Наследство из склепа - Анна Данилова

Маше понравилось поливать сад. Марта же ушла в дом посмотреть, как себя чувствует Лариса. И почти тотчас вернулась: на лице сияла улыбка.

– Маша, пойди посмотри, кажется, она очнулась. Лежит, смотрит в потолок и не разговаривает со мной. Думаю, ей необходимо увидеть знакомое лицо…

Маша не поверила своим ушам.

– Очнулась? А где же врачиха?

– Она пошла встречать машину.

И Маша побежала в дом. Разулась, оставив на веранде резиновые калоши с налипшими на них комьями влажной земли, и осторожно, с бьющимся сердцем вошла в спальню, где на диване под одеялами лежала Лариса. Волосы ее были влажными и змеились вокруг порозовевшего лица.

– Лариса, это я… – И Маша бросилась к актрисе и уткнулась лицом в ее горячую руку.

Лариса повернула голову и, встретившись взглядом с Машей, широко раскрыла глаза. Брови удивленно взлетели вверх, а рот открылся…

– Не бойтесь, вы среди друзей, – плакала Маша, гладя Ларису по голове, как маленькую. – Вы узнали меня? Я – Маша!

– Ма-а-ш-ша… – Лариса закашлялась, и Марта, которая к этому времени вошла в комнату, дала ей воды. – Машень-ка…

– Вы хотя бы что-нибудь помните?

Но Лариса не успела ответить, потому что послышались какие-то незнакомые голоса и шум. Марта выбежала из комнаты, а вернулась уже в сопровождении людей в белых халатах, которые установили рядом с больной капельницу и через некоторое время уехали, забрав с собой докторшу. «Раз так, значит, с Ларисой ничего серьезного…» – подумала Маша.

– Маша, где я? – спросила Лариса, морщась от боли, потому что в это самое время Марта поправляла ей трубку, ведущую к иголке, наполовину утонувшей в вене.

– Вы сами-то помните, где вы были и кто вас сюда привез? – спросила Марта. – Очень важно, чтобы вы сами что-то вспомнили.

– Я летела в самолете. С человеком, которого никогда прежде не видела… Вот он, его зовут Николай Петрович, – Лариса повернулась к Маше, – он сказал, что если я не поеду с ним в… Подождите, мне надо вспомнить, как называется этот город… на Волге, похоже на Астрахань или Самару… Саратов! Точно! Вспомнила. Он говорил, что мне непременно надо с ним лететь в Саратов, что там я встречусь со своим сыном…

И тут Лариса испуганно замолчала. Откинулась на подушки и закрыла лицо свободной от капельницы рукой.

– Господи… – прошептала она, и из уголков глаз ее прямо на подушку покатились слезы.

– У вас есть сын? – спросила пораженная Маша, до сих пор знавшая Ларису как человека одинокого и бездетного.

Лариса открыла глаза.

– Он, этот Николай Петрович, сказал, что если я не поеду с ним, то вам – вам, Маша, тебе и Никитке – будет плохо. Это я во всем виновата… Когда он стал преследовать меня и устроил настоящий погром в моей квартире, чтобы напугать меня по-настоящему, я сказала, что не могу лететь ни в какой Саратов, потому что должна присматривать за соседскими детьми, что я обещала вашим родителям… Разве могла я представить, что он воспользуется этим обстоятельством и именно вами начнет меня шантажировать…

Маше не понравилось, что Лариса ушла от ответа, на самом ли деле у нее есть ребенок, или этот Николай Петрович все напутал.

– Он ваш родственник? – спросила Марта.

– Нет, думаю, что у него фальшивые документы. Потому что я случайно увидела его паспорт, в котором он был, как Ветров…

– Маша, я думаю, что Ларисе нужен сейчас покой. А еще врач сказал, что вам надо немного поесть. У меня на плите варится курица, через несколько минут будет готов бульон… Вы, Лариса, должны поесть. А потом, когда вам станет получше, вы нам расскажете, что же с вами случилось. Пойдем, Машенька, пусть она отдохнет и немного поспит…

Маша покорно вышла из комнаты.

– Можно, я вернусь в сад и продолжу поливать? – спросила она Марту.

– Не стоит. На улице похолодало, и солнышко скрылось. Посиди со мной на кухне, поболтаем…

– Что-то наши мужчины затихли наверху.

– Думаю, им есть о чем поговорить. Одна ваша история чего стоит. И как это вы решились на такое опасное и рискованное путешествие?! И тебе не страшно было?

– Да я и сама не знаю, – смутилась Маша. – Просто во мне сидит сразу несколько Маш, и все – разные. Одна Маша была в шоке от того, что я собралась куда-то там ехать, а другая считала, что если я не поеду, то потеряю полжизни… Понимаете, вот у вас, взрослых, жизнь интересная, насыщенная и зависит прежде всего от вас самих, а у нас, детей, все подчинено каким-то там условностям. Мы с Сергеем весь год мечтали о таком путешествии. Долгими зимними вечерами мы мечтали о том, что, когда наступит лето, обязательно воспользуемся отъездом родителей, чтобы пожить самостоятельно. Ведь что у нас за жизнь такая? Одна учеба и обязанности, и никаких прав. А мир не ограничивается стенами квартиры или школы. Вокруг так много интересного!