Алмазная одиссея - Георгий Герцовский

Лим. Насколько позволяют судить датчики, это запах рыбы…

Вит. Рыбы? Ужас.

Лим. Вит, к тебе приближаются местные. Ничего не предпринимай, но надень шлем для дополнительной безопасности.

На берег выбегает толпа туземцев. Их несколько десятков, они рослые, очень худые и будто бы слегка сгорбленные, словно все страдают сколиозом.

Все мужчины обросшие. В целом, местные похожи на долговязых неандертальцев. Вит сидит в стороне, и туземцы сначала не обращают на него внимания, но он, на всякий случай, кладет руку на бластер, кобура с которым крепится к поясному ремню.

Туземцы бросаются к берегу океана и начинают издавать странные звуки, совершать непонятные телодвижения. Это походит на молитву.

Вит включает коннектор, который приступает к переводу.

– О Великий бог Влоо, бог всех богов, родоначальник всего сущего! Тот, кто в одной капле воды сошел на Хгрыы, потом приумножился тысячекратно и выплеснул жизнь на планету! Тебе поклоняемся мы, приносим свои молитвы и дары…

Вит. Ну, ты сам все слышишь. Корзины с фруктами на берег выставляют. Видимо, бог Влоо – вегетарианец. Тут по всему берегу обломки старых корзин.

Лим. Наверное, это жертвоприношения. А молятся они океану.

Вит. Наверное.

Лим. На тебя пока внимания не обратили?

Вит. Надеюсь, и не обратят. Я тут удобненько под пальмой расположился. Под крупными листьями меня и не видно почти. «Сверчок» заряжен?

Лим. Да. И орудия «Фобоса» тоже приведены в готовность. Но хочу тебе напомнить…

Вит. Знаю я, знаю…. Только в случае нападения. Я не собираюсь сам лезть в драку с этими блаженными. Ой. Кажется, меня заметили.

Коннектор. О Великий посланник бога Влоо! Мы счастливы, что ты посетил нас! Повелевай или верши правосудие, награждай или пророчествуй! Мы в твоей воле!

Вит. Слушай, они обступили меня… В ноги упали, кланяются и молятся, как океану до этого. Фиг знает, что делать? Че-то… (Говорит не «что-то», а именно «чеё-то».)…я и не готов ни пророчествовать, ни вершить. Что посоветуешь? Твоя затея-то.

Лим. Хм… Скажи что-нибудь позитивное. Думаю, твой коннектор уже набрал нужный запас лексических оборотов. Потом возвращайся на корабль. Достаточно для экскурсии.

Вит. Попробую. (Встает, расставляет руки и произносит.) Дорогие рабы мои! Спасибо за дары, что я ежедневно получаю от вас. Я очень люблю такие фрукты… Вы все делаете правильно! Пусть моя воля всегда пребудет с вами. Благословляю. Лим, так нормально?

Лим. Как они реагируют?

Вит. Не знаю… Странно как-то. Перешептываются.

Коннектор. Великий господь Влоо, наверное, вновь испытывает нас, направив к нам своего шута. Но мы должны быть терпимы и благодарны.

Вит. Чёй-то я шут, Лим?

По голосу игрека понятно, что он пытается не рассмеяться.

Лим. У всех свои представления, Вит. Видимо, что-то удивило их в твоем поведении.

Вит. Дикари и есть дикари… Ладно, пошел я. Слушай, они передо мной растянули какую-то ткань. Не то ковер, не то флаг. Я что, должен на него наступить?

Лим. Ни в коем случае, Вит! Насколько я знаю от других игреков, так туземцы выражают смирение с волей бога и приносят в дар свое знамя.

Вит. Я должен взять его?

Лим. Да. И сделай это уважительно, пожалуйста.

Вит наклоняется, поднимает ткань, сворачивает, кладет под мышку, еще раз низко кланяется и торопливо идет к «Фобосу», постоянно оглядываясь.

Вит. Что тут изображено, Лим? Светло-зеленая полоса, светло-голубая полоса, а посредине – белый круг.

Лим. Думаю, круг – это их солнце, звезда Тау Кита. Зеленая полоса – океан…

Вит. А голубая – небо. Понятно. И на кой ляд мне эта простыня?

Лим. Относись как к сувениру.

Вит. Ладно. Чалим дальше?

Лим. А не хочешь посмотреть на тех, кто живет на другом берегу океана? У них там, говорят, золотые и платиновые прииски. Можно выменять у них на что-нибудь…

Вит. Прииски, говоришь? Тогда, конечно, интересно взглянуть. Сувениры так сувениры…

Лим. Хорошо. Навигационная система катера настроена. Я тоже приземлюсь неподалеку. Там большие запасы необходимых минералов для корабельного синтезатора.

* * *

Катер приземлился среди темных скал, нависших над заливом. Тени утесов, громоздящихся вдоль всего побережья, лежат на воде, отчего она кажется темнее. Залив велик, как целое море, а скалы размером с горы. Вит, выйдя из катера и сняв шлем, какое-то время стоит – видимо, привыкает к царящему полумраку. Поодаль можно рассмотреть несколько групп туземцев. Они заняты работой – долбят и возят на тачках породу, промывают у воды. Несколько человек таскают балки и подпирают ими своды скалы – похоже, оборудуют новую шахту.

Запись 17

Вит. Такая темень вокруг, Лим. Скалы – насколько хватает взгляда. Не понимаю, как люди тут могут жить. Как гномы какие-то.

Лим. Они привыкли, наверное, Вит.

Вит. Слушай, я взял с собой эту ткань разукрашенную. Чтоб сразу поняли, что я из богов и все такое… Чтобы с почтением обходились. Может, ее и выменяю на пару-тройку слитков. А еще я взял для обмена из катера термос, нож перочинный, веревку…

Лим. Вит, что-то мне подсказывает, что ты зря взял с собой знамя. Лучше спрячь его.

Вит. Поздно, Лим. Они уже здесь. Ты прав, смотрят недружелюбно. Думаешь, надо бежать?

Коннектор. Это посланник дьявола. У пришельца в руках знак противника божьего! Мы должны убить посланника дьявола!

Лим. Беги, Вит! Я буду через несколько минут!

Молчание.

Лим. Вит, я здесь! Вит, где ты?

Голос Лима все более взволнованный.

Лим. Я уже над заливом, но не вижу тебя! Вит, где ты? Не могу определить твое местоположение.

Тишина.

* * *

Инга. Лим, добрый день. Наконец-то удалось наладить связь. Про Вита знаю, очень опечалена. Думаю, если он не найдется в ближайшие два дня, проект «Алмазная одиссея» будем закрывать. Видимо, Вит пропал без вести.

Лим. Инга, я все сделаю, чтоб его найти. Уверен, он еще жив. Так мне подсказывает сердце.

Инга (с горькой усмешкой). Я не знаю, на что способно сердце игрека, но земляне в такие понятия, как интуиция, не особо верят. (Молчание.) Забыла сказать. Спасибо за идею с отсылкой отснятых материалов. Здорово придумал.