Тот, кто знает. Том 1. Опасные вопросы - Александра Маринина

- Два варианта. Можно проявлять пленки и печататьфотографии в редакции, а можно у меня дома. Ты какой вариант предпочитаешь?

- Я предпочитаю дома, если у тебя там нет жены илиподружки. Прямолинейная девица, ничего не скажешь. Сразу домой просится.

Неужели ей в Москве мужиков не хватает, ведь такаякрасавица! Или Воронова и впрямь держит ее на коротком поводке и шагу в сторонуступить не дает, вот девчонка и отрывается "на выезде" с такимипартнерами, про которых ничего плохого Воронова подумать не может и спокойноотпускает бесшабашную сестричку. Ну ладно, посмотрим…

- Жены пока нет, не обзавелся, а с подружкой вроде насегодня не договаривался, - сказал он. - Так как, домой или, может, все-таки вредакцию?

- Домой, - твердо ответила Ира. - Терпеть не могуофициальную обстановку.

- Тогда нам вот на этот троллейбус. Побежали!

Троллейбус оказался переполнен, час "пик", шестьвечера, народ возвращается с работы. Они стояли, тесно прижавшись друг к другу,и Руслан ощущал запах ее духов, сладкий и тяжелый. Пожалуй, для ее возрастаслишком тяжелый, хотя к внешности вполне подходит, девица-то и сама не пушинка,рослая, крупная, яркая, с пышной грудью и налитыми бедрами, туго обтянутымиузкими брючками. Хороша, одним словом.

- Кстати, сколько тебе лет? - спросил он, продолжаядумать о ее духах.

- Это совсем не "кстати", но двадцать один. Атебе?

- Представь себе, тоже двадцать один.

Троллейбус тряхнуло на очередной колдобине, Ира не удержаларавновесие и толкнула стоящую рядом пожилую женщину.

- Девушка! - недовольно заголосила та, отпихивая Ирудвумя руками. - Держаться нужно! Вы меня чуть не раздавили!

- Ну да, вас раздавишь, как же, - вполголосапробормотала Ира. Руслан укоризненно покачал головой. Она еще и огрызается! Нуи характерец…

- Возьмись за поручень, - посоветовал он, - у нас тутвыбоины на каждом метре, все время трясет.

До вертикального поручня ей было не дотянуться, и Ирепришлось поднять руку и уцепиться за верхний горизонтальный поручень. Случайнобросив взгляд на ее запястье, Руслан увидел, что рукав пиджака съехал к локтю иобнажился четкий шрам, довольно старый, но хорошо заметный.

- Что это у тебя? - спросил он, глазами показывая на ееруку.

- А, ерунда, в аварию попала. Сто лет назад, - беспечноответила Ира, но Руслан увидел, что вопрос ей не понравился.

- Вот здесь я и живу.

Он пропустил Иру в дверь и дал ей возможность обозретьубогое жилище. Узкий диванчик, стол, одновременно рабочий и обеденный, тристула и одно старое продавленное кресло. Все остальное пространство занималикниги и альбомы, часть - на подвесных полках, часть - стопками на полу вдольстен.

- Удобства и кухня - общие, в конце коридора. Зато естькладовка, которую я оборудовал под фотолабораторию. Что молчишь? Не ожидала,что я так бедно живу?

- Ой, да ладно, - протянула Ира, плюхаясь в кресло ивытягивая ноги, - можно подумать, я в Москве в хоромах живу. Между прочим, мы сНаташей живем в коммуналке. У нас там тоже удобства и кухня общие.

Руслан не поверил. Где это видано, чтобы известныйкинорежиссер, депутат парламента, жил в коммунальной квартире? Вранье.

Вероятно, скепсис был явственно виден на его лице, потомучто Ира продолжила:

- Раньше там много народу жило, четыре семьи, потомкак-то рассосались. Кто отдельную квартиру получил, кто за границу свалил, ктоумер. Теперь остались только я, Бэлла Львовна и Наташка с мужем и детьми. Нашесть человек четыре комнаты. Шикарно живем!

- А твои родители?

- Нету, - Ира картинно развела руками. - Папанюпосадили, после чего его и след простыл, я тогда совсем маленькая была. Потоммама под машину попала. Одна бабка оставалась, и та в восемьдесят восьмомпреставилась. Меня Наташка воспитывала с самого детства, поэтому я и говорю,что я ей как сестра, хотя на самом деле мы просто соседи по коммуналке. Слушай,а эта твоя… как ее… Лена, да?

- Лена, - подтвердил Руслан.

- Она фильм-то Наташкин видела? А то Наташка знаешькакая? Если журналист начинает спрашивать про то, чего не видел, она прямобешеная делается.

- Не волнуйся, видела она фильм, она как раз в Москвебыла во время премьеры. А что, Наталья Александровна по жизни такая строгая илипросто журналистов не любит?

- Да ты что, если бы ты видел, как она со мнойобращается, ты бы спросил, за что она обожает журналистов, - засмеялась Ира. -Урядник в юбке. Жизнь по расписанию, шаг вправо шаг влево считается побег. Какв тюрьме. А если ты имеешь в виду ее требование предварительно посмотретьпубликации и фотографии, так у Наташки есть для этого основания, можешь мнеповерить. Когда ее первый фильм вышел, два года назад, тоже журналистынабежали, интервью нахватали, и тексты, между прочим, на согласованиепривозили, все как надо. А потом в некоторых газетах такое появилось - хотьстой, хоть падай. Ей ведь что важно? Чтобы ее не использовали как декорацию. Ато есть такие журналисты, для которых герой материала - это просто декорация,на фоне которой он может всему миру продемонстрировать, какой он умный иязвительный и какое у него замечательное чувство юмора. Наташка этого не любит.Она всегда говорит, что человек должен подниматься за счет собственного труда,а не за счет чужих неудач. А ты чего стоишь, как на выставке?

Руслан действительно стоял напротив сидящей в кресле девушкии с интересом рассматривал ее.

- А что я должен делать?

- Ты же хотел пленку проявлять и фотографии печатать.Вот и займись.

- А ты что будешь делать? Может, поесть приготовишь?

- На общей кухне? Еще чего! Я лучше тебе помогу.

- Да мне, в общем-то, помощники не нужны, я как-то сампривык справляться, - заметил Руслан, вытаскивая из кофра отснятую пленку.

- Ну я рядом постою, поболтаем о чем-нибудь.

- А потом что?

- А потом повезем фотографии в ресторан, где Наташкаужинает.

- А потом?

- Не знаю, - она пожала плечами, - наверное, я с нейостанусь, пожрать-то надо. А потом в гостиницу и баиньки.

Руслан окончательно перестал понимать эту бойкую красотку.Для чего она попросилась поехать с ним? Для чего притащилась к нему домой?Чтобы посмотреть, как он будет проявлять пленку? Бред какой-то… Но для чего-тоже она затеяла все это. Хорошо бы разобраться.

- Ира, а почему Наталья Александровна разговаривает,как военный?

- спросил он, когда процесс проявки пленки завершился иони вдвоем стояли в тесной, освещенной красной лампочкой, каморке, где Русланпечатал фотографии.