Семья Корлеоне - Эди Фалько

— Иди сюда! — продолжал Клеменца, внезапно развеселившись. — Садись! — Он отодвинул от столика стул. — Взгляни вот на это! — Сняв крышку с серебряного подноса, стоящего посреди столика, он показал зажаренную голову ягненка, рассеченную надвое, с раскрытыми молочно-белыми глазами.

— Capozell’, — сказал Дженко. — Анджело готовит лучшие в городе.

— Capozell’ d’angell’, — мрачным тоном произнес Фрэнки, словно разговаривая сам с собой. — Мой брат в Катании, он готовит это, — слегка улыбнулся он. — Он любит мозги.

— О! Я тоже это люблю, мозги! — рассмеялся Клеменца. — Садись! — Он хлопнул по стулу. — Mangia!

— Естественно, — ответил Фрэнки. Приветственно похлопав Клеменцу по плечу, он сел за столик.

— Анджело! — обернувшись к кухне, окликнул Клеменца. — Принеси еще одну тарелку! Mangia! — повторил он, обращаясь к Фрэнки.

Взяв с соседнего столика бокал, Дженко налил в него кьянти.

— Нам нужно поговорить о деле, — сказал Фрэнки.

— Не сейчас, — остановил его Клеменца. — Ты сработал отлично. Мы поговорим о деле, но потом, вместе с Вито, — добавил он, стиснув Фрэнки запястье. — А сейчас мы будем ужинать.

— Если прищуриться, — сказала Сандра, — возникает такое ощущение, будто мы летим.

Прислонившись к двери машины, она смотрела на проносящиеся за окном верхние этажи жилых зданий. Большинство окон были ярко освещены, иногда в них мелькали люди в своих повседневных заботах, не обращающие внимания на протекающий мимо них поток машин.

Сонни ехал из города по Вест-Сайдскому шоссе и собирался свернуть в Бронкс, на Артур-авеню.

— Раньше Артур-авеню называли «авеню смерти», — объяснил он, — прежде чем ее подняли на эстакаду. Пока машины ездили внизу, вместе с поездами, они постоянно сталкивались, поезда и машины.

Похоже, Сандра его не слушала.

— Сонни, сегодня я не хочу слушать про столкновения, — наконец сказала она. — Этот вечер похож на сон.

Прищурившись, она снова уставилась в окно на крыши домов на фоне неба. Когда Сонни свернул с эстакады и спустился вниз, Сандра выпрямилась, придвинулась к нему и положила голову ему на плечо.

— Я тебя люблю, Сонни, — прошептала она. — Я так счастлива!

Включив вторую передачу, Сонни обнял Сандру за плечо. Та прильнула к нему, и он свернул к тротуару, заглушил двигатель и заключил ее в объятия, страстно целуя и впервые позволяя своим рукам исследовать ее тело. Сонни прикоснулся к ее груди, а Сандра не отстранила его, а наоборот, заурчала словно кошка, запуская руки ему в волосы. Тогда Сонни сам оторвался от нее и завел двигатель «Паккарда».

— В чем дело? — удивилась Сандра. — Сонни…

Сонни ничего не ответил. Он скорчил лицо, показывая, что не может подобрать нужных слов, и свернул на Тремонт-авеню, где едва не врезался в зад телеге.

— Я что-то сделала не так? — спросила Сандра. Сложив руки на коленях, она уставилась вперед в ветровое стекло, словно опасаясь взглянуть на Сонни, опасаясь услышать то, что он может сказать.

— Ты тут ни при чем, — успокоил ее Сонни. — Ты очаровательная, — добавил он, сбрасывая скорость до черепашьей и тащась следом за телегой с мусором. — Просто я хочу, чтобы все было как надо, — сказал он, поворачиваясь к Сандре. — Поскольку это особенный случай, все должно быть именно так.

— О… — пробормотала Сандра, одним этим слогом выражая бесконечное разочарование.

— Когда мы поженимся, — продолжал Сонни, — у нас будет медовый месяц. Можно будет куда-нибудь отправиться, например на Ниагарский водопад. — Он снова повернулся к Сандре. — Мы сделаем все так, как должно быть, когда люди женятся. — Он помолчал, затем рассмеялся.

— Над чем ты смеешься?

— Над собой, — сквозь смех произнес Сонни. — Мне кажется, я схожу с ума.

Сандра снова прильнула к нему, беря его под руку.

— Ты уже сказал своим родителям?

— Еще нет. — Он быстро чмокнул ее в губы. — Я хотел быть уверен в том, что ты согласишься.

— Ты же знал, что я соглашусь, — улыбнулась Сандра. — Я от тебя без ума.

— Это еще что такое? — вдруг недоуменно воскликнул Сонни.

Они только что свернули на улицу, где жила Сандра, и первым, что увидел Сонни, был здоровенный «Эссекс» его отца перед ее домом.

— В чем дело? — Сандра посмотрела на свой дом, затем подняла взгляд на окно в квартире бабушки.

— Это машина моего отца, — объяснил Сонни.

Он остановился у тротуара, прямо перед «Эссексом», и выскочил из машины. В этот же самый момент из «Эссекса» вышел Клеменца, а следом за ним — Тессио. Сидящий за рулем Ричи Гатто приветственно помахал Сонни рукой. Рядом с ним сидел Эл Хэтс, скрестив руки на груди, в низко надвинутом на лоб черном котелке.

— Что происходит? — вспыхнув, спросил Сонни.

— Успокойся, — сказал Клеменца, похлопав мясистой лапой его по плечу.

Стоящий рядом с ним Тессио сказал:

— Все в порядке, Сонни.

— В таком случае что вы здесь делаете?

— А ты, должно быть, Сандра. — Обойдя вокруг Сонни, Клеменца протянул девушке руку.

Та замялась, оглянулась на Сонни, и только после того как тот кивнул, пожала Клеменце руку.

— Мы собираемся похитить Сонни у тебя, — продолжал Клеменца. — Он все тебе объяснит завтра.

— Che cazzo! — Сонни шагнул было к Клеменце, но Тессио остановил его, схватив за плечо и увлекая к себе.

— Все в порядке, милая, — свойственным ему угрюмым тоном, каким говорят на похоронах, сказал Тессио, обращаясь к Сандре.

— Сантино?.. — испуганно пробормотала девушка, превращая имя Сонни в вопрос.

Сонни высвободился из рук Тессио.

— Я провожу ее до двери, — сказал он Клеменце. По дороге к крыльцу он сказал Сандре: — Это близкие друзья моей семьи. Наверное, возникли какие-то проблемы, — добавил он. — Как только я узнаю, я все тебе объясню.

У двери Сандра остановилась и спросила:

— Сонни, правда, все в порядке?

И эти слова прозвучали не столько как вопрос, сколько как мольба.

— Да, конечно! — Сонни поцеловал девушку в щеку. — Речь идет о нашем семейном бизнесе. — Он открыл дверь, пропуская Сандру. — Беспокоиться не о чем.

— Точно? — Сандра оглянулась на Клеменцу и Тессио, стоявших по обе стороны от большого «Эссекса», словно часовые.

— Ну разумеется! — убежденно произнес Сонни, подталкивая Сандру к двери. — Я все тебе объясню завтра, обещаю.

Быстро чмокнув ее в губы, он закрыл за ней дверь и сбежал с крыльца. Устроившись на заднем сиденье «Эссекса» между Клеменцей и Тессио, спокойным тоном спросил: