Пружина для мышеловки - Александра Маринина

– В ваш адрес поступали от фирмы «Баунет» требованияпрекратить вашу деятельность по скупке акций у миноритарных акционеров?

Вопрос был длинным, и Шурик прочел его по бумажке.

– Нет, ни разу.

– Как вы думаете, почему?

– Они не знали, кто скупает акции. Им потребовалось время,чтобы это выяснить.

– А угрозы были?

– Да нет же! Я ведь сказал…

– Вы знакомы с кем-нибудь из службы безопасности «Баунета»?Знаете кого-нибудь в лицо?– бесстрастно продолжал Вилков, не обращаявнимание на раздражение свидетеля.

– В лицо и по именам знаю всех, но ни с кем не знаком.

– Это как же?– удивился Вилков.

– Противника нужно знать в лицо,– усмехнулсяНайденов.– При этом совсем не обязательно, чтобы он знал тебя. Спецификанашей работы, понимаете ли.

– Понятно,– кивнул следователь.– Пойдем дальше.Как давно вы знакомы с Юрием Петровичем Забелиным?

– С конца прошлого года…

Ничего нового Александр Иванович из этого допроса для себяне вынес. Дмитрий Найденов в точности повторил все то, что говорил предыдущемуследователю Мартиросяну. Забелин был не заказчиком, а посредником, ктонастоящий заказчик работы по «Баунету», ни Найденов, ни Брайко не знали, деньгиза работу – и аванс, и окончательный гонорар – получали непосредственного отЗабелина. Все выходные Вилков потратил на то, чтобы тщательно изучитьтолько-только полученное дело об убийстве Брайко, сопоставлял с фактами,известными ему по делу об убийстве Забелина, и не нашел пока ничего, чтообъединяло бы эти два трупа. Ничего, кроме фирмы «Баунет» и оружия, из которогобыли застрелены обе жертвы. Значит, пора вплотную приступать к разработкефирмы. Тем более все активы «Баунета» оказались выведены в фирму, принадлежащуюГригорию Ситникову, а отца Ситникова пытались убить. Неладно что-то в Датскомкоролевстве, то есть в «Баунете». Скорей бы начальство приняло решение ипередало ему, Вилкову, дело о покушении на Ситникова. Александр Иванович былуверен, что как только это произойдет, дело тут же сдвинется с мертвой точки.

Во вторник к обеду вопрос решился. Вилкова вызвали круководству и передали ему папку с материалами о покушении на Ситникова.

– Где она сейчас?– спросил Александр Иванович, неоткрывая дела.– Я хочу ее немедленно допросить.

Он уже знал, что в Ситникова стреляла жена его сына, исобирался ехать в то отделение, где находилась задержанная Олеся Подрезкова.

– Отпущена под подписку,– хмуро сообщил начальник.

– То есть как?!– чуть не заорал следователь.–Как это – убийцу и под подписку?

– А вот так. Ты не у меня спрашивай, а у того, кто ееотпустил. Он – процессуальное лицо, усмотрел основания. Имеет право.

«Деньги взял, мудак,– с досадой подумал Вилков.–Интересно, сколько?»

Ладно, не беда, Подрезкову он вызовет, позвонит и велитприехать, никуда она не денется. А если денется… Об этом даже думать нехотелось.

Настроение испортилось донельзя. Однако уже у себя вкабинете, читая материалы дела, он воспрял духом. Пистолет, из которогостреляла Подрезкова, был направлен на баллистическую экспертизу вэкспертно-криминалистический центр Южного округа. А начальник центра – ТатьянаХлебникова, золотая баба, понимающая, всегда пойдет навстречу, если оченьнужно.

Шурик схватил трубку и набрал номер.

– Татьяна Германовна?– елейным голоском началон.– Ваш вечный поклонник Вилков вас горячо приветствует.

– Привет, Шурик,– раздался в ответ низкий энергичныйголос.– Что у тебя?

– У меня баллистика, Татьяна Германовна. Как там у васочередь, большая?

– Что-то я не помню,– голос Хлебниковой сталозабоченным.– От тебя вроде ничего не поступало.

– Так это не от меня, это от другого следователя,–Шурик глянул в материалы,– от Хомякова. Мне сегодня только передали. Нукак, Татьяна Германовна, есть возможность помочь?

– Шура, у меня один баллист в отпуске, другой болеет.Придется подождать.

– Да не могу я!– взмолился Вилков.– У меня тритрупа на руках. Ну куда еще ждать-то? Пока четвертый появится?

Насчет трех трупов он, конечно, приврал, трупов было всегодва, поскольку Ситников жив, но чего не скажешь ради ускорения производстваэкспертизы.

– Ладно, сделаем,– вздохнула Хлебникова.

– Когда?

– За горло-то не бери,– усмехнулась она.– Когдасможем, тогда и сделаем.

– Завтра?

– Через два дня, не раньше.

Конечно, хорошо бы через два часа, но и два дня тоженеплохо, учитывая, что один эксперт-баллист в отпуске, а другой болеет… Потрупу Брайко он результаты экспертизы ждал больше двух недель, а потом ещеответ на запрос в пулегильзотеку шел несколько дней. Так что два дня – этонеобыкновенная, просто сказочная удача.

Он снова углубился в дело и с неудовольствием отметил, что вматериалах нет показаний самого потерпевшего. Ситникова с места происшествиядоставили в больницу, где ему была сделана операция. Ранение в брюшную полость.Пулю извлекли, полость санировали и зашили, сейчас Ситников в сознании инаходится в реанимации. Вчера, в понедельник, к нему пустили следователяХомякова, который, судя по протоколу, ничего от потерпевшего не добился.Странно. Отказ от дачи показаний? Или что? Впрочем, все это можно понять, еслиневестка Ситникова говорит правду. Что он может сказать следователю?Признаться, что пытался изнасиловать жену собственного сына? Красота! А что ещеговорить, он не знает, потому что не знает, что сказала следователю ОлесяПодрезкова. Хомяков же, судя по всему, тоже ему этого не сказал, хоть на этоума хватило. Ну и козлина же он, право слово! Взять деньги и отпустить убийцу!Уму непостижимо. И ведь не боится ничего. Впрочем, сегодня вообще никто ничегоне боится.

Что ж, надо ехать в больницу и пытаться разговаривать сСитниковым. Кровь из носу, но надо получить его показания. А заодно и выяснить,почему активы «Баунета» были выведены именно в фирму его сыночка. Что у них тамза семейно-родственные отношения?

Александр Иванович позвонил в больницу, где находилсяСитников.

– Его сейчас оперируют,– сообщил ему мелодичныйженский голосок.– У больного Ситникова начался перитонит, у него приранении был поврежден кишечник, содержимое кишечника попало в брюшную полость,начался процесс инфицирования. Кроме того, у него был хронический пиелонефрит,и в результате ранения воспалительный процесс обострился, теперь эта инфекциятоже гуляет по организму. Так что пришлось санировать повторно.

– Понятно,– удрученно протянул Вилков.– И какиепрогнозы?

– Не хочу вас обнадеживать,– сдержанно ответилаобладательница мелодичного голоса.– В таких случаях прогноз обычно небывает благоприятным.