Старые долги - Фредди Ромм

– Должна же была та Женя, о которой мне рассказала Люба, всплыть где-то. Вряд ли осталась в Москве, где её ищет вся милиция. А к Парижу наши криминальные авторитеты испытывают не меньше симпатии, чем я.

Дмитрий присвистнул:

– Да… Вот это подарок Андрею и Любе…

Рядом затормозила полицейская машина, из неё вылез Жак. При виде происходящего покачал головой:

– Надя, тебе охота рисковать?

– Скажи это моему мужу.

– А что случилось?

– Их обоих попытались похитить. Хорошо, что я, ревнивая психопатка, в окно смотрела. Как увидела, что мой благоверный чёрт знает с кем любезничает…

– Почему вы позволяете ей оскорблять меня? – сквозь слёзы выкрикнула Женя, на которую коллега Жака в этот момент надевал наручники. – Богатым всё можно, да?

– Богатые тоже платят, – наставительно перефразировала Надя название известного сериала. – А откуда вы, девушка, знаете, какое у меня состояние? Или я задаю риторический вопрос?

– Надя, поедешь с нами в участок? – поинтересовался Жак, явно стараясь успокоить разгневанную львицу.

– Все поедем! – решительно заявила Надя. – Господа Кольцовы потом закончат зарядку.

Дмитрий сочувственно посмотрел на брата: уж если такое Надя выдаёт на улице, то что будет дома?!

– Машину этой дамочки заберёте? – обратился к Жаку Виктор, пытаясь как-то отвлечь внимание жены.

– А надо? Эвакуатор же есть. Только вот это возьмём, – полицейский забрал с переднего сиденья машины бежевую сумочку. – Садись, поехали!

Всю дорогу до полицейского участка Кольцовы угрюмо молчали. Все трое. Уже когда выходили из машины, Надя вдруг обратилась к Жене:

– Вы рассчитывали получить за них выкуп?

– Я? Нет… Что вы…

– Тогда зачем они вам понадобились? Может, изнасиловать хотели?

– Надя! – укоризненно заикнулся было Виктор, но встретил такой гневный взгляд, что сразу проглотил язык. Жак не выдержал:

– Надя, извини, но всему есть предел!

– Ладно… Это ты извини. Что-то я раскочегарилась с утра пораньше.

Они зашли в кабинет Жака.

– Ну-с, сначала женщины! – деловито потёр он руки. – Вы, сударь, – обратился к пленнику, – подождите в коридоре. Может, врач подоспеет.

Один из полицейских коротко кивнул и вывел арестанта.

– Итак, мадмуазель, вас зовут Евгения? Я правильно понял?

– Да, – с трудом ответила девушка, безуспешно пытавшаяся сдержать слёзы.

– Где ваши документы – здесь? – Жак указал на захваченную сумочку.

– Да.

Инспектор кивнул и извлёк из сумочки паспорт.

– Смолянская Евгения?

Пленница грустно кивнула.

– Вашу дочь зовут Натали?

– Да…

Жак обменялся выразительным взглядом с гостями.

– Признаться, когда мои московские друзья рассказали про знакомство с вами, я подумал, что ваша дочь – выдумка. Она действительно больна?

– Что вы, не дай Бог!

– Разделяю ваши чувства. Но зачем же так цинично использовать своего ребёнка?

– Наташа ничего об этом не знает! – жалобно воскликнула мать.

Жак осуждающе покачал головой.

– Расскажите о том человеке, который задержан вместе с вами.

Женщина замялась.

– Я видела его сегодня в первый раз…

– Подробнее об этом, пожалуйста! – ядовито заметила Надя. – Как произошло ваше знакомство?

– Я обязана отвечать на вопросы этой женщины? – живо вскинулась Евгения, пристально глядя на полицейского.

– Да. Считайте их моими.

– Я ведь имею право отказаться от дачи показаний?

– Разумеется, но тогда, основываясь на обстоятельствах дела, мы будем вынуждены считать, что инициатива похищения господ Кольцовых исходила от вас. Полагаю, ваш спутник ничего против этого иметь не будет. Вероятно, он подтвердит, что познакомился с вами сегодня, и скажет, что участвовать в похищении попросили его вы. Допустим – заплатили.

– У меня нет денег! – ахнула Евгения.

– Заплатить можно не только деньгами, – ехидно отозвалась Надя, пользуясь моментом, чтобы растоптать предполагаемую соперницу.

– Всё было не так! – взвизгнула Евгения. На глазах её выступили слёзы.

– Или так – и тогда вас ожидает продолжительный срок заключения, – или вы нам немедленно рассказываете, как всё было, – пожал плечами Жак.

– Можно мне подумать?

– Возражаю! – решительно воскликнула Надя. – Подумать госпожа Евгения может и в камере, а до тех пор считаю нужным записать в протоколе, что она отказалась от дачи показаний!

– Вы бессердечны! Вы готовы погубить мою дочку!

Все мужчины в комнате издали недовольное гудение.

– О своей дочке следовало подумать, когда вы решили заняться преступным бизнесом, – сурово возразил Жак.

– Вы на меня давите!

– На войне как на войне, мадам.

– Могу я встретиться с адвокатом?

– Разумеется! Но мы не обязаны ждать, а потому до тех пор допросим вашего сообщника. И если его показания окажутся невыгодны для вас…

– Хорошо, – упавшим голосом выговорила Евгения, чуть не плача. – Я всё расскажу.

– Вот и отлично. Как зовут вашего сообщника?

– Я знаю его по имени. Матвей.

– Как вы познакомились с ним?

– Нас познакомили. Сегодня утром, я сказала правду.

– Кто познакомил?

– Мне поступило сообщение по электронной почте – что придёт Матвей…

– И вы так просто впустили в дом незнакомого человека?

– Не в дом. Нам обоим была назначена встреча у Триумфальной Арки. Мне описали Матвея.

– Кто прислал это сообщение?

– Можно мне об этом не рассказывать?

– Сожалею, мне придётся расценить это как отказ от дачи показаний.

– Семён, – с трудом произнесла Евгения, давясь слезами. – Вы же меня защитите от него?

– А что, он вам угрожает?

– Меня убьют за то, что я его выдала.

– Не убьют! – великодушно заявила Надя. – Вы не представляете, Евгения, сколько людей давали нам показания, как вы, и все живы-здоровы. Многие даже остались на свободе. Возможно, это ваш шанс.

– Так кто такой этот Семён? – неумолимо продолжал Жак.

– Не знаю. Он живёт в Москве. Отдаёт распоряжения по мобильному телефону или электронной почте и платит деньги.