Каникулы Бонифация (сборник) - Милош Мацоурек

Наконец паровоз остановился у самого берега моря и, выпустив пар, устало вздохнул: «Пффф… ох!»

У пристани покачивался маленький пароходик, готовый к отплытию. Бонифаций прыгнул на палубу, и пароходик — словно он только этого и ждал — громко загудел и отправился в дальний путь…

Взбираясь на гребни волн и проваливаясь вниз, пароходик медленно полз по бескрайнему океану.

На носу, примостившись на своём чемодане, сидел Бонифаций и зорко вглядывался вдаль.

Всю дорогу лев не смыкал глаз — он боялся пропустить свою остановку. А когда на горизонте показывался какой-нибудь островок, он хватал чемодан и сбегал вниз. И каждый раз убеждался, что это ещё не Африка.

Тогда, устроившись поудобнее, он подставил лицо горячему солнцу и стал мечтать о том, как будет загорать на песке, есть бананы и ловить в озере рыбу.

Больше всего на свете ему хотелось поймать маленькую золотую рыбку с длинными красными плавниками… Вот она подплыла к нему совсем близко, тихо покачивая плавниками и переливаясь всеми цветами, он почти держал её в руках… Но тут корабль неожиданно остановился, кто-то крикнул: «Африка, выходите!»

Бонифаций был уже дома.

Какой ты стал большой!

…Здесь всё было по-прежнему — и домик, и сад. И бабушка всё так же, как много лет назад, сидела в своей качалке и вязала на спицах.

Бонифаций тихонько подкрался к бабушке сзади и нежно прикрыл ей лапами глаза. Бабушка сразу узнала его.

— Неужто это ты, Бонифаций? — вскрикнула она и кинулась его обнимать. — Какой же ты стал большой! И где ты пропадал так долго?

Бонифаций открыл чемодан и стал показывать ей подарки. Тут был и халат, и зонтик, расшитый цветами, и тёплые домашние туфли — бабушка страдала ревматизмом.

Потом он долго рассказывал ей про цирк, про то, как он ехал на поезде и плыл на пароходе по океану.

Бабушка беспрестанно всплескивала руками и удивлялась. Ей даже не верилось, что такое бывает на свете.

Странная девочка

И вот наконец наступил долгожданный день. Первый день каникул.

Утром Бонифаций надел полосатый купальник — специально для рыбной ловли, — взял сачок и ведёрко и отправился на прогулку.

Увидев его в купальнике, бабушка снова всплеснула руками.

— Ах! — сказала она. — Этот костюм тебе очень к лицу.

Бонифаций вдохнул полной грудью утренний воздух и зашагал по дорожке, тихонько напевая про себя:

Пум-пирипи-пум! Пирипи-пирипи-пум!..

Он вышел на пригорок, приложил козырьком лапу ко лбу и окинул взглядом окрестности.

Вдали, среди знойной пустыни, сверкало голубое озеро. Вокруг него росли банановые деревья. Ничего лучшего нельзя было себе представить!

Бонифаций вприпрыжку спустился с пригорка и поспешил к заветному озеру. Погода была прекрасная, кругом щебетали птички, порхали бабочки.

Пум-пирипи-пум! Пирипи-пирипи-пум!.. —

пел Бонифаций, размахивая сачком и ведерком.

И вдруг… остановился. Прямо перед ним на дорожке сидела маленькая девочка и играла разноцветными камешками.

При виде льва девочка ужасно перепугалась: ей ещё не приходилось видеть львов в полосатых купальниках. Она уронила камешки и громко заплакала.

Бонифаций очень удивился — ведь дети всегда радовались при встрече с ним. И никто никогда не плакал.

Он протянул девочке лапу и сказал:

— Здравствуй, я Бонифаций!

Но девочка заплакала ещё громче.

Тогда Бонифаций подобрал с земли камешки и стал ими жонглировать. Синие, красные, зелёные, жёлтые камешки замелькали в его лапах, сливаясь в разноцветную радугу.

Девочка перестала плакать и смотрела на льва во все глаза. Забыв про страх, она шаг за шагом приближалась к нему, пока не оказалась совсем рядом.

Бонифаций ловко поймал камешки в лапу и протянул их девочке.

Та, ни слова не говоря, схватила их и убежала. Путь был свободен. Бонифаций зашагал дальше.

Пум-пирипи-пум! Пирипи-пирипи-пум!..

Но долго не пришлось идти: на повороте дороги перед ним снова появилась та же самая девочка. Теперь она была не одна — из-за её спины испуганно выглядывал совсем крошечный мальчуган.