Золотой венец Трои. Сокровище князей Радзивиллов - Ольга Тарасевич

Лика покачала головой:

– Такое сложно представить. Не знаю даже, что бы я чувствовала, оказавшись в аналогичной ситуации. Может, гордость и ответственность?

– Может, ты бы задумалась о наследстве? Земли Радзивиллов, насколько я помню, составляли половину территории современной Беларуси, а еще часть Польши и Литвы.

– А разве в Беларуси принят закон о реституции? Неужели ты думаешь, что у тебя получится вернуть себе все эти замки и парки? Они же находятся в государственной собственности.

– Но попробовать-то можно! К тому же, насколько я помню, другие потомки Радзивиллов, проживающие сейчас где-то в Европе, владеют значительными фамильными ценностями. Я тоже могу претендовать на них. Вот получу наследство, и мы с тобой поедем на Мальдивы. Теплый океан, белый песочек… Тебе понравится. Ты была на Мальдивах? Тебе вообще доступен такой отдых?

– Давай не будем отвлекаться от темы. А как этот Александр, сын Доминика, оказался во Франции?

Валерий вытащил из пачки очередную сигарету, щелкнул зажигалкой, глубоко затянулся. И вкрадчивым, обволакивающим голосом продолжил:

– Когда русские войска перешли в наступление… Кстати, ты знаешь, что французы до сих пор употребляют слово «Березина» в контексте очень сложной неприятной ситуации? Березина – это река в Беларуси, где русские окончательно разбили наполеоновские войска… Да, так вот, Доминик убежал во Францию. Его жена уже находилась в Европе. Радзивиллы были в родстве со множеством монарших дворов и, думаю, могли бы замечательно себя чувствовать и без своих замков. Но Доминик скончался от ран. Его жена Тэофилия какое-то время прожила в Париже, а потом решила вернуться на родину. Российский император простил семью мятежного Радзивилла и в знак примирения даже пообещал устроить свадьбу дочери Доминика Стефании со своим протеже Витгенштейном и передать молодоженам родовое имение Радзивиллов – Несвижский замок. Однако Александр ехать с матерью и сестрой отказался. Я так понимаю, он был тогда еще молод. Но у большинства местных дворян, белорусской и польской шляхты, издавна существовала самая яростная ненависть ко всем без исключения российским правителям. Хотя и среди Радзивиллов были те, кто охотно подчинился империи. Если я ничего не путаю, у опекуна Доминика князя Михаила даже имения в доход российской казны не секвестировали, он был типичным екатерининским вельможей… Впрочем, ты видишь, как причудливо судьба плетет свой узор. Александр остался во Франции. Но его потомок спустя многие годы вернулся на свою историческую родину. В этой жизни нет ничего случайного. И наша встреча, я уверен, тоже произошла не просто так. А как так получилось, что у такой красивой женщины, как ты, на пальце нет обручального кольца?

Лика замотала головой:

– Да подожди ты с обручальным кольцом! Но ведь тогда получается, что именно твой предок владел колоссальными сокровищами! В том числе и статуями золотых и серебряных апостолов, украшенными драгоценными камнями. Их не нашли и по сей день.

Стряхнув пепел, Валерий перебил:

– Насколько я помню наши лекции на истфаке, народная молва здорово преувеличивает ценность этих апостолов. Да, в научной литературе говорится, якобы их видели избранные гости Несвижского замка: русский посол, польский король. В литературе описываются статуи в человеческий рост, очень тонкой работы, инкрустированные драгоценными камнями. Но мне кажется, это тот случай, когда историки пошли на поводу у писателей, преимущественно польских. Возможно, речь идет просто о художественном вымысле.

– Почему ты так думаешь?

– Знаешь, я не большой знаток искусства. Но мне кажется, что аналогичных статуй в мире просто нет. Откуда они появились в наших местах? Если здесь и создавались какие-то фигурки святых, то традиционно небольшие, для украшения алтарной части костела. Что-то похожее, если мне память не изменяет, сохранилось в костеле в Гродно. А в человеческий рост… Не знаю… Разве что такие нетипичные статуи были выполнены по заказу Радзивиллов? Понимаешь, проблема в том, что информации о тех временах сохранилось очень мало. Во времена Советского Союза исследования национальной истории республик не поощрялось. А это все-таки семьдесят лет, поэтому очень многого о собственной истории белорусы просто не знают…

– Возможно, ты прав. – Лика запахнула плотнее куртку, сунула озябшие ладони в карманы. – И речь идет просто о гипотезе. Но ведь здесь же находят трупы, покрытые золотой краской, в золотых накидках с камнями. Психопат-убийца явно пытается по-своему интерпретировать эту историческую легенду. Зачем?

– Ты думаешь, у психопатов есть логика?

Лика пожала плечами:

– Наверное, есть, только людям со здоровым рассудком ее не понять. Меня смущает, что все это совпало с твоим приездом. А ты давно узнал, что являешься потомком радзивилловского рода? Может, ты не единственный наследник и все эти преступления как-то связаны с тобой?

– Ты все усложняешь. Узнал я про это недавно. И сразу дернул сюда. Мальчишество, конечно, но так захотелось увидеть Несвижский замок. Я же ни разу не был в этих местах. Захотелось пройти по длинным коридорам замка, подышать здешним воздухом. И ты знаешь, увиденное меня впечатлило. Нормально предки жили, с жилищными условиями у них проблем не было. Кстати, потомок радзивилловского рода пока еще не женат. Представляешь, как тебе повезло! У твоего ребенка может появиться уникальный отец, представитель древнего шляхетного рода! Обещай мне об этом подумать? А я буду думать о тебе и о твоей доченьке…

Лика собиралась было выпалить, что никаких глупостей она обещать не будет, но в дверь номера постучали.

– Ты кого-то ждешь? – ревниво поинтересовался Валерий.

Вронская обрадованно улыбнулась:

– Мужа!

На пороге действительно стоял какой-то парень, и Лика, взвизгнув, повисла у него на шее:

– Дорогой! Ты приехал!

– Всего хорошего, – буркнул красавчик, протискиваясь мимо обнимающейся парочки к выходу. – Совет да любовь, спокойной ночи! – Но, едко усмехнувшись, Валерий вдруг замедлил шаг: – Что ж вы, мужчина, кольцо своей супруге не прикупили? А то вот тут можно подумать, что муж объелся груш. И столько времени напрасно потерять!

– Минуточку, гражданин. – «Муж» решительно отодвинул «супругу» в сторону и сурово нахмурился. – У меня к вам несколько вопросов.

– Я прекрасно все понимаю. Картина Репина «Не ждали» – чужой мужик в номере. Но я вас уверяю, вам не о чем волноваться. Все приглашения прийти на сеновал Лика решительно отклонила. Теперь я понимаю почему. Как говорится, «но я другому суждена и буду век ему верна!». Адьес, амигос!

С треском хлопает дверь.

Холодный ветер задувает с балкона.

По стенке, шевеля усами, ползет любознательный таракан – пришлепнуть бы его.

Однако все происходящее воспринимается отстраненно, как кадры кинохроники чужой жизни.

А в собственной нет ничего, кроме парализующего ужаса.