Приключения в Ух-Чудиновке: Волшебная повесть для детей и не только…. - Лариса Ларина

Отголоски кошачьего крика ещё доносились до ребят. Постепенно всё стихло, и в наступившей тишине послышались жалобные всхлипывания. Из отверстия в горе выбежали плачущие человечки. Крошечные, с зеркальными ручками, ножками и головами, одетые в зеркальные комбинезоны и кепочки, зеркальные человечки забавно путались и обращались к своему отражению друг в друге. Случайно сталкиваясь, они тихонько звенели и жаловались на свою тяжёлую долю:

– Неужели наши мучения не прекратятся? Ах эти несносные кошки! Почему они постоянно разрушают Зеркальную гору? Нужно залечить её раны.

Прячась за кустами, ребята с любопытством подглядывали за слаженной работой зеркальных человечков. Осторожно, чтобы не задеть друг друга, они сгребали осколки в одну большую кучу. Потом притащили тележку и, ловко орудуя большими совками, наполнили её доверху.

Кто-то спросил:

– Чья очередь отвозить осколки к озеру? Блёстик-Дима, твоя?

– Моя, – грустно отозвался зеркальный человечек и тихо пожаловался: – Тележка неудобная, маленькая, все осколки в ней не поместились. Придётся ходить туда-сюда несколько раз.

На жалобы Блёстик-Димы никто не обратил внимания. Не подумайте, что зеркальные человечки не помогали друг другу – конечно, помогали! Но после кошачьих набегов каждый выполнял свою работу: нужно было срочно лечить Зеркальную гору.

Девочка в красной косынке строго спросила:

– Где Блёстик-Коля? Почему он не принёс зеркальное масло?

Властные нотки в голосе выдавали в девочке начальницу. Из горы вылез ещё один человечек, с ведёрком в руках. Вероятно, это и был Блёстик-Коля. Он тяжело вздохнул и грустно сказал:

– Зеркального масла почти не осталось.

Девочка с упрёком покачала головой:

– Как не осталось? Ты же обязан следить за тем, чтобы вовремя пополнять запасы. Наша гора будет стонать, вся израненная, пока ты, Блёстик-Коля, не наберёшь масла. – И устало добавила: – Не забывайте, Зеркальная гора погибнет, если мы вовремя её не вылечим. А без неё погибнем и мы…

Кивая, человечки дружно обрывали листья с кустов, за которыми прятались ребята. Притащив какой-то древний аппарат, зеркальные человечки запихнули в него листья. Из аппарата тонкой струйкой потекла ароматная светло-зелёная жидкость. Тогда они наполнили этой жидкостью несколько мисок, смочили в ней марлевые повязки и стали прикладывать их к израненной горе. Компрессы сразу же оказывали лечебное действие. Гора благодарно затихала и даже засыпала, но скоро просыпалась и снова стонала и охала. Компрессы помогали ненадолго, поэтому их приходилось постоянно менять.

Блёстик-Коля притащил верёвочную лестницу. Закинув её наверх и зацепив одним концом за звёздочку, он стал ловко карабкаться, придерживая одной рукой оттопыренные карманы. Ему было очень стыдно, что он забыл пополнить запасы зеркального масла, и малыш торопился исправиться.

Маруся поморщилась и прикрыла нос рукой:

– Фу-фу-фу, как луком пахнет!

Мальчики озирались по сторонам, пытаясь выяснить, откуда этот запах, и тут на Вовку свалилась настоящая луковица. Ребята посмотрели вверх и увидели, как Блёстик-Коля, стоя на лестнице, доставал из кармана луковицы, сильно сжимал их в кулаке и подносил близко-близко то к одной, то к другой звёздочке. Глаза у звёздочек начинали слезиться, и Блёстик-Коля только успевал подставлять ведёрко.

Гриша с пониманием кивнул:

– Вон, оказывается, откуда берётся зеркальное масло.

Вовка предложил:

– Пока Блёстик-Коля будет наполнять ведёрко, давайте догоним Блёстик-Диму и узнаем, куда и зачем он повёз тележку с зеркальными осколками.

Прячась за оборванными, почти голыми кустами, ребята побежали в ту сторону, куда отправился Блёстик-Дима. За первым поворотом они увидели согнувшуюся фигуру. Колёса тележки то и дело застревали в густой траве, и Блёстик-Дима порядком измучился, с трудом толкая тележку перед собой.

Заметив ребят, он испуганно попятился, но не выпустил тележку из рук. Маруся ласково сказала:

– Не бойся, мы тебя не обидим. Давай отвезём твою тележку.

Блёстик-Дима отрицательно помотал головой:

– Нет, я сам, это моя обязанность.

– Не волнуйся, мы никому не скажем! Никто не узнает, что мы тебе помогали, – горячо заверили ребята БлёстикДиму, но зеркальный человечек упорно не соглашался.

И вдруг Вовку осенило:

– Хочешь я колесом пройдусь?

– Как это – колесом? – удивился Блёстик-Дима.

– А вот так! – воскликнул Вовка и так забавно выполнил упражнение, что все рассмеялись.

В глазах Блёстик-Димы появился интерес.

– А ещё так можешь?

– Конечно, могу! – с готовностью ответил Вовка и прошёлся колесом ещё раз.

Блёстик-Дима важно сказал:

– Я могу доверить тебе тележку. – И, передавая её Вовке, похвалил: – Ты молодец! Сильный и ловкий.

Вовка удивлённо взглянул на Блёстик-Диму:

– Ты меня испытывал?

Блёстик-Дима опустил глаза:

– Ага! А вдруг ты не справишься, и все осколки вывалятся на траву? Вы убежите. Что мне тогда делать?

Вовка недоумённо пожал плечами:

– Как ты мог так подумать? Во-первых, я намного сильнее тебя, а во-вторых, мы хотим тебе помочь.

В доказательство Вовка легко и быстро повёз нагруженную тележку. Блёстик-Дима поспешил за Вовкой, но заметно отстал. Он запыхался и, тяжело дыша, устало поплёлся вслед за ребятами, но никак не поспевал за ними. У Блёстик-Димы был такой утомлённый и несчастный вид, что Гриша подхватил его и посадил себе на плечи. Вовка поджидал друзей на стыке двух тропинок. Выяснив, по какой нужно идти, он спросил у Блёстик-Димы:

– Зачем кошки разрушают Зеркальную гору?

Блёстик-Дима охотно рассказал почти что сказочную историю:

– Мы живём в ладу с горой уже много поколений. Она приютила нас и одела в зеркальные одежды. Когда-то в гостях у горы побывала злая старуха Полина Прокопьевна. Она разжалобила её, сказала, мол, стареет и слабеет быстро. А наша Зеркальная гора очень добрая и отзывчивая. Она поверила старухе и подарила ей волшебное зеркало, которое силу возвращает. С тех пор злодейка постоянно посылает своих кошек разрушать гору: боится, что она подарит волшебное зеркало кому-нибудь ещё. Мы научились лечить гору, но, как только раны заживут, кошки снова изводят нас своим криком, от которого осыпается зеркальная поверхность. И гора опять тяжело болеет.