Остров света - Арсений Снегов

– Машенька, ну п-прости! – в очередной раз повторил Стас.

Маша сидела у стола с напряженным и злым лицом, а Стас с виноватым видом ходил туда-сюда у нее за спиной.

– К-к-конечно, это была идиотская з-з-затея! Но как еще я мог привлечь твое внимание к собственной п-п-персоне, а? Пришлось придумать, что мне якобы грозит страшная опасность. А мои ребята взялись мне подыграть!

«Ребята» дружно закивали. Самвел и Африканыч сидели напротив Маши и прятали глаза. У них был вид нашкодивших школьников.

Африканыч сказал:

– Марья Дмитриевна, ну правда, не сердитесь на нас! Мы просто очень хотели помочь Стасу!

Самвел отозвался, словно эхо:

– Да, мы очень хотели помочь!

– Помочь? – переспросила Маша. – Помочь! Вы знаете кто? Вы все тут натуральные психи! Уроды чертовы!

– Ну, урод здесь, положим, один я! – добродушно заметил Самвел. – А насчет психов – это ты попала в точку!

– Ага! – с воодушевлением подхватил Африканыч. – Что мы психи, это всем известно! У нас даже фирма так называется – «Крейзи Кингз»! То есть «безумные короли»!

«Ну как дети, абсолютные дети!» – подумала Маша. Ее злость и обида понемногу проходили. Она поинтересовалась:

– А почему «короли»?

Тут Африканыч и Самвел посмотрели на Стаса. Самвел сказал:

– Стас, да перестань ты барражировать! Сядь и объясни девушке, почему мы короли!

Толстяк нерешительно присел на краешек стула, бросил взгляд на Машу. Вид у него был такой виноватый и вместе с тем нелепый, что Маше стало смешно, и она, не утерпев, прыснула в ладошку. Увидев это, Стас осмелел:

– Маша, мы – короли фондового рынка! Мы – принцы инвестиций…

– И еще магнаты виртуальных финансов! – влез Африканыч.

Слышать такие слова из уст этого с виду совершеннейшего громилы было довольно странно.

– Короче, мы умеем, не выходя из офиса, делать деньги из чего угодно! Прежде всего, конечно, из самих денег! Мы делаем много денег, огромные кучи денег! – заключил Самвел.

Остальные весело закивали, как-то совершенно по-детски – мол, да, правильно, огромные кучи денег: Маше показалось даже, что они сейчас, взявшись за ручки, пойдут вокруг нее хороводом. Девушке стало вдруг весело и спокойно. Она почувствовала, что голодна, и ехидно поинтересовалась:

– Скажите, а что, у финансовых королей так принято – морить гостей голодом?

Хозяева переглянулись. Африканыч вскочил со стула.

– Счас мы все организуем!.. Григорий! Гриша! – позвал он.

И тут же словно из-под земли в комнате появился тот самый парень в кожаной курке, что следил за Машей часом раньше.

– Ну и чего орем? – не очень любезно поинтересовался он.

– Гришенька, золотой ты наш! – обратился к нему Африканыч. – Ты бы нам организовал тут чего поесть-попить, а? Гостья наша, понимаешь, кушаньки хочет!

Тот, бросив на Машу короткий взгляд и вроде бы даже дружески подмигнув ей, ответил:

– Да какие проблемы, парни! Ща все будет!

И после этих слов умчался.

– Григорий – он нам как отец родной! – пояснил Маше Самвел. – Мы же трое – типичные «ботаны», руками вообще ничего не умеем! А Гриша у нас – и завхоз, и электрик, и водитель, и охранник… Даже повар, если нужно!

– А я думала, он частный сыщик! – произнесла Маша.

– И это тоже! – заверил Африканыч.

Буквально в течение двадцати минут стол был накрыт. Такого странного пиршества Маша в своей жизни еще не видела. На столе появилась не пойми откуда невообразимая мешанина из самых разных и неожиданных продуктов: чипсы, пепси-кола, пиво… И рядом – бананы, пирожки мамы Стаса, корейская цветная капуста в пластмассовой мисочке. Красные вареные раки на газетке. Копченый окорок. Дюжина устриц на фарфоровом блюде, под прозрачной крышечкой. Банка сардин, оливки. Бутылка красного французского вина. И тут же – банальные московские пончики в полиэтиленовом пакетике, обильно посыпанные сахарной пудрой.

Однако странную компанию ассортимент этот, казалось, нисколько не удивил. Стас скомандовал:

– Мужики, к столу! – И тут же спохватился: – И вы, Машенька, конечно, тоже!

– Стас, вы уж решите, как мы друг к другу обращаемся, на «ты» или на «вы»! – попросила Маша, – А то я вконец запуталась!

– А вы бы сами как хотели? – поинтересовался Стас.

– Давайте… то есть… давай на «ты»! – предложила девушка.

– Идет! – сказал Стас.

А Африканыч поинтересовался:

– Это соглашение всех касается?

– Конечно! – улыбнулась Маша. – Только вот… Можно, я вас буду звать по имени? А то Африканыч – это как-то странно звучит.

– Не «вас», а «тебя»! – поправил Машу Самвел, прихлебывая из бокала вино. – А зовут его Костя! А меня – Самвел! – добавил он.

– Это я уже поняла! – улыбнулась Маша. – Костя, налей мне тоже вина, пожалуйста!.. И еще дай мне чипсов, потом один банан… И еще ветчины! И парочку пончиков!..

Плотно пообедав, Матвей Ермилов снова принялся звонить Маше. Но к телефону никто не подходил.

– Блин! – произнес Матвей. – Куда же Машка подевалась-то?

От нечего делать он включил телевизор. Там шел сериал про школьников. На экране две очень симпатичные девчонки сплетничали о своем однокласснике. А сам этот их одноклассник, рыжий разбитной пацан, спрятавшись неподалеку, подслушивал их разговор. Причем девчонки вроде бы об этом знали, но старательно делали вид, что не знают. А сам этот рыжий тоже вроде догадывался, что девчонки знают о том, что он их подслушивает. Но виду не подавал. Минут пять Матвей добросовестно пытался разобраться, в чем у них там дело. Но, так и не поняв, плюнул и переключился на музыкальный канал. Здесь лидер популярной панк-группы строил зрителям страшные рожи и зловеще завывал при этом нечто совершенно безумное. Матвей послушал его немного и выключил телик.

«Чем бы заняться?» – подумал он. Вдруг он понял, что обманывает себя, что, не застав Машу по телефону, сразу же решил где-то в глубине себя посвятить вечер «Острову света». Но все это время притворялся перед самим собой, будто ничего такого не решал.

– Да что за черт! – зло сказал Матвей. И подумал: «Что за игра такая прилипучая! Вот нарочно не буду играть, и все! Из принципа не буду!»

Конечно, уже минут через двадцать Ермилов снова сидел за компьютером. Но, как оказалось, что-то в его отношении к игре изменилось. После разговора с Егором Андреевичем Матвей уже не мог воспринимать игру по-прежнему. В голове его все как-то расставилось по своим местам. В конце концов, игра – это просто игра, а жизнь – это жизнь. И теперь виртуальная реальность «Острова света» не казалась Матвею такой уж притягательной.