Тот, кто знает. Том 1. Опасные вопросы - Александра Маринина

- Я задал вопрос, - едва слышно произнес он. - И хотелбы получить на него ответ.

Ира стояла неподвижно и молчала. Она не отстранилась, но ине придвинулась к нему. При красном свете ее кожа отливала бронзой, и вся онаказалась Руслану в этот момент не живой теплой девушкой, а статуей израскаленного металла. Наконец она подняла руку, и Руслану почудилось, чтосейчас Ира коснется его лица или даже обнимет. Но она всего лишь поправилаволосы.

- Не сердись, Руслан. Я такая дура… - наконец выдавилаИра.

- Почему?

- Не знаю. Родилась такой, наверное. Даже Наташкиновоспитание меня не исправило.

- Я не об этом.

- Я понимаю. Давай выйдем в комнату, здесь душно.

Руслан повесил сушиться последний снимок, включил свет иоткрыл дверь каморки. Ира вышла понурая, опустив плечи, снова села в кресло, нона этот раз устроилась на самом краешке, подтянув к себе колени. Русланрасположился на диване и молча ждал объяснений. Странная все-таки девица этавоспитанница Вороновой.

- Понимаешь, я всегда сначала делаю, а потом думаю…Наташка ужасно ругается, каждый раз объясняет мне, что сначала нужно думать, апотом делать, а я все равно… Сначала бросаюсь очертя голову, влипаю в дурацкуюситуацию, потом расхлебываю. Вот честное слово, Руслан, я сейчас думаю и непонимаю, зачем напросилась ехать с тобой. Ну зачем, а?

- От скуки, наверное, - предположил Руслан. - НатальяАлександровна дает интервью, разговаривает с журналисткой, а тебе занятьсянечем. Вот и рванула за первым попавшимся человеком, только чтобы не сидетьодной и не молчать. Годится такое объяснение?

Ира благодарно улыбнулась, ее поза стала менее напряженной.

- Хорошо, что ты меня понимаешь.

- А Наталья Александровна? Разве она этого не понимает?Это же просто.

- Понимает. Но она считает, что это неправильно. Онасчитает, что интеллектуально развитому человеку никогда не бывает скучнонаедине с собой. А мне скучно. Значит, я дура. За тобой увязалась, работатьтебе мешаю и вообще… Ты меня осуждаешь?

- Да глупости, Ира, с чего мне тебя осуждать? Простомне хотелось понять, почему ты поехала ко мне домой. Интересно, а в какиедурацкие ситуации ты попадала из-за своей любви к поспешным решениям?

- И ничего это не интересно, - снова совсем по-детскиогрызнулась девушка. - Буду я еще тебе рассказывать!

- А почему бы не рассказать? Все равно нам нужно ждать,пока снимки высохнут. Не сидеть же молча. Хочешь, я чаю сделаю?

- Не хочу.

- А кофе?

- Ничего я не хочу. Мне так стыдно…

- Ой, господи, да чего ты стыдишься-то? Вот дурочка!

- Вот именно, дурочка. Я тебя обнадежила. Думаешь, я невидела, какими глазами ты на меня смотрел еще там, в аэропорту? Я все видела, ипонимала, что если напрошусь с тобой уйти, ты подумаешь… А я совсем несобиралась ничего такого… ну, ты понимаешь. В общем, я с самого начала знала,что в постель с тобой не лягу, и видела, что ты этого хочешь, и все равнопоехала. Хорошо, что ты нормальный оказался в этом смысле, приставать не стал.

- Да я и во всех смыслах нормальный, - улыбнулсяРуслан, в душе кляня себя за недавние глупые, как оказалось, надежды. - Такчто, ты именно такие ситуации имела в виду, когда говорила, что постоянновлипаешь?

- И такие тоже.

- И как, обходилось?

- По-разному, когда обходилось, когда нет. Я даже подури замуж вышла, представляешь?

- Замуж? - Руслан ушам своим не поверил.

- А что такого? Что я, по-твоему, замуж выйти не могу?Правда, развелась через три месяца.

- Ну ты даешь! Про это-то можешь рассказать?

- А чего там рассказывать… Ну, короче, я замуж еще вдевятом классе собралась. У меня парень был, клевый такой, из десятого класса,мы с ним вместе с Ксюшкой гуляли, в колясочке ее возили, и так мне это делопонравилось, что я решила: как только школу закончу, так сразу замуж выйду иребеночка рожу. Наташка мне тогда скандал устроила, мол, куда мне о ребенкедумать, я сама о себе позаботиться не могу, но я же упрямая, как не знаю кто. СВолодькой я, правда, потом поссорилась, а в девятнадцать лет у меня другойпарень был, водитель в каком-то совместном предприятии. Он мне казался таким…ну, я не знаю, как сказать… в общем, у него деньги были, и хата своя, и тачка,и прикид… Наташка тогда очень боялась, говорила, что все эти совместныепредприятия ходят под криминалом, делят чего-то там, не то собственность, не тотерритории, короче, я не поняла толком. Наташка все меня уговаривала егобросить, и в один момент я так на нее рассердилась, что она мне нормально житьне дает! Пошла к этому парню и говорю: замуж предлагал? Пошли. И ведь чтоинтересно, я замуж-то за него совсем не хотела, он со мной обращался как споследней… ну, ты понимаешь, с кем. Хамил, исчезал на несколько недель безпредупреждения, потом появлялся как ни в чем ни бывало и требовал, чтобы янемедленно ехала с ним на какую-то пьянку или просто приезжала к нему домой,потому что ему приспичило. Даже бил меня. В общем, замуж за него я и несобиралась, мне просто нравилось, что машина, деньги и все прочее, чего непопользоваться-то, пока есть возможность? То есть я в принципе замуж оченьхотела, только не за него. А тут, как Наташка на меня наорала в очередной раз,так мне будто шлея под хвост попала, и я сама его в ЗАГС потащила. Наташке,конечно, не сказала, просто потом перед фактом поставила, паспорт со штампомпод нос сунула. Переехала к нему, а через три месяца вернулась домой. Вот и всяистория.

- Забавно, - протянул Руслан. - А кто такая Ксюша?

Ира вздрогнула, как от удара. Глаза ее сделалисьиспуганными, щеки мгновенно покрылись пунцовым румянцем.

- К-какая Ксюша? - чуть запинаясь спросила она.

- Ксюша, с которой ты гуляла в девятом классе, когдавстречалась с мальчиком из десятого. Кто она?

- Она? Она.. ну, это… Наташина дочка.

Дочка Вороновой? Но ведь Ира все время говорила о мальчиках.Даже имена их называла, Саша и Алеша, одному сейчас одиннадцать лет, другому -десять. Ире двадцать один год, если не врет, конечно, значит, в девятом классеона должна была учиться в восемьдесят пятом-восемьдесят шестом. Колясочкувозила… Значит, девочка была тогда совсем маленькой. Что-то она ни разу неупоминала, чтобы у Вороновой была еще девочка лет шести.

- И что с ней случилось? - осторожно спросил Руслан.

- Она… она умерла.

По лицу Иры потекли слезы, красивое лицо одновременно какбудто сморщилось и опухло. Руслан почувствовал себя виноватым. Ну чего он всамом деле к девчонке прицепился со своими вопросами. Вынудил вспоминать огоре, теперь вот Ира плачет. Наверное, она очень любила эту маленькую Ксюшу.