Дело в тёмной шляпе - Елена Ярышевская

Великанов и Крошкин без приключений пересекли поле и вступили в лес. С первого же встреченного дерева им приветливо мигнул маленький фонарик. Профессора немного приободрились и двинулись вперёд. Идти было трудно. Густой тёмный лес выглядел каким-то запущенным. Стволы гигантских деревьев покрывали мхи и лишайники, ветви кустарников тесно переплелись, так что путешественникам приходилось буквально продираться через заросли. Из-за густых высоких крон почти не было видно солнца, и в лесу стоял серый полумрак.

– Мрачноватое местечко, – шепнул Великанову Крошкин, тревожно озираясь по сторонам. – Не хотел бы я провести здесь ночь.

Великанов согласно кивнул и поёжился. Профессора старались ступать как можно тише. Вдруг под ногой Великанова громко хрустнула ветка, и гул прошёл, казалось, по всему лесу. Друзья испуганно вздрогнули.

– Т-с-с!!! – сердито зашипел Крошкин. – Смотрите под ноги, коллега.

Приятели шли, направляемые качающимися на ветках маленькими фонариками, которые при их приближении вспыхивали мягким тёплым светом, словно весёлые светлячки, а потом плавно гасли. Но чем глубже забирались путешественники в лес, тем реже попадались заветные огоньки. Великанов с Крошкиным стали всё больше и больше тревожиться. Наконец, очередной фонарик погас, но следующий так и не вспыхнул. Профессора оказались практически в полной темноте. Они подождали немного. Спасительного света не было.

– Вам не кажется, друг мой, что мы заблудились? – прошептал Крошкин Великанову.

– Спокойно, коллега, без паники! – откликнулся Великанов и задумчиво почесал затылок. – Для начала достаньте ваш светящийся кабачок. Здесь совсем темно!

Крошкин кивнул и полез в чемодан.

Внезапно по лесу прошёл гул. Ветви деревьев зашумели под внезапным и сильным порывом ветра. Земля задрожала, как будто по ней неслось огромное стадо бешеных быков.

Крошкин поспешно засветил кабачок, и друзья в страшной тревоге уставились в окружавшую их темноту. Они судорожно переводили свой кабачковый «фонарик» то на одно дерево, вздрагивающее под хлёсткими ударами ветра, то на другое.

Вдруг луч выхватил из темноты гигантскую усатую морду. Потом ещё одну… И ещё одну… На поляну, щурясь от яркого света кабачка, выползали какие-то ужасные зверюги, более всего напоминающие… огромных уродливых клыкастых мышей. Монстры яростно били длинными хвостами, плотоядно скалили зубы и подбирались к профессорам всё ближе и ближе, сжимая вокруг них зловещее кольцо. Великанов решительно повернулся к Крошкину.

– Бегите! Быстрее! – закричал он изо всех сил. – Я их задержу! Спасите Амадея!

И храбрый профессор принялся яростно размахивать своим рюкзаком, стараясь попасть по жутким мордам, которые тянулись к нему со всех сторон.

Крошкин не был героем. Он был мирным учёным и больше всего на свете ценил тишину и покой. Но когда он увидел, как его бедный друг отважно сражается с чудовищным противником, превосходящим его силами в сотни раз, в душе профессора Крошкина как будто лопнула туго натянутая струна. Он схватил зелёный зонтик-трость и, выставив его как копьё, ураганом понёсся на врага. В голове Крошкина молнией мелькнула мысль, что если на них напали мыши, скорее всего, они опасаются котов. Даже такие гигантские. Поэтому профессор, набрав в грудь побольше воздуха, во всю мощь своей глотки, закалённой многочасовыми лекциями и докладами, издал грозное мяуканье и врезался в ближайшую к нему мышь. Мышь, почувствовав болезненный укол, от неожиданности подскочила и обернулась к профессору. Крошкин направил луч кабачка прямо в глаза монстру, ещё раз душераздирающе мяукнул, подпрыгнул и изо всех сил треснул зонтиком по огромной усатой пасти, угодив острым концом прямо в нос ужасного существа. Чудище взвыло, испуганно замотало головой и не разбирая дороги бросилось в тёмную чащу, ломая кусты.