Плохая примета – на счастье - Эльвира Смелик

– Берн, ко мне! – прозвучало жестко и резко, сбило бег пса.

Он нерешительно остановился, оглянулся, часто замахал хвостом.

– Ко мне! – повторилась команда, и пес послушно затрусил к хозяину.

Вика перевела взгляд на парня.

Не ровесник, а немного старше. Скорее всего, школу уже окончил. Он ухватил пса за ошейник, подошел к неподвижно застывшей Вике. Она так и не сдвинулась с места, словно превратилась в каменную статую.

– Испугалась? – поинтересовался с раскаянием и неподдельной заботой.

– Нет, – замотала головой Вика. Правда, не испугалась. – Просто подумала, что он меня сметет.

– Извини. – Парень понял, что качать права и скандалить Вика не собирается, пояснил доверительно: – Он еще не до конца из щенячьего возраста вышел. Всех любит, лезет общаться.

– Это щенок? – не поверила Вика.

Собачья макушка доходила ей до талии. Каким же он будет, когда вырастет? По плечо?

– Не совсем. Но ему еще года нет.

Парень потрепал сидящего у его ног пса по загривку, и сразу палево-рыжий хвост замел по асфальту.

– А можно погладить? – собрав волю в кулак, выдохнула Вика.

– Погладь, – разрешил парень.

Вика тоже коснулась широкого мохнатого затылка, провела ладонью между ушей.

Собак она любила, а гладить больших и лохматых – особое удовольствие. Но в данный момент дело было не только в этом. Гораздо больше хотелось оттянуть мгновение, когда они разойдутся в разные стороны, каждый по своей дороге.

– Только не приседай перед ним, – улыбнувшись, предупредил парень, – если не хочешь быть облизанной.

Вика тоже улыбнулась. Не получалось не ответить, губы сами растягивались. Потому что он такой был, такой…

Высокий, светловолосый, сероглазый. Именно таким Вика представляла Ардана. Но дело совсем не в этом.

– А какой он породы?

– Леонбергер.

– Я о такой даже не слышала.

– Это немецкая. По названию города.

Что бы еще спросить?

Вика с удовольствием выслушала бы подробную лекцию о происхождении породы и всю родословную Берна, лишь бы разговор длился дальше. Ведь если сейчас они расстанутся, вряд ли встретятся еще раз. Безумно обидно.

А если спросить? Примерно так: «Вы каждый вечер тут гуляете в это время?» Ничего ведь особенного. Просто спросить. Произнести несколько слов. И вопрос вполне невинный. «Вы каждый вечер…»

Пес поднялся и нетерпеливо закружил на месте.

– Ну хорошо. Идем, идем, – сказал ему парень. А Вике кивнул: – Пока. Извини, если все-таки испугали.

Да не испугали. Ни капли. Наоборот. Пусть бы даже Берн сбил Вику с ног. Тогда бы хозяину пришлось ее поднимать и провожать до дома. Потому что Вика наверняка бы прихрамывала, ну или еще как-нибудь недомогала, и ей было бы тяжело идти в одиночку. А дом, кстати, совсем рядом. И может, этот парень с огромной собакой тоже живет где-то поблизости, и шанс встретить его еще раз вовсе не такой уж и призрачный.

Высокий, светловолосый, сероглазый. А еще у него ресницы длинные и густые. И голос очень приятный. И сам он очень симпатичный. К тому же вылитый Ардан, только без вечной грусти во взгляде. Но это и хорошо. Одно дело сказка и совсем другое – реальная жизнь. В ней магические проклятия не особо к месту. Но что самое удивительное, Вика запросто разговаривала на улице с незнакомым парнем. Без дурацкого смущения и зажатости. Не робко лепетала нечто нечленораздельное, состоящее в основном из междометий, а нормально разговаривала. Вопросы задавала, хотя на самый главный так и не решилась.

Ну почему она такая рохля?

Вошла в квартиру, вспомнила про уроки, сделала кое-как, и мыслей ни о докладе, ни о литературе, ни о каком-то там Бальмонте даже не возникло. Вика все больше в окошко смотрела. А вдруг бы увидела собаку породы леонбергер и ее хозяина, как они домой возвращаются?

Не увидела, конечно. А за окном совсем стемнело, фонари зажглись, и окна в домах горели теплым желтым светом. Только луна над крышами – холодная, белая.

Вика открыла ноутбук. Нет, доклад и Бальмонт тут совсем ни при чем. Как все это далеко и бессмысленно.

– Ты что-то хотела? – поинтересовался Ардан у Дэлии.

– Да. То есть нет. – Поначалу растерялась та, потом взяла себя в руки и объяснила как следует: – Я просто хотела пройти, но побоялась вас потревожить.

– Обращайся ко мне на ты, – попросил Ардан и опять повернулся к окну.

Дэлия тоже повернулась к окну, посмотрела на башню. Память мысленно дорисовала картину: темное небо и дракон, казавшийся серебряным в лунном свете. А потом она почувствовала на себе пронзительный взгляд. Голос Ардана едва уловимо дрогнул, когда он спросил:

– Почему ты так смотришь? Эта башня какая-то особенная?

– Нет, не башня. – Дэлия понятия не имела, почему вдруг решилась все честно рассказать. Наверное, до сих пор сомневалась: явью это было или сном. – Я проходила здесь ночью. Не могла уснуть, хотела спуститься в гостиную и посидеть у камина. И видела на башне…

Чем дольше она говорила, тем мрачнее становилось лицо Ардана. Между бровями залегла морщинка, а серо-голубые глаза потемнели, стали стальными, холодными.

– … дракона, – закончила Дэлия.

– Может, тебе показалось? – предположил Ардан. Голос его стал сухим, неприветливым и жестким.

– Может. – Дэлия согласно кивнула, но в душе окончательно уверилась, что дракон действительно был и хозяин замка прекрасно знал о его существовании.