Салон недобрых услуг - Валерий Гусев

Родители собирались ехать на дачу к Каминским в субботу. В пятницу мама начала красить глаза и выбирать одежду. Желательно дачного типа. Алешка посоветовал ей надеть папин комбинезон, в котором он пытался строить нашу дачу.

Мама возмутилась:

– Я еду шашлыки кушать, а не канавы копать!

– Как знать, – глубокомысленно заметил папа. – Дачники, они существа непредсказуемые.

– Не пугай меня, – сказала мама. – Лучше подумай, как нам обезопасить квартиру на время нашего отсутствия.

– Да чего там? – Папа легкомысленно махнул рукой. – Ключи они больше не потеряют, кроссовки не вернутся, они давно уже на свалке. Что там еще? Больших денег в доме нет…

– И не будет, – добавила мама.

– …Мой пистолет в сейфе, в моем рабочем кабинете…

– А ключи от сейфа?

– У моего зама.

– Может, газ отключить? – предложила мама.

– Хорошая мысль. И свет, и воду.

– Вы нас лучше в туалете заприте, – мрачно посоветовал Лешка. – Накормите селедкой и не давайте пить.

– Можно еще к батарее наручниками прихватить, – добавил и я.

– Отец, они явно что-то затеяли.

– Я знаю, – сказал наш полковник. – Они поедут на загородную свалку, разыскивать кроссовки.

– Ну и пусть! – сказала мама. – А мы с тобой поедем на загородную свалку… то есть на загородную дачу кушать шашлыки и запивать их кетчупом.

– И заедать крякерами, – добавил Алешка.

За что и получил щелчок в лоб. На что только усмехнулся и сказал:

– Передайте Марише наш как бы горячий «хай». Или типа того.

Тут папе позвонили с работы и сообщили, что у популярнейшей эстрадной певицы Аллы Романовой неизвестные злоумышленники похитили новенький джип стоимостью три миллиона рублей. Машину певица приобрела в салоне «Альянс».

Лешка сначала открыл рот, а потом подмигнул мне: вот тебе и Алка. Попала певчиха…

Родители уехали. Все для нас устроилось как нельзя лучше. Мы получили свободу действий и отправились в самую гущу бандитского логова. Так, во всяком случае, сказал Алешка, когда мы уселись в боевую машину дяди Федора.

– Как будем ехать, командир? – спросил дядя Федор, когда мы выбрались из города на шоссе.

Алешка, устроившись на заднем сиденье, ответил так:

– Не привлекая внимания. Водитель наблюдает за движением, Димка наблюдает в задничное зеркало – нет ли за нами погони, а я наблюдаю за указателями. Чтобы нам не проскочить эти самые Лопухи. Где цветут липтоны. То есть липы.

Машина дяди Федора шла по трассе хорошо, уверенно так, с приличной скоростью. Только посвистывал в ржавых щелях встречный ветер да похлопывали дверцы на бельевых резинках. И немного чувствовалось какое-то подпрыгивание. Так что зубы во рту немного постукивали.

– Дорога неровная, – сказал я дяде Федору.

– Дорога нормальная. Просто у ей все колеса разные, вот и скачет. За то обои фары одинаковые, обои не светят. Однако доедем и обратно вернемся, всего делов-то.

За разговором я не спускал глаз с «задничного» зеркала. Погони как таковой за нами вроде бы не замечалось. Иногда, правда, возникала сзади подозрительная машина. Она долго шла за нами вслед, на приличном расстоянии, а потом, выбрав подходящий момент, делала рывок, резко обгоняла нас далеко стороной и быстро исчезала за горизонтом. Пассажиры при обгоне глазели на нас, как на новый бандитский сериал.

Никто нас не преследовал. И мы ехали довольно долго. Все дольше и дольше. Утро кончилось, начался день. Он длился и длился, а мы все ехали и никак не могли доехать до этого самого Лопушанска. Я даже подумал, что, может, его вообще нету на земле. Может, это легенда, как про град Китеж. Или про Атлантиду. Дядя Федор тоже забеспокоился.

– Однако пост ГАИ впереди. Надо бы спросить.

Однако на посту не спросили. Инспектор, важно стоящий на обочине, широко расставив ноги и помахивая жезлом, едва нас увидел, тут же замахал этим жезлом, и мы услышали:

– Проезжайте, водитель! Освобождайте проезжую часть.

– Боятся они меня, – довольно хмыкнул дядя Федор.

Я бы тоже такой машины испугался. Тем не менее ехал в ней и надеялся не только доехать, но и вернуться. В родной дом.

Мы проехали еще с десяток километров, и тут дядя Федор сказал:

– Во! Тут мы информацию получим.

На обочине стояла машина с поднятым капотом. Под капотом торчали попа и ноги водителя. Мы остановились. Дядя Федор вышел и тоже исчез под чужим капотом. Через пять минут машина зафырчала, капот вернулся на место. Всего делов-то.

– Слышь, – спросил дядя Федор обрадованного водителя, – до Лопушанска далёко еще?

– Лопушанск? Да вы не в ту сторону едете. Лопушанск там, – и он махнул туда, откуда мы приехали. – Верст с полсотни будет.

Тут из машины вылез сонный Алешка. И спросил:

– А чего мы стали? Приехали?

– Переехали, – сказал я. – Ты указатель проспал.

– Ничего я не проспал!

И тут пошел черт по бочкам. Алешка начал молотить, что Лопушанск – секретный город, что указателя на дороге не было, а вовсе он его не проспал.

Короче говоря, мы развернулись и поехали обратно. Так как с той стороны погоня не ожидалась, я на этот раз смотрел вперед, а не в «задничное» зеркало. И примерно через пятьдесят километров мы одновременно воскликнули:

– Лопушанск!

Это было написано на указателе; под «Лопушанском» – стрелочка и приписка – «12 км». Очень секретный город!

Дорога здесь тоже была неплохая, и она отличалась тем, что за эти 12 км нас три раза обогнали новенькие сверкающие иномарки.

– Однако верно идем, – сказал дядя Федор. – Эти машинки в отстойник стремятся.

– Отстойник – это что? – спросил я. – Стоянка такая?

– Стоянка, – хмыкнул дядя Федор и пояснил: – Тайная стоянка, секретная. Там прячут на время угнанные машины. Там у них номера меняют, иногда перекрашивают. В общем, готовят ко второй продаже.

Ох, этот дядя Федор. Все-то он знает. Да и Лешка насчет Лопушанска не ошибся – секретный город. Только секретный по-другому. Не потому, что там находится какое-нибудь масштабное военное предприятие, а потому, что там совершаются масштабные преступления. И нам это надо?