Загадка назойливых звонков - Анна Устинова

— Ты думаешь, твой отец полный дурак? Не заметит? — ничуть не обрадовало Лешкино сообщение Темыча.

— Во-первых, какое-то время, может, и не заметит, — объяснил Лешка. — Я ведь уже говорил: предок сегодня явится поздно и наверняка сразу спать ляжет. А потом я еще одну штуку придумал. Сашок у нас, знаете, рисует классно. Вот мы с ним фломастерами сейчас и изобразим на Танькином телефоне дисплей определителя.

— Ну, ребенок! Ты сегодня даешь! — второй раз удостоился Лешка похвалы Школьниковой.

Почувствовав, что его акции неуклонно растут, Пашков окончательно воодушевился.

— В общем, не беспокойтесь, — заверил он остальных. — Это дело мы провернем, как в лучших домах Филадельфии. Сейчас сбегаю за определителем.

Вся Компания устремилась на Садовое кольцо. Там возле Дома военной книги расположи-

лось здание, где на горе ближайшим соседям жили братья Пашковы.

— Ждите тут, — приказал Лешка, когда вся компания подошла к его подъезду. — Я бы вас пригласил, но у меня бабушка дома. Не будем ее лишний раз тревожить.

— Какой заботливый внучек, — фыркнула Катя,

— При чем тут заботливый? — деловито проговорил Пашков. — Неужели не понимаешь? Если мы все вместе ввалимся, бабка наверняка начнет бдительность проявлять. И тогда фиг-два телефон из дома утащишь.

— Ты сперва этот в дом пронеси незаметно, — указал пальцем Темыч на серый аппарат, который Лешка весь путь до собственного дома почему-то нес на вытянутых руках.

— Это мы запросто!

И, подмигнув ребятам, Пашков засунул аппарат под куртку.

— Ладно. Ждите. А я понесся. Мне еще Сашка нужно проинструктировать, чтобы он правильно определитель нарисовал.

Прошло пять минут. Десять. Пятнадцать. Пашков не выходил.

— Что же с ним? — как всегда, первым не выдержал Женька.

— Может, в лифте застрял? — охватило беспокойство и остальных.

— Пошли проверим, — кинулся к подъезду Женька.

Тут как раз хлынул ливень. Ребятам поневоле пришлось укрыться в подъезде. Оба лифта стояли на первом этаже и прекрасно работали.

Неугомонный Женька даже для проверки съездил вверх — вниз сначала на одном лифте, а потом на другом. Друзья убеждали его, что проверка совершенно бессмысленна. Если бы Лешка застрял, то какая-нибудь из двух кабин находилась бы сейчас между этажами. Но Женька ответил:

— Лучше я буду ездить на лифтах, чем так просто ждать.

— Пускай себе ездит, — сказал Олег. Прошло еще пять минут.

— Мне это совсем не нравится, — хмуро проговорил Темыч.

— А ты вспомни хоть один случай, когда бы тебе что-нибудь нравилось, — тут же сказала Катя.

— Неостроумно, — огрызнулся Темыч. Моя Длина докурила вторую сигарету и, затоптав ее на ступеньке, принялась за третью.

—– По-моему, у ребенка дома очередной напряг наметился, — сказала она.

Тут лифт вызвали на верхний этаж.

— Наконец-то, — хором произнесли ребята. Кабина остановилась где-то наверху. Потом лифт начал спускаться.

— Это был не Лешкин этаж, — уверенно заявил Олег.

— Какая разница, — отмахнулся Женька. — Когда речь о Лешке идет, никогда заранее не определишь, с какого он этажа спустится.

Остальные согласно кивнули. Пашков был натурой сколь творческой, столь и непредсказуемой. Двери лифта раздвинулись.

— Ну, ты, ребенок, даешь! — воскликнула Моя Длина. — За смертью тебя посылать!

— Действительно! — не в силах больше стоять на месте Женька шагнул навстречу Пашкову, загородив ему таким образом выход из лифта.

— Хулиганы! Пустите! — раздалось в ответ.

Женька опешил. Ибо выяснилось, что вместо предполагаемого Пашкова в лифте приехала какая-то очень злобная пожилая женщина с огромной хозяйственной сумкой в руках.

— Вам что тут надо? — с подозрением оглядела она всю компанию.

— Да мы так… ничего… гуляем, — смутился Женька.

— Курите вы, а не гуляете, — посмотрела злобная женщина на Мою Длину.

— Между прочим, законом не запрещается, — ответила та.

— Зато Минздрав предупреждает, — вклинился Темыч.

— Я вот сейчас вам покажу Минздрав! — угрожающе проговорила женщина. — Или проваливайте отсюда, или милицию сейчас вызову.

— Нет, нет! Мы лучше пойдем, — сказал осторожный Темыч и первым направился вон из подъезда. Остальные последовали за ним.

— Вот так-то лучше, — грозно произнесла им вслед женщина. — Мало нам тут своих Пашковых.

И, замахнувшись сумкой на шестерых ребят, женщина поспешила прочь.

— Большой известностью Лешка с Сашком у себя в подъезде пользуются, — фыркнула Катя.

— А нам теперь из-за этой их популярности под дождем придется мокнуть, — поежился Темыч.

— Не развалишься, — ответила Катя.

Тут дверь подъезда открылась. Из нее вышел Пашков.

— А вот и я!

— Подольше не мог? —немедленно подскочил к нему Женька.

— Техническая накладка, — улыбнулся Лешка. — Бабку пришлось нейтрализовать.

— Как это? — не поняли остальные.

— Обыкновенно, — уже на пути к Таниному дому объяснил Пашков. — Чтоб не мешалась.

— Лешеньке с Сашенькой бабка мешала, — пропела Катя на мотив «Серенького козлика».

— Дай лучше человек расскажет, — прервал пение Женька. — Чем тебе бабка мешала?

— Ну, мы с Сашком только в комнату к предкам намылились, а бабка орет: «Чего вам там надо?» — принялся объяснять Пашков. — Предок, мол, не велел заходить. У него там, видите ли, какая-то важная рукопись на столе разложена. Можно подумать, мне эти его бумажки нужны. А тут еще Сашок, балда, как заорет: «А чего у тебя там, Лешка, под курткой?» Я ему говорю: «Молчи!» И телефон вынимаю, пока бабка не видит. А Сашок словно оглох. И снова орать: « Ух ты! Телефон? Где достал?» Ну, бабка и прибежала. «Опять, — говорит, — пакость какую-нибудь задумали?»

В общем, пришлось мне бабку отвлечь. И я второй раз обедать потребовал.

— Я бы тоже второй раз не отказался, — немедленно встрял в разговор Женька.

— А тебе, между прочим, никто не предлагает, — строго взглянул на него Темыч.

— Ну, пока бабка меня кормила, — снова заговорил Пашков, — Сашок телефон переставил. И даже догадался отцовский положить в пластиковую сумку, чтобы бабке в глаза ничего подозрительного не бросилось, когда я из дома выходить буду.

И Лешка продемонстрировал черную пластиковую сумку, внутри которой находился за-»ветный аппарат. — Сейчас поставим, потом нужно испытать, хорошо ли работает, — продолжал он. –— И вообще правильно, что мы в магазин не поехали.