Портфель капитана Румба - Владислав Крапивин

— Неужели несчастье какое-то? — испугался и Ростик.

— Трудно сказать. В какой-то степени любовь — это всегда несчастье, — задумчиво сообщил Туто Рюмбокало. — Хотя и радость тоже… Вы обратили внимание, сколь задумчив и рассеян был государь последнее время?

Леша и Ростик закивали.

— Это объясняется сердечными причинами, — доверительно сообщил церемониймейстер. — Король влюблен.

— В кого?!

— Вы не поверите… Он испытывает самые сильные и нежные чувства к Серебряной Танцовщице… Долгое время его величество не решался открыть ей свое сердце. А вчера наконец решился…

— А она что?!

— Она… ответила благосклонностью и согласилась стать королевой Астралии. Скоро свадьба.

— Ну и прекрасно! — воскликнул Леша.

— Значит, опять будет праздник! — обрадовался Ростик.

— Праздник-то праздник, но этим ведь дело не кончится, — замялся Туто Рюмбокало (а лифт между тем все ехал и ехал). — Возникает один очень деликатный вопрос.

— Какой?! — опять разом спросили Ростик и Леша.

— Видите ли… через какое-то время после свадьбы у жены и мужа появляются дети. И… возможно, родится королевский сын. По закону он должен сделаться наследником трона… И в этом случае… В общем, государь очень неловко чувствует себя перед Лешей. Сперва уговаривал его стать наследным принцем, а теперь…

— Да пусть рождается королевский сын! Слава богу! — обрадовался Леша. — Потому что мне эта королевская должность ну вот ни капельки не нужна! Я просто не знал, как быть! И не хочется, и отказываться неловко…

— Значит, вы не будете обижаться на его величество?

— Да нисколечко!.. Вот разве что Дашка огорчится. Она уже всерьез нацелилась сделаться принцессой…

— А она ею и будет! Король в любом случае пожалует вам титулы принцев королевской крови!

— Тогда и Ростику, — попросил Леша. — Чтобы, когда принцесса Дарья вырастет, жених у нее тоже был принц…

Ростик незаметно дал Леше тумака, но Туто Рюмбокало серьезно заявил:

— Нет ничего проще.

— А я, если его величество разрешит, стану потом директором королевской картинной галереи…

— А я — директором Астралийского ботанического сада, — решил Ростик. — Только сперва мы с тобой, Леша, попутешествуем. На папином корабле.

— А твой папа нас возьмет?

— Я думаю… Или, в крайнем случае, можно попросить Бочкина, чтобы отправиться в плавание на «Отважном Оресте».

— А если Бочкин не захочет взять нас, тогда… мы… однажды ночью… — начал Леша дурашливым и таинственным шепотом, — проберемся и… Я ведь умею управлять пароходом…

— Ай-яй-яй, — сказал Туто Рюмбокало. Леша и Ростик засмеялись. Они были уверены, что добрый старик на них не наябедничает.

Лифт наконец остановился. И они вышли в королевском саду — прямо из ствола толстенного ясеня. Зашагали по солнечным лужайкам и оплетенным цветами висячим мостикам.

— У короля есть еще один деликатный вопрос к Леше, — осторожно сказал Туто Рюмбокало.

— Какой?

— Понимаете, в чем дело… Его высочество герцог Филарет последнее время взял обыкновение часто обращаться в тень. Это само по себе никому не мешает. Но одновременно с этим превращаются в тени и все марки коллекции, которую герцог преподнес государю. Один раз король показывал коллекцию послам, и вдруг… Получилось очень неудобно… Король хотел узнать: не можете ли вы, Леша, сделать так, чтобы марки всегда оставались марками и не зависели от превращений его высочества Филарета? С помощью вашего «Чоки-чока»…

— Надо попробовать…

И Леша на ходу стал бормотать себе под нос. Никакие подходящие рифмы не шли в голову. Но Леша не унывал. До зала заседаний Королевской коллегии оставалось еще шагов полтораста. Леша был уверен, что за это время он успеет что-нибудь придумать.

1992 г.