Сейф для семейных тайн - Светлана Алешина

Виталий прикрыл веки, и под ними, словно по заказу, засверкали соблазнительные картинки — синее море, загорелые девушки с черными глазами и красивыми телами, зелень и реки красного вина, льющегося из греческих амфор…

— С ума сойти! — все еще окончательно не веря своему везению, воскликнул Виталий.

Нацедив себе водки со дна бутылки, которая уже дня два как стояла в холодильнике, Виталий плюхнулся на диван, забросил ноги на подлокотник и вернулся к своим мечтам. В грезах его не было места одному — рыжекудрой девушке. А в остальном — это рай в миниатюре…

Успокоив себя, Виталий сел в машину и отправился к отделению милиции. В любом случае, даже если его подозревают, ни за что не посадят — улик-то нет и в помине. А уже сегодня вечером он будет далеко.

«Надо будет все же напоследок встретиться с Жанной». Мысли Виталия плавно перескочили на насущные проблемы.

Он не хотел, чтобы девушка подняла визг раньше времени, оскорбленная тем, что он не взял ее с собой. А Жанна раза три уже звонила ему за одно это утро — спрашивала, когда же они поедут. К счастью, Виталий вовремя сообразил, как отмазаться, — сказал, что еще не все дела сделал, и предложил Жанне купить билет на самолет до Москвы на послезавтра. Сегодня вечером еще разок ей позвонит, скажет, чтобы не волновалась. И сразу улетит.

А из столицы как можно быстрее отправится в вожделенную Грецию. Жанна, при всей ее влюбленности в Виталия, не знает, где его искать, — он-то сказал ей, что они поедут в Париж, потом найдут домик где-нибудь поблизости от французской столицы и там поженятся.

Виталий засмеялся, когда вновь осознал, на какую чудовищную чушь клюнула эта рыжая дурында! Эх и дурочка! Неужели еще такие бывают на белом свете? Оказывается, бывают. И классно получилось, что именно ему, Виталию, такая дурочка и попалась.

В его планах не было ни одного изъяна. И даже если его вычислят, он будет уже далеко. А Алтуфьев — не того полета птица, чтобы из-за него поднимали международное дело с выдачей преступника. Просто нераскрытое убийство положат на полку, где папка и будет пылиться до скончания века. Или посадят кого-нибудь из приятелей Юрия Николаевича, тот и будет отдуваться за Виталия. Да не кого-нибудь, а он точно знает кого — этого хвастуна, дебила Димана Ненашева! Это ведь с его подачи он так мастерски задушил специальным приемом Алтуфьева. Хорошо, что Юрий Николаевич никогда не занимался спортом и не смог оказать сопротивления.

— Я — эгоист! — гордо и до смешного патетично заявил Мурылев, полыхнув глубокими синими глазищами. Вот именно, эгоист, а значит, проблемы остальных не должны его заботить.

Но серое здание ментуры все равно нагнало на парня нервную дрожь — не нравилось ему это место, ох как не нравилось!

Правда, выйдя из отделения милиции, Виталий вздохнул с облегчением. Ничего особенного они не спрашивали. Пытались всего-навсего еще раз определить круг общения Алтуфьева, не более того. Даже подписку о невыезде не взяли — чисто по-человечески попросили не покидать пока пределов города.

Но Виталий прислушиваться к этой просьбе не собирался — что он, лох педальный, сидеть здесь и по-кроличьи бездеятельно ожидать ареста? Вдруг рано или поздно менты его вычислят. Улик, конечно, у них не будет — но Виталию известны их методы. Самому придется признаться во всем на свете! Это вам не цивилизованный европейский суд. Это — Россия, которая уже надоела Виталию окончательно.

— Надо все же позвонить Жанке и успокоить ее… А еще лучше все же заехать, предупредить еще раз насчет того, что нужно отвечать, если вдруг кто будет спрашивать про меня. И главное — стоять на своем, что во время убийства Алтуфьева мы были вместе! Именно в это время! У нее дома! — буркнул Виталий себе под нос, подъезжая к дому и дымя сигаретой.

