Люциус Адлер. Тайна золотого кристалла - Бернд Перплис

И тут Себастиан вырвал статуэтку у неё из рук. Тео пыталась сопротивляться, но мальчик оказался сильнее. Он сразу же запихал Умбака-владыку в первый попавшийся ящик, и Харольд захлопнул крышку.

Тео задрожала и пошатнулась. Люциус держал её, чтобы она не упала. Её взгляд прояснился, и она, моргая, огляделась.

– Что… что произошло? – слабым голосом спросила она.

– Мы бы тоже хотели это знать, – отозвался Себастиан. – Ты коснулась Умбака – и вдруг слетела с катушек. Будто попала под действие его чар.

– Умбака? – растерянно переспросила Тео.

– Статуэтки, которую ты нам только что показывала, – сказал Люциус. – Что, забыла?

– Я… точно не знаю. – Девочка наморщила лоб. – Помню эту ужасную статуэтку с лицом как маска. И искры. А что было потом… Понятия не имею. Можно ещё раз взглянуть на неё?

– Лучше не надо, – возразил Себастиан. – Это было просто жутко.

– С тобой такое уже случалось? – спросил Харольд. – Я имею в виду, что ты…

Он не успел договорить, потому что в этот момент дверь распахнулась.

– Чёрт побери, что здесь происходит?! – воскликнул мужчина, появившийся в дверях. Это был громила с боксёрской челюстью и короткими рыжими волосами. – Ну погодите, озорники! Вот я вам сейчас уши надеру! Что вы тут забыли?!

– О чёрт! – простонал Себастиан. – Это же Грейнджер! Бежим! – Он повернулся и помчался в противоположную сторону зала к другому выходу.

«Надеюсь, он тоже не заперт, как и первый», – подумал Люциус. Не медля ни секунды, он схватил Тео за руку и пустился наутёк, увлекая девочку за собой. Харольд, взвизгнув с перепугу, поспешил за ними.

Они бежали мимо столов с экспонатами, огибая стоящие на пути ящики, чтобы не споткнуться. Люциус, обернувшись, увидел, что мужчина по имени Грейнджер, хоть и сделал несколько угрожающих шагов в комнату, за ними не гонится. Несмотря на это, никто из них не замедлил шага, когда Себастиан распахнул дверь, к счастью, оказавшуюся незапертой, и они промчались сквозь неё.

– Как нам теперь выбраться из музея? – пропыхтел сзади Харольд. – Этот Грейнджер торчит в коридоре перед входом в подвал.

– Тогда остаётся лишь бежать через центральный вход, – крикнул Себастиан через плечо.

– Это чистое безумство! – возразил Харольд. – Как ты себе это представляешь? Они же нас схватят.

– Нужно громко орать и бежать не останавливаясь, – отозвался Себастиан. – В Африке это всегда срабатывало.

Они заорали и припустили так, будто за ними гонится чёрт. По коридору, в дверь, вверх по подвальной лестнице, вниз по стерильно чистому ходу – и дальше через комнату, полную витрин, в которых были выставлены старые монеты, книги, вазы и каменные бюсты античных знаменитостей.

Посетители музея, почти сплошь седовласые мужчины в рубашках с накрахмаленными воротничками и с выглаженными носовыми платками, испуганно уступали им дорогу. Некоторые грозили им кулаками и возмущённо кричали вслед, что они не умеют себя вести. Но задержать их никто всерьёз не пытался.

Когда они уже почти добежали до центрального входа, им навстречу попалась группа, увлечённая беседой. Возглавлял шествие загорелый мужчина в фетровой шляпе, которого Люциус видел в лондонском порту в день своего прибытия.

Завидев орущих друзей, мужчина удивлённо вскинул брови.

– Себастиан? – озадаченно спросил он.

– Привет, пап! – бросил ему на бегу мальчик, не сбавляя скорости.

– Я думал, ты в клубе…

– Я сейчас! Мы как раз туда направляемся! – Он махнул рукой и выскочил наружу.

– Э… ну ладно. Я тебя тогда в пять часов заберу, – крикнул Аллан Квотермейн вдогонку сыну. – В пять, слышишь?

Но тот уже не слышал.

– Уфф, пронесло! – с облегчением выдохнул Харольд, когда они сели в наёмный кеб и поехали в клуб «Диоген». – Этот громила нас едва не схватил. Кто это был?

– Хуберт Грейнджер, он вместе с моим отцом руководил экспедицией в Африку, – объяснил Себастиан. – У него крутой нрав и шутки, которые в присутствии дам лучше не повторять. Но он ничего не боится и не теряет присутствия духа даже в опасных ситуациях. Такой талант дорогого стоит в дикой природе.

– Детей он явно не любит, – констатировал Харольд.

– В Африке мы неплохо ладили, – сказал Себастиан. – Сам не пойму, чего он вдруг так разозлился. Может, потому, что выставка на носу, а у него ещё столько работы. Мой отец тоже каждый вечер в гостинице стонет.

– А мне наша вылазка понравилась, – сказал Люциус. – Даже несмотря на то, что в конце нам пришлось убегать сломя голову. Спасибо, что показал нам все эти вещи, Себастиан.

– Да не за что, – отмахнулся тот.

– Но кое-что мне всё-таки хотелось бы выяснить, – сказал Харольд. Он повернулся к Тео, сидящей рядом с ним на скамейке. – Так что, у тебя уже бывали такие приступы? Или это первый такой случай?

– С чего ты взял, что со мной такое уже бывало? – вопросом на вопрос ответила девочка.

– Ну, Себастиан тоже дотрагивался до Умбака – но он не закатывал глаза и не нёс всякую чушь.

– Тебя это не касается, – отрезала Тео, скрестив руки на груди.

– Тео, мы вовсе не собираемся тебя дразнить, – вмешался Люциус. – Мы просто хотим понять, что произошло в музее.

Девочка на мгновение задумалась и наконец кивнула:

– Ну ладно, только чур не рассказывать никому. А то отец опять отправит меня к какому-нибудь дурацкому невропатологу, а тот всё равно не сможет мне помочь.

– Честное охотничье! – поклялся Себастиан.

– Честное инженерское! – сказал Харольд.

– Честное фокусни… – начал было Люциус, но подумал, что слово профессионального мошенника, наверное, мало чего стоит. – Ну, ты поняла, что я имею в виду, – с лёгким смущением прибавил он.

Теодосия улыбнулась ему, а потом снова посерьёзнела.

– Это правда, – призналась она. – У меня какая-то связь со сверхъестественным. Я и сама толком не могу объяснить, что со мной происходит. Может, это как-то связано с тем, что одна индийская волшебница… по крайней мере, так её называла Прия… В общем, в ту ночь, когда умерла моя мать, эта волшебница спасла мне жизнь. Роды, видимо, были очень тяжёлыми, и я тоже чуть не умерла. Но та старая женщина помогла мне выжить. Возможно, она прибегла к магии – и эта магия до сих пор во мне.

– Магия? – с сомнением пробормотал Харольд.

– Не перебивай и дай ей рассказать, – велел Себастиан.

– Сама не знаю, как это объяснить, – вздохнула Тео. – Порой я просто знаю вещи, которых знать не должна. Меня посещают видения, я вижу то, чего нет, – далёкие места, другие времена. Иногда это весело, но чаще страшно. Кроме того, время от времени мне начинает казаться, что я непременно должна сделать определённые вещи, чтобы избежать чего-то плохого.