Бабочка на штанге - Владислав Крапивин

— Ты… очень годишься…

«Скорее уж я не гожусь. Потому что ты смелее, честнее, добрее…»

— И совсем ты не маленький, а такой же, как я… три года назад. Какая разница…

Икира опять глянул прямо. Локти дрогнули и затвердели.

— Тогда… значит «да»?

— Да.

— Тогда… давай?

— Давай. Помнишь слова?

Икира кивнул так, что спутанные локоны слетели на лицо, он рывком головы отбросил их. И снова глянул Марко в лицо.

Оба сказали разом:

Кровка-кровка,

Божья коровка,

Крылышки слепила,

Нас соединила…

Вот и всё. Был просто Икира, а теперь…

Марко крутнул Икиру, посадил рядом. Встряхнул. Но тот всё ещё был напружиненный и словно чего-то ждущий. Помусолил палец, потёр царапину на запястье. Быстро глянул сбоку:

— Я боялся… вдруг ты не захочешь…

— Зря боялся…

А что ещё сказать? И Марко спросил:

— Икира… а у тебя ещё с кем-нибудь есть кровка?

Тот удивлённо отодвинулся.

— Нет, конечно! С чего ты взял?

— Ну… я подумал: может со Слоном…

— Не-е… — выдохнул Икира. — Слон слишком взрослый.

— Ну и что? Разве со взрослым нельзя?

Икира опять потёр царапину.

— Слон хороший. Но он застеснялся бы говорить… про божью коровку. Сказал бы, но не всерьёз… А мы ведь всерьёз?

«А ты ведь всерьёз?» — стрункой прозвучал в нем вопрос.

— Само собой, — ответил Марко со спокойной твёрдостью. Как бы поставил точку в этом вопросе.

Но Икира пока не поставил:

— И потом ещё…

— Что? — Марко опять поёжился от беспокойства.

Очень вдумчиво Икира объяснил:

— Это ведь не со Слоном, а с тобой вчера я… Ты спасал человека, а я помогал…

— Мы вместе одинаково спасали… Хочешь молока? Ты, наверно, с вечера ничего не ел.

Икира приподнял коричневые плечики.

— Ну и что? Я почти никогда не ем…

— Как это никогда? Ты чего сочиняешь!

— Я не сочиняю. Мне хватает побегать под солнцем. От его лучей набирается сила…

— Икира! Это правда, или ты…

«Дурацкий вопрос! Он же никогда не врёт!»

— Конечно, правда. Я думал, это все знают…

— Я не знал…

— Я иногда сажусь за стол, жую чего-нибудь, чтобы маму не расстраивать. Но мне это не надо…

— А если зимой?

— Ну и что? Выскочу на двор без рубашки, поверчусь немного, мне хватает…

— Слушай, а ты случайно, не пришелец? Может, мама тебя нашла в зарослях? Помнишь кино про звёздного мальчика?

Икира засмеялся. Вдруг потянулся, откинулся, лёг на постель, вытянув ноги за спиной у Марко. Потом рассудительно сказал:

— Какой же я пришелец? Я наоборот… весь здешний. Вот как эти камушки… — он тронул свои бусы. — Или травка икира… Мне поэтому и умирать не страшно…

— Ты в своём уме?! — перепугано взвинтился Марко. — Зачем тебе умирать?!

Икира объяснил, глядя в потолок:

— Да ни за чем. Просто иногда думается про такое… Ну, про это ведь все думают. Некоторые боятся… А я не боюсь, потому что всегда останусь кусочком этой земли. Она во мне, я в ней…

«Он где нашёл такие слова?.. Господи, спаси и сохрани его!..»

Марко жалобно спросил:

— А можно я дам тебе по макушке?

— Не-а! — развеселился Икира. — Кровку нельзя обижать.

— Я не для обиды, а чтобы выбить дурацкие мысли…

— Вовсе не дурацкие… Марко, а знаешь, что для меня полезнее всего? Даже полезнее солнца?

— Что? — спросил Марко. Всё ещё сумрачно.

— Нитка от змея. Когда его запускают на горе и дают подержать нитку, я чувствую её дрожание. И от него, как от лучей… во мне…

— Будто струнки звучат в ответ? — осторожно спросил Марко.

— Да! — Икира приподнялся на локтях.

«Ты сам — струнка…» Марко даже перед собой застеснялся этой шевельнувшейся в нем ласковости. И деловито сообщил:

— Надо собираться. На диктант…

Он снял с крючка у двери свои видавшие виды штаны. Хорошо, что на них ни одного бурого пятнышка. Но зато сколько пыли и ракушечной крошки… Марко вышел на травку, отхлопал штаны валявшимся у дверей веником, прыгнул в них, нащупал в кармане медаль. «Джольчик, ты со мной всегда, не найдёт меня беда…» Он пощурился на солнце, вдохнул запахи южного края и вернулся к Икире.

Икира спал, отвернувшись к стене и подтянув к подбородку колени. На коричневом лаке плеча горел солнечный зайчик.

Надо было чем-то накрыть Икиру. Но чем? Потянешь из-под него одеяло — разбудишь. Ладно, всё равно он зябкости не ощущает. И Марко накрыл Икиру мысленно. Большим флагом Свода сигналов — синим с белым прямоугольником посредине. У приморских ребят он считается флагом удачи, потому что обещает скорый выход в море.