Девчонка пока была его уязвимым местом. Нужно, чтобы она спокойно сидела дома. Не хватало только, чтобы Жанна, узнав о его истинных планах, подняла шум.

Мурылев спешил на свой последний разговор с Жанной. Ему больше не нужна была эта рыжая глупышка. Ну зачем ему в Европе такая обуза? Пусть обжимается со своим Денисом, если ей так неймется. Или найдет кого другого. Наивность Жанны забавляла Виталия только поначалу, а уже через пару дней начала коробить. Ну нельзя же так слепо верить в любовь с первого взгляда! Ее на свете не существует.

Задумавшись, Виталий Мурылев едва не пропустил нечто интересное.

Прямо напротив подъезда Жанны стояла ослепительная «Ауди». А из нее вышла та чертова стерва. Он узнал ее. Это она спрашивала про Рогачевых во дворе у Алтуфьева. Кто она? Да дрянь какая-то любопытная!

Неужели она и дальше намерена трепать ему нервы? «Не позволю!» — буркнул Виталий. Перегнувшись через сиденье, Мурылев нашарил в кармашке чехла резиновый шнур, который возил на всякий случай — машина старенькая, вдруг сломается, придется тянуть на буксире. А теперь эта штука послужит ему в другом качестве…

Лариса Котова недолго была погружена в размышления после того, как поговорила с Карташовым. Она ощущала потребность в действии. И оно наступило, импульсивное и спонтанное. Лариса выехала на своей «Ауди» в направлении дома Жанны Коротченко.

Она не могла потом объяснить, зачем она это сделала. Гораздо важнее оказался результат. А пока что солнце палило словно в полдень, невзирая на то, что день уже близился к закату и облака на выгоревшем, почти белом небе отливали розовато-пурпурным. Народу на дорогах было слишком много, что заставляло Ларису осторожничать и практически не давало возможности идти на обгон. От этого Котова начала тихо злиться.

Для полного счастья на мосту у Стрелки, где Лариса решила сократить дорогу, образовалась пробка — какой-то придурок на «Запорожце» врезался в другого придурка, но на «КамАЗе»…

В конце концов Лариса подрулила к подъезду дома, в котором жила Жанна, и вышла из машины, поставив ее на сигнализацию.

А потом обернулась и поняла — нет, не напрасно все это было. Во двор въехали «Жигули» пятой модели. Совпадений быть не могло. Это была его машина, Виталия Мурылева.

«Но куда же он?!» — успела подумать Лариса, увидев, как «пятерка» шустро разворачивается и выезжает со двора, причем с пробуксовкой, как будто стартует на гонках «Формулы». И тут, как назло, и с одного и с другого бока подъехали к подъезду машины, загораживая Ларисе обзор.

Котова кинулась к своей «Ауди», но заметила, что припаркованная по соседству с ней машина отъезжает. Причем отъезжает степенно, не торопясь. Таким образом, Лариса с самого начала была лишена возможности стартовать в погоню за Виталием.

Чертыхнувшись, она опрометью ринулась в арку. Там, перед проезжей частью, стояло несколько женщин, крупных и загорелых. Дамы торговали вишней и абрикосами. С этими разговаривать оказалось проще простого — Лариса вручила одной из них долларовую бумажку, и та вспомнила, что «Жигули» нужной марки свернули налево, по направлению к старым, полузаброшенным районам Тарасова.

После этого Котова, выяснив хотя бы начало маршрута Виталия Мурылева, уселась в свою «Ауди» и отправилась через арку налево. Но тут Лариса обнаружила, что у нее сели батарейки в мобильнике. Следовательно, она не могла набрать номер Карташова и сообщить ему о той ситуации, в которую попала. Снова предстояло надеяться только на себя.