Тайна заводного воробья - Кэтрин Вудфайн

— Да, пожалуй. Я вышла вскоре за остальными девочками из нашего отдела. В магазине ещё оставались дядя С… то есть Сидни Паркер и Дот… Дот Бакстер из отдела женской одежды. И… — Она замялась в нерешительности.

— И?

Софи не знала, стоит об этом упоминать или нет, но вдруг это поможет делу?

— Когда я вышла на улицу, на ступеньках сидел молодой человек — бездомный, — неуверенно сообщила она. — Вид у него был нездоровый, и я остановилась подать ему монетку.

Сержант Грегсон вскинул брови, но ничего не сказал. С каждой секундой он казался всё менее мягким и понимающим.

— Вы вышли с работы, как обычно, однако вернулись? — спросил он.

— Да.

— Почему, мисс Тейлор?

— Я кое-что забыла, — поспешно объяснила Софи, не вдаваясь в детали. — И вернулась забрать.

— До утра оно подождать не могло?

— Нет, — просто ответила она.

— Что же это за ценный предмет, который нельзя оставить на ночь?

— Мне не хотелось бы об этом говорить, — осторожно произнесла Софи. — Он никак не связан с… произошедшим. Никак.

Макдермотт мрачно улыбнулся ей из своего угла и заговорил впервые за всё время допроса:

— Мисс Тейлор, вы удивитесь, как часто, казалось бы, незначительные детали позже становятся одними из самых важных в деле.

— Благодарю вас, мистер Макдермотт, — процедил Грегсон, явно недовольный вмешательством детектива. Он снова обратил свой безжалостный взгляд на Софи. — Итак?

Она вздохнула. Придётся рассказать всё как есть. В конце концов, он полицейский.

— Это был пиджак одного из работников универмага. Я обещала его постирать.

Грегсон нахмурился.

— Постирать? Не вижу здесь ничего срочного. Мисс Тейлор, не могли бы вы объяснить, в чём тут дело?

— Пиджак — часть рабочей униформы. К сожалению, работник сильно запачкал его в грязи и боялся попасться кому-нибудь на глаза. Но вечером я о нём совсем забыла, поэтому и вернулась. Не могла же я подвести коллегу.

Грегсон снял очки и резким движением опустил на стол.

— Ваша история звучит крайне глупо, мисс Тейлор. Какие неприятности может доставить пиджак?

К великому облегчению Софи, в разговор вмешался мистер Купер.

— У нас очень строгие правила, сержант. Мистер Синклер требует, чтобы все работники выглядели безупречно в течение рабочего дня. Мы должны держать планку и за неопрятность взимаем штрафы. В крайнем случае можем даже уволить. — Он повернулся к Софи. — Полагаю, я догадываюсь, о ком вы говорите. Джентльмены, один из наших посыльных на стажировке — смышлёный малый, но, к сожалению, довольно неряшливый. Вчера я несколько раз делал ему замечания. Наверняка он боялся, что я узнаю про заляпанный грязью пиджак. Я прав, Софи?

У неё тревожно забилось сердце.

— Да… — нехотя призналась она. Всё-таки ей не удалось оградить Билли от проблем.

Грегсон покачал головой. Судя по всему, эта ситуация все ещё казалась ему нелепой.

— Хорошо. Купер, как зовут посыльного?

— Билли Паркер.

— Родственник Сидни Паркера?

— Да, верно. Племянник.

Грегсон кивнул и снова вцепился взглядом в Софи.

— Итак, вы вернулись в магазин. Как вы попали внутрь?

— Служебный вход был закрыт, а дверь на конный двор — открыта. Я вошла через неё.

— Во сколько?

— Точно не знаю. У меня нет часов. Наверное, в половине седьмого, может, чуть позже.

— Хм-м. Что потом?

— Я поднялась наверх, забрала свёрток с пиджаком из отдела шляпок и спустилась на первый этаж. Там я столкнулась с мистером Купером, а затем вышла из универмага и отправилась домой.

Грегсон откинулся на спинку кресла и холодно посмотрел на Софи.

— Что вам известно о выставке драгоценностей мистера Синклера? — неожиданно поинтересовался он.

— Очень немногое. Моя работа никак с ней не связана. Я читала о коллекции в газете. Сходить и посмотреть на неё у меня времени не было. Мы весь день усиленно готовились к открытию.

— Мистер Купер видел вас в выставочной галерее вчера поздно вечером.

— Да, я зашла туда на минутку по пути к выходу.

— Однако обычно работники выходят из универмага другим путём?

— Да, — призналась Софи и вскинула голову. Сержант Грегсон буквально испепелял её взглядом. — На служебной лестнице было очень темно. Я боялась по ней спускаться и пошла по главной.

— Однако зайти в выставочный зал вы не побоялись?

— Просто он привлёк моё внимание, вот и всё. Там была эта маленькая птичка… Заводной воробей. Потом я увидела мистера Купера и ушла.

— Воробей, вот как? Он вам понравился?

Он что, пытается заманить её в ловушку? Софи покачала головой.

— Я просто заметила его и подумала, что он очень хорошенький.

— Не сомневаюсь, — сухо отозвался сержант Грегсон. — А теперь скажите мне, мисс Тейлор, какие отношения вас связывают с раненым, Альбертом Джонсом? Насколько я понимаю, они… романтические. Я прав?

— Нет! — воскликнула Софи, приподнимаясь со стула. — Это не так! Я его почти не знаю!

— Прошу, мисс Тейлор, не стоит расстраиваться. Я всего лишь повторяю то, что мне сказали. Несколько свидетелей сообщили, что вчера видели вас вместе в столовой.

— Да, он со мной заговорил. До этого мы и двумя словами с ним не обменялись.

— Однако разговор был личный?

— Он пригласил меня на свидание, — выдавила из себя Софи, краснея от смущения. — Но я дала ему понять, что мне это не интересно. Больше мы ни о чём не говорили. Можете спросить кого угодно, они подтвердят.

— То есть раньше вы с ним никогда не разговаривали?

— Наверное, пару раз во время обучения, точно не помню. А ещё мы с ним встретились, когда я выходила из магазина, — неуверенно добавила Софи.

— Вот как? В первый раз или во второй?

— Второй.

— Любопытно. Где это было?

— Он стоял на дворе у конюшни.

— Что он там делал?

— Не знаю. Судя по всему, кого-то ждал.

— Вас?

— Нет, вряд ли. Он удивился, когда я вышла. Да и откуда ему было знать, что я вернулась в магазин?

— О чём именно вы разговаривали с мистером Джонсом? Расскажите как можно подробнее.

Софи нехотя восстановила в памяти эпизод на тёмном дворе, и у неё засосало под ложечкой.

— Я сказала, что мне надо домой, а он не давал мне пройти. — Ей казалось, что полицейский и детектив смотрят на неё с осуждением, и она сердито добавила: — Потом мне удалось прошмыгнуть мимо него, и я убежала. Вот и всё. Я пошла домой и никуда по дороге не заходила.