Попались, которые кусались! - Валерий Гусев

– Молодец! – похвалил его Рашид, когда работа закончилась. – У тебя какой собака? Большой или маленький? Держи подарок. – И он протянул Алешке прекрасный кусок печенки в целлофане. – Премия!

– А мы вас в парке видели, – вдруг сказал ему Алешка, принимая «премию». – Вечером. Так обрадовались. Скучились по вас.

Рашид сначала чуть смутился, а потом таинственно огляделся и шепнул:

– Я тебе такой тайна скажу. Никому сам не скажи. Началник узнает – Рашид без головы за руль сядет. Или турма ему будет.

– Я люблю тайны, – «простодушно» ответил Алешка.

– Который мясо остается, я его в парк отвожу. Там много собачек голодных. Рашид их немножко кормит. Кто еще их кормит?

– Молодец, Рашид. – Алешка протянул ему замурзанную руку.

Они расстались друзьями.

А когда фургон скрылся, Алешка отдал мне пакет с печенкой, сунул руку в карман и вытащил из него… ошейник. Знакомый…

Я глянул на его внутреннюю сторону. Так и есть: аккуратно фломастером написано «Лолли» и домашний телефон Лельки. Алешка взглянул на меня:

– В фургоне нашел, Дим. Молодец твой Рашид? – и грозно добавил: – Он у меня точно за руль без головы сядет. Или с головой в турму. Крадун!

Я не разделял Лешкиных подозрений в отношении Рашида. Вернее, сомневался. Рашид казался мне добродушным и простоватым парнем, не способным на такую гадость, как похищение собак. Ну зачем они ему нужны? Чтобы продать? Вряд ли. Покупают в основном щенят, взрослых собак берут редко. Да и не так это просто. Нужно ехать на «Птичку» и стоять там целый день, приманивая покупателей: «А вот прекрасный большой собака! Недорогой денги стоит!» Но у Рашида – работа, он не может целыми днями торчать на рынке.

Правда, папа рассказывал, что в Москве одно время действовала группа похитителей собак. Они что делали? Они приглядывались к породистой и дорогой собаке, узнавали адрес и телефон владельца, а потом собаку крали.

Расстроенный владелец искал своего любимца, давал всякие отчаянные объявления, обещал денежное вознаграждение и постепенно терял надежду. И тут раздавался телефонный звонок:

– Я по вашему объявлению. У вас ведь пропала собачка? Не нашлась еще?

– Нет! А вы что-нибудь знаете? Видели нашего Рекса?

– Да вот он, рядом со мной. Сегодня у метро его увидел. И домой к себе привел. У него белая грудка, так? И белые чулочки на передних лапках, так? А на ошейнике медные звездочки, так?

– Так! Так! – кричит теперь уже счастливый владелец. – Я сейчас приеду! Говорите адрес! – И он мчится, полный благодарности, с «вознаграждением».

Но это не тот случай. Ни за Лорда, ни за Лольку с Долькой никто вознаграждения не требовал. Лорд и Лолька вернулись домой сами.

Хотя, конечно, ошейник в фургончике наводил на подозрения. Так ведь Лолька могла его потерять в парке, а Рашид мог подобрать его.

Но ведь у него не спросишь. Можно таким вопросом его спугнуть, если он в самом деле «крадун», как говорит Алешка.

Да, тут бы нам папа мог помочь. Но он опять уехал в командировку.

Грета загрустила. Она и так редко его видела. К тому же относилась к папе по-особому. Ведь это он ввел ее в наш дом, где она стала полноправным… хотел сказать членом семьи, но точнее – хозяином.

Мама тоже немного загрустила. И они по вечерам грустили вместе. Мама садилась на тахту, Грета ложилась рядом и клала голову к ней на колени. И они вздыхали по очереди. И обменивались грустными взглядами.

А тут вдруг случилось еще одно происшествие. Ничего особенного, так, пустячок. Но нас оно почему-то еще больше насторожило. Особенно Алешку.

Идем мы из магазина, а навстречу нам студентка Таня со своим ротвейлером Джеком.

Все почему-то считают, что ротвейлер – это злобная и беспощадная собака. А Джек – совсем не такой, он ласковый, как теленок, и спокойный, как слон. И такой же здоровый. Я вообще считаю, что нет злобных или добрых пород. Если у собаки хозяин добрый человек, то даже самый свирепый пес тоже вырастет умным и добрым. Но вот если хозяин злой и глупый, то это совсем другое дело. Тогда даже из застенчивой болонки получается зеленый крокодил.

– А нас на соревнования пригласили! – похвалилась студентка Таня. – Меня и Джека.

– На какие соревнования? – удивились мы. – На футбол, что ли?

– На собачьи. Подходят сейчас в парке два симпатичных молодых человека… – У этой Тани все мужчины – молодые симпатичные человеки, даже пенсионеры. – Курносенькие такие, на боксеров похожие…

– На спортсменов или на собак? – уточнил Алешка.

– На собак, конечно… И говорят: какой у вас боевой и ладный песик. Не желаете в соревнованиях поучаствовать? А я, конечно, говорю: желаем. Приезжайте, говорят, за город, в какую-то там Кирилловку. Мы вас осмотрим, зарегистрируем. Можете, говорят, выиграть стиральную машину. Не слабо? Поедем в Кирилловку, Джек?

Джек, соглашаясь, повилял своей бесхвостой попой.

И мы бы с Алешкой об этом разговоре не вспомнили, если бы через пару дней снова не встретили студентку Таню.

Она была разочарована.

– Не взяли нас. Посмотрели они на Джека, подразнили его и говорят: нет, не допускаем вас до соревнований. Я как обиделась! Как с ними поругалась! А они говорят: у вашего песика нет шансов на стиральную машину. Он у вас очень добрый, у него нет бойцовских качеств. Представляешь, Дим?

«Ну и что особенного», – подумал я. Только вот было тут особенное. Но об этом мы узнали немного позже.