Никто не заплачет - Полина Дашкова

– Ой, Верочка… А ты как себя чувствуешь? Ты ведь ушла беззонтика… Нет, я тебе не буду задавать вопросов, ты не бойся, я все понимаю. Тысейчас с Курбатовым?

– Да.

– Он не похож на бандита?

– Совсем нет. Он пригласил меня в кафе или в ресторан. Унего тоже горе, брата убили… Нет, на бандита он совсем не похож.

– Ты не волнуйся, езжай с ним, тебе надо отвлечься. А яполежу, почитаю. Потом будет «Сто дней после детства» по ТВ-6, я давно хотелапосмотреть. В общем, со мной все нормально.

«Господи, ну почему ребенок понимает меня лучше, чем любойвзрослый? подумала Вера. – Сколько вопросов сейчас задала бы мне мама? О Федореи говорить нечего… А Стас?..»

Она поймала себя на том, что думает о Стасе как о живом. Иеще долго не сумеет осознать, что его нет больше.

– Ну как? – спросил Антон, когда она вернулась в машину.

– Все нормально. Можно ехать. А вы знаете куда?

– Есть одно хорошее место, совсем недалеко, на Садовомкольце, у Бронной. Там тихо и всегда мало народу.

– У меня не совсем ресторанный вид. Я вряд ли успеювысохнуть по дороге, заметила Вера.

– Я включу печку. Пойдет теплый воздух. Главное, чтобы вы непростудились.

«Главное, чтобы я не заплакала», – подумала Вера и тут жезаплакала. Слезы полились сами собой, она не могла остановиться.

Антон заглушил мотор и повернулся к ней.

– Что с вами, Верочка?

– У вас убили брата, – проговорила она сквозь слезы, – а уменя… у меня погиб самый… погиб человек, которого я любила пятнадцать лет… итак нелепо, грубо… пьяная жена зарезала из-за квартиры. Простите меня,наверное, не надо нам никуда ехать. Я думала, сдержусь, но не получается.

– А вы не сдерживайтесь, – тихо сказал Антон и осторожнопогладил ее по мокрым волосам, – вы поплачьте, не стесняйтесь. Знаете, моямама, когда узнала про Дениску, совсем не могла плакать. До сих пор не может.От этого ей еще хуже.

– Пятнадцать лет, – всхлипнула Вера, – все было так сложно…А недавно другой человек сделал мне предложение, я согласилась… Ой, простите,это вовсе не интересно. У вас свои проблемы.

– Верочка, вы расскажите, вам ведь надо выговориться.

Вера вытерла слезы и посмотрела на Антона долгим,внимательным взглядом.

– Вы хороший человек, спасибо вам. Я должна васпредупредить. Наверное, это важно. Про вашу бывшую фирму ходят странные слухи,будто вы торговали живым товаром, вывозили девушек за границу и продавали впубличные дома.

– Это замечательно, – усмехнулся Антон, – а вы не могли быхоть немного конкретней? Кто вам сказал эту гадость?

– Один мой знакомый… Он очень вспыльчивый и мнительныйчеловек, его младшая сестра попала в какую-то скверную историю, знаете, сейчасмного объявлений: работа за границей, приглашаются девушки… Вот, мой знакомыйтеперь ищет виноватых. Он решил, будто фирма «Стар-Сервис» продала его сестру.Он знает вашу фамилию.

– А кто вам этот человек? Вы давно с ним знакомы? – тихоспросил Антон. Если можно, расскажите мне о нем.

– Он работает охранником в какой-то фирме. В какой, не знаю.Мы познакомились недавно и совершенно случайно.

– Как именно?

– У меня собака, ирландский сеттер. Он потерялся, – началаВера.

Она чувствовала: ей действительно надо выговориться,посмотреть на все посторонними глазами. Ни с кем, кроме Сони, она не моглаобсуждать эту историю. А Соня все-таки ребенок.

Дождь кончился. Вдали, где-то у краснопресненской высотки,стояла бледная радуга. Вера не заметила, как они подъехали к маленькомуресторану. Она говорила, и ей становилось легче. Она не упустила ни однойважной детали. А главное, произнесла вслух то, что не давало ей покоя:

– Стас спросил у него, не встречались ли они раньше. У Стасаплохая память на лица, однако, если он запомнил и узнал кого-то, значит, этоважно для него. Но Федор сказал: «Нет». Категорически. Из квартиры они вышливместе. Так получилось, мне надо было остаться одной, и я попросила их уйти. Аночью Стаса убила его жена… Знаете, он то и дело женился, разводился, это сталодля него чем-то вроде спорта. Но, честно говоря, мне сложно представить, чтобыон женился на сумасшедшей алкоголичке, которая его зарежет.

Они уже сидели за столиком. В маленьком подвальномресторане, кроме них, не было ни одного посетителя.

– Что будем заказывать? – спросил высокий полный официант вкожаном жилете и смешных кожаных штанишках до колен.

Антон вопросительно взглянул на Веру. Она даже не открывалалежавшее перед ней меню.

– Знаете, мне, оказывается, совсем не хочется есть, –виновато призналась она. – Что-нибудь легкое. И кофе, покрепче.

– Хорошо, давайте два салата из крабов, два жульена сгрибами, кофе-экспрессо, апельсиновый сок… Верочка, я за рулем, мне питьнельзя, а вам не мешало бы сейчас.

– Да, пожалуй.

Антон заказал для нее пятьдесят граммов коньяку. Когдаофициант ушел. Вера произнесла совсем тихо:

– Мне так не хочется думать о нем плохо. И, в общем, досегодняшнего утра, не было никаких серьезных оснований.

– Вы стали подозревать его в чем-то только сегодня утром? –быстро спросил Антон.

– Сейчас я понимаю, что раньше. С самого начала. Но смешноведь подозревать злой умысел только потому, что человек слишком уж хороший.Знаете, есть такая песенка: «Чтоб не пил, не курил и цветы всегда дарил». Нежених, а мечта. И так приятно думать, что ты заслужила, дождалась, ты такаякрасивая, замечательная, ты достойна, чтобы тебя носили на руках. Очень труднорасставаться с этой иллюзией. Нет, я не думаю, что он убил Стаса. Это бред. Изревности, что ли? Просто Соня, когда я позвонила домой, сказала одну фразу: небойся, он за тобой не следит. И я вдруг поняла, что не исключаю такуювозможность. Он ведь требовал, чтобы я назначила вам встречу. Вы зачем-то нужныему. Он сказал, что на встречу мы пойдем вместе. Возможно, ему вообще нужны вы,а не я. Вы и ваши факсы.

– Я должен на него посмотреть, – задумчиво произнес Антон.

– А вы уверены, что он не знает вас в лицо? Ведь имя емуизвестно.

– Не уверен. Надо что-то придумать… Какой-нибудь маскарад.Вы можете вызвать электрика или сантехника?

– Нет, – Вера усмехнулась, – он сам все починил в доме. Все,до последнего штепселя, исправно.