому. – Нет, не желает Валерьпалыч переселяться. Кажется, ему с нами веселее.

– В деревне, что ли, скучно? – не понял Тонкий. – Там небось компания побольше, да и по возрасту…

– А спроси его! – отмахнулся Леня. – Ладно, работай! – И побежал в кухню под негодующий писк таймера.

Тонкий раскрыл ноутбук и вылез в «аську». Вуколова, Федоров, Фомин, Ленка – все уже были дома и все хотели знать, как там отдыхается Тонкому. Сашка честно ответил, чем он занят, рассказал всем про Витька, пекарню и Валерия Палыча, в общем, настроение народу поднял.

Когда приветственная часть была закончена, он поведал Вуколовой о вчерашнем визите Лабашова. Людка неожиданно проявила полную солидарность с Тонким в том, что наводчик-то, может, и не студент, но кто-то из университета может быть замешан в обеих кражах. Ну не ходят наводчики на работу к жертве! Они как-то больше по двору.

– Хотя, с другой стороны , – продолжила в своем репертуаре Вуколова, – если бы среди наводчиков был студент, не было бы необходимости расспрашивать Лабашова. Ну или, по крайней мере, наводчик бы знал, что Майя Дмитриевна и твоя бабушка на одном факультете не сталкиваются, и не прокололся бы.

Тонкому стало обидно: думали-думали и опять не додумались ни до чего внятного.

– Люд, а ты помнишь расписание всех школьных учителей? Знаешь, кто, что, когда ведет и у каких классов? Ты же учиться приходишь, а не за учителями шпионить!

Вуколова помолчала, потом выдала:

– Аргумент. А вообще, милиция разберется, что мы-то с тобой голову ломаем? Отдыхай.

Вот и поговорили. Хотя, вообще-то, она права, делом занимается Роман Петрович. Лабашов при Сашке звонил ему и при Сашке же пошел рассказывать про наводчика. Ничего, кроме дурацкой обиды (как же, как же, оперативники работают без него!), не заставляет Сашку думать об этой краже. Дело передано в надежные руки. Все. Проехали.

– Правда , – отстукал Тонкий. – На суде узнаем, как было дело. Если меня туда пустят.

Вуколовой не понравился Сашкин пессимизм, и она начала без остановки присылать анекдоты. Ссылки ей, скорее всего, давал Фомин, потому что он присылал Сашке эти анекдоты пять минут тому назад. Хорошо, когда рядом – свои. Пусть и виртуально.

Часы тянулись, анекдоты у Вуколовой и Фомина кончались, покупатели подходили редко и по одному. В кухне уже давно не шумели, на прилавке здорово поредели ряды пирожков. Честно говоря, их осталось совсем немного. Если совсем честно – на поддоне возлежала одинокая ватрушка. Пришел Витек, забрал ее и, жуя, сказал, что давно пора домой. Тонкий сложил ноут и пошел.

Толстый встретил Сашку на крыльце и, сердито посвистывая носом, вскарабкался на хозяйское плечо. Должно быть, ему не понравилось, что тот где-то разгуливает весь день без него.

Леня на кухне нарезал селедку и луковицу кружочками, Витек быстро переобулся и подключился к готовке. Тонкий хотел помочь, но ему не дали.

– Отдыхай, и так весь день на нас пахал. – Витек кивнул ему на табуретку за столом.

Стало почему-то стыдно: если беседа с Валерием Палычем и болтовня по «аське» называется «пахотой»!.. А люди весь день у плиты стояли, и кое-кто даже успел съездить в школу и в булочную – отвезти товар, да еще прибрать вечером в пекарне. И ничего, никто не устал! Вон как они шустро селедку режут!

– Как тебе работка? – спросил Витек.

Они с Тонким почти не виделись в течение дня, хоть и простояли в пяти метрах друг от друга. Тонкий рассказал про Валерия Палыча, пожаловался на покупателей, которые задают одни и те же вопросы в одном и том же порядке.

– Зарапортовался, Вить! Никогда такого не видел, чтобы сотня человек…

– Смешно! – улыбнулся Витек. – Ну, завтра они точно больше не будут эти вопросы задавать! Ты ведь уже всем ответил, правда?

Тонкий согласился и даже посмеялся за компанию. Верный крыс у него на плече делал стойку на задних лапах и нервно водил носом: «Здесь кормят?» Не дожидаясь приглашения, Тонкий отрезал по кусочку булки и сыра и сделал Толстому крошечный бутерброд. Верный крыс спустился Сашке на колени, аккуратно взял бутерброд одной лапой и принялся за еду.

– Аристократ! – засмеялся Леня.

Витек прыснул и полез в шкаф за тарелками.

– В пятницу мать приезжает. Грозилась захватить твою бабушку. – Он поставил Тонкому прибор и блюдечко, видимо, для верного крыса. – Так что готовься за несколько дней. Мой уши, чисти зубы…

– Да ладно тебе! – смутился Тонкий. – Она не такая. Ей не уши, ей лишь бы уроки делал. Учебники она привезти может, это да!

Витек понимающе закивал:

– Та же фигня, Джульетта! Каждый божий семестр: «Витя, я еду в книжный, каких тебе учебников привезти?»

– А ты?

– Заказываю, куда деваться! Она же старается.

Верный крыс, воспользовавшись тем, что на него никто не смотрит, потихоньку тырил со стола салфетки. Витек, конечно, молодец: положил их на самый край, Толстому только морду протянуть – и нет салфетки на столе. Зато будут у Сашки в кармане. А что: хорошее место для гнезда!